Надежда

Гарифова Роза

Мама Милы, молча выслушала, видно было, что она уже знала, что так будет. Спросила только как ее проводят в последний путь и попросила показать ее, с ней попрощаться.

С нее убрали трубки, одели в парадный костюм астронавта. Визажист Оля сделала легкий макияж. Мила любила выглядит всегда хорошо. Мама, увидев свою дочь не смогла сдержать слез.

– Я тебя теряю в третий раз. "Прости меня", монитор ноутбука погас.

Элизабет вышла. Ожидаемый сарказм от Сержа прочитала во взгляде. Это было достаточно, чтобы она никого не хотела видеть. Попросив Кларина уйти,

сославшись, что ей нужно все обдумать. Кларин сделал слабые попытки, но боялся, что навязанные утешения, только разозлят ее.

"Что я не так сделала? Она мысленно проматывала все свои действия, вплоть до того, что почувствовала, что возникла мысленная реверберация и с этим заснула.

Кто-то постучал в ее дверь. "Снова, Кларин" с некоторым раздражением вспомнила его.

Стоял на пороге ее отсека Серж. Пауза, возникавшая переходила все дозволенные нормы.

– Элизабет. Ты не виновата.

Голова гудела, ее морозило. Серж заметил, что ее замешательство вызвано, не его неожиданным появлением.

– Элизабет? Мне кажется, что ты температуришь.

– Разреши войти. Она села на кровать, повинуясь, как раньше врачам, когда проходила лечение в стационаре.

Серж измерив температуру, ужаснулся цифрам, было за 40 и поэтому Элизабет неестественно себя вела. Уложив Элизабет, сам вышел за электронными датчиками температуры.

По рации собрал врачей, в медицинский отсек.

Кратко изложив осмотр Элизабет, предполагая наихудший вариант, что пошла череда возврата заболеваний. И возможно, очередь за Элизабет.

– Может у нее банальная вирусная инфекция, тем более они с Рейном усиленно занимаются этим.

– Поэтому сделать миелограмму надо срочно, с учетом перенесенного ранее заболевания крови и типировать ген поломки.

– И кстати, всем одеть маски и срочно положить ее в инфекционный блок до постановки диагноза. Серж продолжил:" Я буду с Элизабет, не исключено, что если это инфекция, то мне следует быть на карантине"

Кларин увидев, что выносят Элизабет с ее комнаты, подбежал к ней, бесцеремонно растолкав врачей.

– Элизабет.

Она слабо улыбнулась ему, видя, что он перепуган.

– Не бойся, просто вирусная инфекция. Иммунитет сдал. Кларин сопровождал ее до инфекционного отсека. Серж попросил его немного вести себя сдержанней и не нарушать инструкции, согласно протоколу, в данной ситуации.

– Что за напасть. Потеряли Милу, -сокрушался Дени.

– Отчаяние неважный советчик, нужная мобилизация всех нас, для решения этой проблемы. Рейн покинул похороны Милы, узнав о случившемся. Элизабет не могла заразиться теми вирусами, меры предосторожности, предпринятые ими, были выполнены четко. То, что он увидел, что сделали эти вирусы в считанные минуты, Рейн вообще отказался идти дальше по этому пути. Они в прямом смысле, съели не только опухолевую ткань, но самих крыс. Других крыс на корабле не было.

После того, когда были сделаны анализы, для Элизабет прозвучал диагноз, как для Милы.

Серж переговаривался с Дени, очень быстро, что-то происходит.

Элизабет недавно была в роли утешителя

умирающего человека, сейчас, она должна будет выслушивать, в свой адрес о борьбе и о том, что не сдаваться. Это нелегко, когда ты знаешь о болезнях чуть больше, чем остальные, и знаешь, что, будучи на Земле она боролась, но это было бесполезно, и затем повезло, она попала в эту злополучную программу, которая дала шанс и забирает снова.

Кларин уже сидел возле кровати, температуру сбили, но появилась дикая слабость и мысль:" послать все"

– Кларин, ты не сиди со мной. Я надеюсь, на лучший исход. Есть мои интерлейкины, которые не помогли Миле, они помогут.

– Рейн уже работает над этим. Пока с вирусами завязал.

– Я знаю.

Шли дни за днями, многим уже казалось, что они больны. Медики не успевали осматривать.

Рози ни с кем не могла сблизиться и поделиться со своими переживаниями.

Она в своей комнате, отмеряла шагами расстояние от кровати до санузла. Рози даже не хотелось разговаривать с единственным братом, который не стал ближе, после того, что с ней случилось, и отписав ему квартиру, он даже не поблагодарил. Ей показалось, что брат вздохнул с облегчением, когда она покинула Землю. Она взяла единственную фотографию своей мамы, которая случайно, оказалось у нее.

– Мама, мне так одиноко, а ты знаешь, а я не боюсь заболеть еще раз, я даже жду это, как чудо.

Представляешь, самая красивая девушка у нас умерла, и мы ее отправили в космос. Мы умерли для всех Землян. Точка отсчета, пункт назначения, судьба предрешена. Рози не плакала, но разговор с матерью, когда заканчивался, она вставала и снова шагами отмеряла дорожку, уже протоптанную ранее.

Джулия с ребятами вскрыли комнату Рози. Напарница не могла никак дождаться ее на своем рабочем месте. Сначала она подумала, что она обследуется. Затем все версии у нее иссякли, чем вызвано, что Рози не явилась на рабочее место.

Рози не реагировала на стук и сигнализацию. Джулия знала о Рози с момента тестирования, она никак не могла понять, почему ее взяли. Элизабет еще попросила поговорить с ней. А тут, цепь событий, у самой вкус к жизни, немного поубавился, с момента появления страха перед будущим.

Рози не расчесанная, с потухшим взглядом, взирающая на какую-то фотографию, бормоча себе под нос, сидела не шелохнувшись.

– Рози, -окликнула Джулия. Медики стояли молча, их помощь не нужна, только психиатра, Джулия была в одном лице- психиатр и психолог.

– Да. Здесь уже беседа не поможет. Придется назначить лечение.

– Там работа, не трудная следить за параметрами, - напарница боялась, что ей придется сидеть круглыми сутками, не выходя из этого кабинета.

– Найдем, - Джулия заверила ее. Тогда, благодаря Рози, были оповещены, насчет утечки кислорода.

Рози пришла в себя, но замкнулась. Джулия пыталась разговорить ее, но та отказывала наотрез с ней общаться.

Однажды, Джулия заметила, что в руках она держит какую-то фотографию и когда больше уходит в себя, начинает смотреть на нее.