Над синим небом
Шрифт:
– Сердце разбилось! В круг ее! – радостно завопила и заулюлюкала толпа, подталкивая меня к центру зала. – Жертва определена!
– Что? – только и выдохнула я, когда людская волна буквально вынесла меня в пустой круг, посередине которого тянулась дорожка из камней… нет, я сообразила, что это были не камни, а полупустые оболочки все тех же лацерсов.
Люди отступили и я осталась в круге одна, не понимая, что же ждет от меня толпа, которая, как казалось, веселилась и наслаждалась происходящим. В круг выступил грузный мужчина, неся на своей голове не просто скорлупу, а целое изваяние из переплетающихся рогов и иссушенных отростков растения, и ожесточенное выражение вырезов
– Тихо!!! Каким будет следующий год? Успешным и плодородным, либо засушливым и бедным? – вопрошал он, призвав толпу к молчанию. – Справимся ли мы с эхолором или проклятые камни вконец поглотят нас и наш урожай? Пройдет ли эта смелая женщина испытание или станет новой жертвой эхолора? – он загадочно понизил голос, а я вздрогнула. И тут же себя успокоила – опасаться реального эхолора не стоит.
Люди затихли и терпеливо ждали ответ. Я переступила с ноги на ногу. Скорее всего меня не опознали, широкое платье скрывало еле заметный живот, маска – лицо. Если бы я его открыла, уверена, мне вряд ли бы доверили какие-то испытания. В поселении ко мне относились с искренней симпатией. Однако внезапно мне стало интересно, что уготовано человеку, оказавшемуся в круге. Мечты разбиты, надежды порваны, почему бы не рискнуть, отдавшись веянию попутного ветра? Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.
– Пройдет ли наша героиня по пути древних, осваивающих земли и пробираясь сквозь сложные скалы или оступится и упадет, отдавшись во власть эхолора? – продолжал фантазировать мужчина, а я с любопытством взглянула на дорожку. По виду скорлупки были крепкими и не представляло большого труда их преодолеть.
– Иди-иди! – начала скандировать толпа, а мне в руки снова прилетело сердце лацерса и я, на сей раз бережно удержала его.
– Если смелая путешественница сможет преодолеть путь, удержав сердце, нас ждет плодородный год! Если падет под камнями эхолора – боги гневаются и забирают себе новую жертву, да успокоится эхолор с ней, да сократятся дни камнепада! – провозгласил мужчина, а я поняла – хорошо будет по-любому: и не упасть, и упасть. Здорово придумали, усмехнулась я, только где ж они возьмут эхолор?! Хорошо, что сейчас не древние времена и жертву не отправляют под настоящие камни.
Я смело ступила на первый выступ, запоздало обнаружив, что он шатается. Идти, оказалось, не так легко, но я старательно держала равновесие, осторожно переступая по скорлупкам.
– Иди! Вперед! – кричали люди, словно стараясь помочь мне лишними напоминаниями.
Почти к середине пути я освоилась и расхрабрилась, но тут раздался шуршащий дребезжащий шум и на сцену вылетели веревки, сплошь обсыпанные осколками скорлупок лацерса. Они мотались из стороны в сторону, больно ударяя по моим рукам, благо, что лицо было защищено. "Вот и эхолор!" – молниеносно поняла я, усмехаясь и пытаясь уклониться от неприятных прикосновений.
Мне показалось, что у меня неплохо получается, однако через пару шагов веревки с острыми краями вновь мотнулись в мою сторону и я инстинктивно выставила руки, защищая живот. Это моментально нарушило мое равновесие на неустойчивой скорлупе, нога подвернулась и я безудержно полетела вниз.
– Что вы творите?! – рявкнул гневный голос, а две сильные руки удивительным образом успели подхватить меня так, что я не смогла постыдно приземлиться пятой точкой на пол.
