Начальник для чародейки

Одинцова Алиса Вадимовна

Похоже, он не успокоится, пока не услышит положительный ответ.

— Да, со мной все нормально.

— Хорошо.

Начальник тайной службы встал из-за стола и заходил по комнате. Несколько минут он молча обдумывал услышанное, а я просто слушала звук его неторопливых шагов.

— Хорошо, — снова повторил Эйрик. — Если это и есть крупный заговор, то цели его пока не ясны. Формально Зиррод принадлежит Тхератту. Кроме того, ситуация осложняется тем, что на эту территорию всегда претендовал Альдогар. Так что вряд ли власти соседнего государства обрадуются вмешательству тайной службы, если

начинать серьезное расследование. Для начала нужно проверить, насколько верна ваша теория.

— Это легко сделать. Достаточно убедиться, что Геррке мертв.

— Я не пущу вас одну в Бедах, — насупился Эйрик. — Вы сейчас слишком уязвимы. С вами поедет господин Хидд.

— Только не это! — сразу же запротестовала я.

— Я заметил, что между вами кошка пробежала. В чем дело? Морвран работает в тайной службе уже несколько лет и…

— И сколько магических преступлений он раскрыл за это время?

— Немного, — согласился начальник тайной службы. — Но в этом в основном ваша заслуга. Кроме того, раньше он служил в уголовном отделе.

— Это говорит только о том, что я работаю лучше.

— Ах, вот оно что! — Эйрик добродушно рассмеялся. — Обычная неприязнь подчиненного к начальнику. Хотите быть боссом?

На мгновение я растерялась. Конечно, хочу! Но заявить об этом в первый же день работы даже мне показалось излишне наглым.

— Совсем нет. Я просто хочу, чтобы отделом руководил человек, разбирающийся в своем деле. По-моему, это вполне разумно.

— Разумно. Но сразу видно, что вы не работали в команде. Всегда найдется тот, кто разбирается в чем-то лучше. Лидер должен уметь направлять знания своих коллег в нужное русло.

Мне не нравилось то, куда ведет этот разговор. Вот только поучений мне не хватало.

— Вы знали, на что шли, когда нанимали меня. А с Морвраном не пойду, — сказала, как отрезала. Встала с кресла и нарочито медленно потянулась, демонстрируя полное равнодушие к недовольному лицу начальника тайной службы.

— Одну не пущу, — упрямо повторил он и вздохнул. — Рэйвен, ну чего вы от меня хотите? Баот и Бадарн будут заняты опросами до конца недели, у Дуаха дел всегда полно, а от Талейна в схватке толку немного.

— Я в состоянии сама о себе позаботиться. Но раз вы настолько против, можно найти компромисс. Завтра я заберу Джера из тюрьмы, и мы вместе отправимся в Бедах.

— Вот еще! — возмутился Эйрик и как-то странно взглянул на меня. Сердито, хмуро. — Отправитесь неизвестно куда с преступником?

— Так в Бедах же, — напомнила я.

— Да помню, что в Бедах. От города до монастыря еще несколько часов ходу. Ладно. Разберетесь с Призраком — сразу ко мне. Вместе поедем.

На том и порешили.

5 лет назад

Выманить и убить. Кхирийский червь давно обитал в недрах озера на юго-востоке Тхератта, но лишь вчера градоправитель Кхиры отправил запрос в Орден на ликвидацию паразита, еще и доплатил за срочность. Такую спешку можно объяснить только визитом комиссии из Кен-Карры, столицы южного государства. Абархам, конечно, не упустил случая раскрутить заказчика еще на пару сотен ливренов за вредность работы, ссылаясь

на то, что чрезвычайно дорожит прекрасной половиной Ордена. Дело в том, что кольчец предпочитал трапезничать именно девами, обделяя вниманием мужское население Кхиры. Такая избирательность наводила на подозрения, что тварь создана магом.

Умертвить червя поручили мне… и Фейтворду. Причем для меня была уготована незавидная роль приманки. За последние пять лет Абархам еще несколько раз предпринимал попытки сделать из нас напарников, уж не знаю, чему он обязан такому упорству. Мы с Фейтом — одни из самых сильных боевых магов в Третьей Башне, только вот гонора в нем на десятерых, а смирения ни на йоту. То ли глава Ордена хотел таким способом укротить норов своего племянника, то ли в очередной раз проявилось изощренное чувство юмора учителя, но главной в паре он назначил меня.

На рассвете по дороге от Кхиры к озеру мы с Фейтом дежурно обменивались любезностями, впрочем, не переступая черту.

— Раздевайся, — властно велел пижон, как только мы подошли к воде. Я была так сосредоточена на придумывании ответной колкости на предыдущую реплику, что растерялась. Фейт усмехнулся: — Прекрасная жертвенная дева, ты же не будешь лезть в воду в одежде?

Под пристальным взглядом пижона я избавилась от блузы и брюк, оставшись в бюстье и коротких штанишках. Наглец осматривал меня оценивающе, как кобылу на торгах.

— Неплохо, — снисходительно прокомментировал он. — Побольше бы кружев.

— Сосредоточься на задании, — зло бросила я, касаясь ступнями прохладной воды.

Фейт фыркнул.

— Это совсем нетрудно.

— И не вздумай убивать тварь раньше времени! Я хочу выяснить, кто создатель.

Погрузившись в воду по плечи, позволила себе расслабиться, совсем ненадолго. Есть в этом некая ирония: каждый день видеть море из окна комнатки в Третьей Башне, но не иметь возможности поплескаться вволю. Лекции, тренировки, практики, самостоятельные занятия, медитации, снова лекции… Я заплыла дальше от берега и с удовольствием начала плескаться, привлекая червя. Следующие полчаса принадлежали исключительно мне. Я ныряла, брызгалась, разгоняла волны, лежала на спине, раскинув руки, подпрыгивала и переворачивалась над водой, как летучая рыба. Тщетно. Тварь все не приходила. Странно, ведь я даже замаскировала свою магию, чтобы червь не учуял подвоха. Фейт только посмеивался над моими попытками.

— Выпарить к чертям это озеро, да и все! — крикнул он мне с берега.

— Нам не заплатят!

Признаться, с каждой минутой купания предложение пижона казалось мне все более заманчивым. Я начала замерзать, один раз ногу свело судорогой. Чтобы немного отдохнуть, но не возвращаться с неудачей к Фейтворду, я выплыла на небольшой островок посреди озерной глади. Заросли аира и стрелолиста покрывали этот холмик почти полностью. Мне удалось пристроиться на самом краю, где начиналась вода и переливались перламутровые створки эйонельских кувшинок. Их толченые лепестки — излюбленное средство альдогарских дам для отбеливания кожи. Мне это было ни к чему: от постоянных недосыпов и так была бледнее моли. Я сорвала один цветок и заправила себе за ухо, задумчиво поглядывая в воду на свое отражение.