На виду
Шрифт:
Когда в мастерскую ворвались агенты ФБР с оружием наперевес, он чуть не подпрыгнул от радости.
— Агент Дэвис, — сказал он как можно более жизнерадостным голосом. — Что вас задержало?
— Все чисто, — крикнул Дэвис в коридор. — Здесь никого, кроме Локерби.
— Он жив? — донесся из коридора голос Сорши Кинкейд.
— Да, — ответил агент Уорнер, и в его голосе слышалось разочарование.
Чародейка вышла из-за угла, и Алексу оставалось только смотреть на нее. В предыдущие разы, когда он ее видел, она была одета для работы в ФБР, конечно, модно, но с видом профессионала.
Откуда бы ни вызвали Соршу Кинкейд, это была не та вечеринка, на которой потерпели бы присутствие таких, как Алекс. Ее платье напомнило Алексу наряды некоторых женщин, которых он видел в "Изумрудной комнате", хотя Сорша носила его лучше. В ее медленной, уверенной походке по мастерской было что-то, что придавало ей элегантность или, скорее, подчеркивало ее. Тот факт, что на ней была красивая одежда, а сама мастерская была простой, не мог ни подчеркнуть, ни умалить присущую Волшебнице грацию и женственность.
— Не могу сказать, что удивлена вашим присутствием, мистер Локерби, — сказала она, стоя над ним, пока Дэвис и Уорнер обыскивали мастерскую. Она откинула вуаль, открыв льдисто-голубые глаза, и вложила сигарету в свои темно-красные губы.
Алекс рассеянно заметил, что она накрасила губы той же бордовой помадой, что и Эвелин.
— Как продвигается охота за нашими пропавшими немцами? — спросил он, когда чародейка остановилась рядом с ним.
— Этим занимаются, — ответила она, приподняв бровь. — Но сейчас я бы предпочла поговорить о том, что здесь делаете вы.
Алекс улыбнулся своей самой искренней фальшивой улыбкой.
— Я помогаю вам в расследовании, миледи, — галантно произнес он. — Пусть ваши люди заглянут в сумочку на центральном столе, — добавил Алекс, кивнув на сумочку, которую принесла Эвелин. — Уверен, они найдут эти чертовы рисунки, которые вы так ищете. А заодно и пистолет, который мне не принадлежит, — добавил он.
Дэвис и Уорнер прекратили поиски и посмотрели на Соршу. Через мгновение она кивнула. Сотрудники ФБР подошли к столу, а Сорша тем временем искала в своей крошечной сумочке спички.
— Я бы предложил вам свои, — сказал Алекс, насколько это было возможно в наручниках. — Но, к сожалению... — начала она.
— Ничего страшного, — сказала Сорша, наклонилась, сунула руку в карман куртки Алекса и достала картонную коробку со спичками.
— Они здесь, все шесть оригиналов, — сказала агент Дэвис.
— Теперь вы меня развяжете? — спросил Алекс, когда Сорша закурила.
— Пока нет, — ответила она, выпуская дым ему в лицо. — Должна признаться, мне очень любопытно, как вы раздобыли эти
Алекс ухмыльнулся, насколько это было возможно в его сгорбленном положении.
— Отпечатков моих вы не найдете, — сказал он. — И поисковую руну наложил не я. — Он кивнул на наручники.
— Вы могли бы сами надеть их, когда закончили, — сказала Сорша.
Алекс улыбнулся еще шире.
— Вы поняли, что это не я наложил заклинание, потому что на стенах нет ни маскирующих, ни скрывающих рун. Я знал, что вы отслеживаете это заклинание, вы сами мне об этом сказали. Именно так вы и нашли Томаса Роквелла. Вы не знали, что у Куинтона Сандерсона есть напарница и что она приехала с ним в Нью-Йорк. Когда Томас наложил поисковую руну, вы отследили ее до этого района, а потом стали искать рунописца. Вот почему вы не нашли эту мастерскую. Именно здесь он наложил руну.
На лице Сорши появилось выражение человека, который по незнанию выпил прокисшее молоко.
— Что ж, — сказала она. — Если вы знали, что я отслеживаю любое наложение этой поисковой руны, почему вы не защитили это место? И кто наложил руну?
— Я надеялся, что вы вообще не придете, — сказал Алекс и вздохнул. — Но я знал, что если вы почувствуете, что здесь творят с рунами, то придете, а мне нужна на случай, если случится что-то плохое.
— А что, если бы я не нашла эту мастерскую за неделю? — спросила она, выгнув бровь. Алекс усмехнулся.
— Ну, я надеялся, что ты попадешь точнее, если будешь рядом с местом, где творят с рунами.
— Ты так и не сказал, кто творил с рунами.
— Она называла себя Эвелин Роквелл, — сказал Алекс. — По крайней мере, так она представилась мне. Она соблазнила Куинтона Сандерсона и заставила его выкрасть чертежи из "Монографии Архимеда". А когда он исчез, она переехала сюда и нашла Томаса Роквелла.
— А потом, когда исчез Роквелл, появился ты, — закончила Сорша с осуждением на своем идеальном лице. Алекс кивнул.
— Когда я сложил два и два, я заманил ее сюда. Я сказал ей, что все понял, но мне нужно еще время. Я велел ей идти домой и ждать моего звонка.
— И, — сказал агент Дэвис, подходя к Сорше. В правой руке он небрежно держал сумку Алекса. — Если бы она была невиновна, она бы пошла домой.
— Верно, — сказал Алекс, и его голос внезапно стал хриплым.
— Но она не была невиновна, — сказала Сорша. — Она напала на тебя, привязала к этой кровати и сама завершила руну.
— Да, — сказал Алекс.
— Что с ней случилось?
— Развяжите меня, — сказал Алекс, — и я вам покажу.
Сорша посмотрела на Дэвиса и кивнула в сторону Алекса.
— Прежде чем мы это сделаем, — сказал Дэвис со зловещей улыбкой, — вам лучше взглянуть на это. — Он открыл сумку, чтобы Сорша могла заглянуть внутрь. Она улыбнулась, обнажив ряд жемчужно-белых зубов, которыми могла бы гордиться любая акула, и накрасила губы бордовой помадой.
— Ну и ну, — сказала она, заглядывая в сумку. — Что это у нас тут? — В руке у нее был покрытый рунами "Кольт" 1911-го калибра, принадлежавший Алексу.