– Что вы вообще тут удумали, совсем заигрались! – продолжал возмущаться баритон, ладони потянули меня вверх и я внезапно оказалась на руках Акреса, которого распознала в крепком мужчине. Сердце лацерса между нами снова лопнуло, оставляя липкие подтеки в районе груди, где мы теперь соприкасались. – Вы что, не видите ее
Толпа смущенно попятилась, и вправду не мысля о чем-то подобном ранее. Акреса здесь уважали и даже побаивались, поэтому гнев лидера движения за свободу Апхокетоля воспринимали всерьез. Мужчина, украшенный рогами и завитками, изложивший ранее речь, попятился, стараясь стать менее заметным.
– Нет-нет, я виновата сама, – я постаралась замять неловкую ситуацию. И правда, стоило отказаться и не рисковать здоровьем лишний раз. – Я согласилась.
– Выберите новую игрушку! – в последний раз возмутился мужчина, не слушая мои пояснения. С этими словами он решительными шагами направился в сторону, все еще не отпуская меня. Я завертелась, стремясь принять вертикальное положение, но Акрес не отпустил. Вместо этого он толкнул малоприметную дверь в конце зала и мы оказались в темном коридоре, в котором я раньше никогда не бывала. В отдалении вновь зазвучали голоса, музыка и смех, жители не стали долго грустить и, судя по звукам, вновь замыслили состязания. Мужчина опустил меня на землю и я сделала быстрый шаг назад, прижимаясь к неровной стене.
Мы оставались облачены в маски и даже при слабом освещении я обозревала маску человека напротив и чувствовала странное повторение событий. Да и все было непривычно вокруг и внутри, я окончательно перестала понимать себя. Эйфория и тревога соседствовали вместе, подгоняемые довлеющим разумом, пытающимся взять ситуацию под контроль. К счастью, мужчина резко снял маску и отбросил ее прочь, а потом бережно приподнял мою.
– Ты очень красивая, Альтарея, – прошептал он неожиданно, приближаясь.
– Именно поэтому ты мне говорил все те слова? – я не знала, как реагировать на действия мужчины, стремясь оттянуть очередные объяснения. Он усмехнулся.
– Нет, в тебе масса других достоинств. Кроме одного. – Последнее он выговорил резко. Но я молчала, не в силах открыть рот, поэтому Акрес продолжил. – Ты не можешь забыть.
– Забыть что? – произнесла я чуть слышно.
– Кто он? – мужчина приблизился так близко, что его губы оказались на уровне моего уха. – Скажи мне, Альтарея, кто он?
– Он… – повторила я запнувшись. Внезапно захотелось признаться и сбросить с себя, наконец, весь этот груз изнуряющих отношений. И плакать, плакать… Но какое-то чутье внутри подсказывало – не стоит, не сейчас. – Он – солдат. Дальтериец.
– Солдат? – переспросил Акрес
– Я не знаю, – честно призналась я. – Он не хотел… не планировал всего этого. Мне сложно говорить…
Я услышала вздох, за которым последовало несколько секунд тишины. В пространстве разливалось тепло, ритмичные звуки за дверью заставляли сердце колотиться быстрей, я вновь ощутила желание довериться, не думая больше ни о чем. Как долго человек готов терпеть напряжение без возможности выговориться? Как быстро начинает довлеть одиночество сложного выбора? Я не знала, где найти истину в переплетении путей.
– Акрес, я… – начала говорить, но не успела. Мой рот накрыла волна безудержного поцелуя.
Глава 5
Я и сама не поняла, что случилось. В жизни каждого бывает, что обида накатывает внезапно, заставляя действовать назло всем прежним желаниям. Чувство одиночества и недопонимания ищут выход рядом с тем человеком, кто сам приблизился к нам. Иногда этим пользуются нечистоплотные люди, но Акрес был не таким. Он целовал меня порывисто и нежно, заставляя вновь почувствовать себя желанной, дорогой и настоящей. Те мысли, от которых я давно отвыкла. Те чувства, которые делали меня собой до встречи с Зэлдаром. Утешение сознания, что я вновь не одна.