Наблюдатель
Шрифт:
И Олег повторил, после чего Филипп накинулся на него с кулаками. Стремительность разворачивающегося конфликта ввела детей вокруг в недолго продолжавшийся ступор, но после нескольких мгновений они пришли в себя и собрались вокруг, свища и крича подначивающие фразы дерущимся.
Олег и Филипп схватились друг за друга и стали толкать. Сильнее оказался Олег – ему удалось повалить соперника, затем он сел на него сверху и начал прижимать его лицо к полу предплечьем.
– Не хватит?! – крикнул он.
Дима, стоявший поодаль, наблюдал за происходящим без особого интереса.
– Ну разними же их! – взмолилась она.
Дима пожал плечами и пошел к драке, пробираясь через толпу. Подойдя вплотную, он схватил Олега за рубашку и оттолкнул в сторону, отчего худощавый мальчик недалеко отлетел и ударился головой об батарею у стены. Первое, что он сделал после удара – потрогал затылок. На его пальцах осталась кровь.
Заместитель директора, прибежавшая на шум, увидела только последний момент всего эпизода, отчего тут же сочла именно Дмитрия главным виновником.
***
– Он сделал это без злого умысла! Понимаете, девочка попросила его разнять их, и он слегка переборщил… Он сильный парень и иногда мог сделать что-то нечаянно, но это был самый серьезный случай, больше ничего такого…
Следователь кивнул.
– Он вообще был очень послушным мальчиком… В детстве.
– А что потом?
– А потом – как во всех семьях и происходит – родительские и детские взгляды разошлись. Но он всегда жил порядочно, и я даже не помню, чтобы он хотя бы однажды нарушил закон. Мой сын не маньяк, не псих и не убийца! Андрей Климович… Я… Я прошу вас, выясните, как все было на самом деле…
– Я сделаю все, что в моих силах, чтобы разобраться, – кивнул следователь. – Именно для этого я и работаю. А также для этого существует экспертиза, которая покажет, принадлежат ли улики, оставленные убийцей, вашему сыну.
– Не может быть такого, чтобы принадлежали… Я в это никогда не поверю! Андрей Климович. Дайте мне обещание, что отнесетесь к этому делу серьезно. Может, кто-то оклеветал его? Может быть, вам заплатили? Давайте я заплачу вам больше!
– Не говорите лишнего, Зинаида Викторовна, – поморщился следователь.
– Тогда давайте я заплачу вам, чтобы вы…
– Зинаида Викторовна! – прервал ее следователь. – Мне от вас ничего не нужно. Но мне уже пора возвращаться к работе. Я позвоню вам, если что-то станет известно.
– Конечно-конечно… Спасибо вам, Андрей Климович, спасибо!
Она с надеждой смотрела на него, думая, что он сможет доказать невиновность ее сына, но не зная, что ее сын в убийстве уже сознался.
Глава 3
Вернувшись из армии, Троицкий предпочел разорвать все свои и без того прозрачные связи с бывшими сослуживцами. Полковник Волков под конец службы даже предложил ему перейти на службу по контракту, но Дмитрий вежливо отказался. Родители приняли его дома радушно – мать в слезах счастья, отец с гордой за сына улыбкой.
– Когда я был в армии, – рассказывал Троицкий-старший, когда они уселись за кухонным столом и немного отошли
– Да. Только сейчас, Кость, время другое, – сказала мать. – Все давно поменялось, армия уже давно ничему не учит.
Дмитрий тут же вспомнил слова Приходько о том, что армия – это способ государства получить деньги либо за купленный тобой военник, либо используя тебя как бесплатную рабочую силу в течение года.
– А ты разве была в армии? – надменно спросил отец.
– Там быть не надо, чтобы знать, что в ней происходит. Там людей калечат, Костя.
– По-моему с ним все в порядке, – внимательно взглянул отец на Дмитрия.
– И слава Богу!
– А давай лучше сын нам расскажет, как там, а?
– Не знаю, – пожал плечами Дмитрий. – Обычно. Я об этом как-то не задумывался.
– А о чем ты вообще задумывался? – поднял бровь отец.
– Пап, я только вернулся.
– Ты уже взрослый человек…
– Господь милостивый, да успокойся же ты! – снова вмешалась мать. – Дай же ему отдохнуть!
Она налила чай и положила всем по куску испеченного с утра пирога, все в чашки и тарелки праздничного сервиза, который хранила только для особых случаев.
– Красивый сервиз, правда? – потерла она пальцем чашку.
Отец повернулся к сыну, игнорируя ее вопрос.
– Разговор еще не закончился…
– На сегодня – закончился, – угрожающе наклонила голову Зинаида, глядя на мужа, и тот, покачав головой, неохотно переключился на пролистывание новенького журнала.
Отец всегда сдавал под материнским напором.
Несмотря на защиту со стороны матери, именно она была тем, кто вернул сына к этой теме. Однако она совсем с этим не спешила, поэтому произошло это только через два месяца после возвращения Дмитрия из армии, на протяжении которых она убеждала и себя, и мужа, что сыну нужно время и свобода выбора, и что он сам найдет то, чем ему дальше заниматься. Но и она, и муж уже давно поняли, что они уже не взрослеют, а стареют, и каждый рабочий день нагружал их позвонки все растущей тяжестью. И время шло, а Дмитрий не предпринимал никаких попыток найти работу и начать обеспечивать себя самостоятельно. Он коротал время беззаботно и бездумно, порой по вечерам даже не помня, чем занимался весь день. И даже так разленился, что стал совсем редко принимать душ и бриться, отчего он жутко зарос и плохо пах.
Его мать поняла, что сын не использует время так, как она на то рассчитывала, а просто застаивается, превращая свою жизнь в настоящую стагнацию.
– Что будем делать с Димой? – спросила она мужа одним вечером перед сном, лежа в кровати.
– Это очевидно, – сказал он. – Нужно дать ему как следует под зад, как это делают все нормальные родители.
– И к чему это приведет? Он на нас только обозлится, вот и все.
– Не стоит этого бояться. Стоит бояться, что он так и останется слизняком, ни на что в жизни не способным.