Начало

Страффи Иджинио

Трудно переделать модницу в готик-панка, завидев ее, улыбнулась Майя.

Действительно, Фебе пришлось сделать громадное усилие, чтобы заставить себя поехать в Камден-Таун. Но сейчас она была здесь, радуясь своей новой роли.

— Наконец-то! Чего это вы так задержались? — встретила она подруг укором. — Слава богу, что на этой улице так много интересного! Девчонки, что же вы скрывали от меня это место? Тут принесших себя в жертву шопингу намного больше, чем жителей!

Майя и Фло рассмеялись.

Во что бы нарядиться в самый

безумный вечер года? Ответ на этот вопрос три подружки долго искали, бродя по лавкам и магазинчикам, роясь в корзинах с поношенными вещами, платьями куртизанок восемнадцатого века, костюмами королевских корсаров, вампирш и сатанисток, жилетами от «Raven», сапогами «DocMartens» и романтическими сюртуками «Рор Soda».

Они перемерили бесчисленное множество блузок. Засовывали ноги в немыслимое количество туфель и сапог. Стягивали грудь и бедра десятками корсетов.

И все никак не могли ни на чем остановить свой выбор.

Майя задумала сделать паузу перед тем, как принять окончательное решение по поводу костюма.

— Я на минуту, — бросила она подругам.

Самое время навестить «Rhythm Records», любимый музыкальный магазин, куда она обязательно заходила, когда случалось оказаться в Камдене. Тем более что надо было забрать диск, который она заказала в прошлый раз. «Joy Division», «Любовь разорвет нас на части».

Подходящая музыка, как раз для такого безумного вечера, подумала Майя, входя в магазин. Видно, эта идея пришла в голову не одной ей. Войдя, она увидела среди прилавков с дисками знакомую фигуру. В черном. Трент копался в пластинках 80-х годов с записями отцов — основателей дарк — и панк — музыки.

Взгляд парня загорелся, когда он обнаружил пластинку своей мечты: настоящий винтаж, исторический альбом «Кладовка» группы «Toy Division».

Напевая про себя, он изучал изображение на конверте, ставшем самым скандальным в истории музыки: надгробный памятник, кричащий от ужаса умирания. Трент держал пластинку в руках, не веря, что ему наконец-то удалось разыскать ее. Перевернул конверт, ища выходные данные. Да, это действительно был он, «пират», редчайшая запись, сделанная во время последнего концерта группы, 2 мая 1980 года в бирмингемском «Хай-Холле». Лицензионный диск вышел два месяца спустя.

Трент с печалью погладил обложку. На ней была фотография лидера группы, Яна Кертиса, творца успеха и развала группы, разбежавшейся с его смертью. Кертис, гений и эпилептик, не справился с жизнью и в двадцать четыре года порвал с ней, повесившись ночью 18 мая 1980-го: его нашли в кухне стоящим на коленях с петлей на шее перед еще играющей пластинкой. «Идиот», группы «Iggy Рор».

Трент отогнал грустные мысли и направился к кассе. Майя решительным жестом остановила Фло и Фебу, которые зашли вслед за ней в магазин и собирались окликнуть его. Она сама не знала, хочется ей остановиться и поговорить с Трентом или нет.

Пока она предпочитала наблюдать за ним.

Что-то ее смущало — чувство,

которое она не могла игнорировать. Тихий, но настойчивый голос советовал ей быть осторожной.

Капюшон непременной куртки Трента был опущен. В глаза бросалась бледность парня на фоне черноты волос и его двуцветные глаза. Майя заметила, что Трент немного подкоротил челку, совсем чуть-чуть. И теперь лохмы уже не спадали ему на глаза, отчего он стал меньше походить на истинного эмо.

В этот момент Трент обернулся. Их взгляды встретились.

Все страхи Майи моментально исчезли. На лице ее заиграла непроизвольная ласковая улыбка.

— Чао! — приветствовал он ее слегка смущенно и показал пластинку «Joy Division», которую только что купил.

— Чао! — приветствовала его в ответ Майя, показывая пластинку «Joy Division», за которую собиралась заплатить.

— Ты тоже здесь?

— Я тоже здесь.

Трент погладил ее по руке. Легкое касание. Глубокий озноб. Фло и Феба наблюдали за сценой, слегка задетые тем, что на них не обращают внимания.

— Привет, Трент! — поздоровались с ним обе.

Он не ответил. Но не из-за высокомерия. Он их просто не слышал. Он был настроен только на одну волну: Майи. Остальной мир в эту минуту для него не существовал. Он не отрывал от Майи взгляда. Влюбленного и печального.

Он решил рискнуть. Не принимая в расчет ни Фло, ни Фебы, Трент неожиданным властным жестом взял руку Майи. Левую. Слегка погладил ее, пряча охватившее его чувство, повернул ладонью вверх и принялся рассматривать ее линии — линии судьбы и характера, согласно древнему искусству, которое передали ему предки.

Рука Майи лежала неподвижно в его руке. Горячая и податливая. Девушка смирилась со странностями Трента.

Плевать на опасность, подумала она.

Ей самой любопытно было узнать свою судьбу. Но не пришлось.

Краем глаза Трент увидел сквозь стекло витрины приближавшегося к магазину друга своей матери.

Парень отпустил ладонь недоумевающей девушки, взял ее под руку и повернулся к подругам:

— Уходим, девчонки! Скорее! Атмосфера накаляется.

Все быстрыми шагами направились к выходу. Феба с удовольствием подчинилась приказу Трента. То же самое сделала Фло, прикусив язык, чтобы не нагрубить другу Джона.

А Майя...

Майя почувствовала себя нехорошо.

НЕТ, закричало все у нее внутри, ХВАТИТ, ТОЛЬКО НЕ СЕЙЧАС!!!

Но то, что стремительно входило в нее, не желало остановиться.

Майя покрылась потом: сначала руки сделались влажными, затем пришла очередь лба, легкая сырая вуаль медленно покрывала кожу лица, затылок, шею. В девочке словно разжигали костер. Жар распространялся по всему телу.

Она была уверена, что ее друзья придут в ужас от тех превращений, которые с ней происходили. Но у нее не было времени на сожаления. Голова ее пошла кругом, и если бы она не вцепилась в руку Трента, то рухнула бы на землю.