На виду
Шрифт:
— Молоко, — сказал Дэнни, указывая на пустой стакан, который всё ещё лежал на боку рядом с тарелкой. — Кувшины были здесь, когда пролилось молоко, и оставались здесь до тех пор, пока оно не высохло, а потом кто-то их убрал.
— Кто? — спросил Руни. Алекс ухмыльнулся.
— Сейчас, капитан.
— Я вижу только три круга, — сказала Сорша. — Вы сказали, что было четыре кувшина с этой заразой.
— И я сейчас объясню, куда делся четвёртый, — сказал Алекс, — но сначала я хочу, чтобы лейтенант Каллахан и капитан посмотрели.
Сорша
— Когда вы пришли, на тарелке была еда? — спросил он.
— Да, — ответил Дэнни. — Через пять дней он совсем протух, так что мы его выбросили, но тарелка осталась там, где мы ее нашли.
Алекс был впечатлен. Каллахан не особо проникся. Судя по взгляду, которым лейтенант одарил его, передавая окулюс Руни, он уже думал в том же направлении, что и Алекс с Дэнни.
— Ладно, и что это нам говорит? — спросил Руни.
Алекс заменил горелку на серебряную на горелку с призрачным светом, а затем отрегулировал несколько линз окулуса.
— А теперь взгляните на пол, — сказал он.
Руни опустился на колени и осмотрел пол с правой стороны стола, где стоял стакан с пролитым молоком.
— Здесь тоже что-то пролилось, — сказал он. — Пятна повсюду, а вот здесь след, — он указал на место между столом и дверью.
Алекс подождал, пока Каллахан и Сорша по очереди осмотрят помещение с помощью окулуса.
— Почему свет такой необычный? — спросила Сорша, глядя на столешницу. — Я больше не вижу пятен от молока.
— Я называю его призрачным светом, — ответил Алекс. — Он показывает магические следы.
Сорша кивнула, сняла окулус и вернула его Алексу.
— Значит, мистер Бомонт сидел здесь, — она указала на опрокинутый стул. — Он поставил на стол банки с чумой и принялся ужинать. В какой-то момент он опрокинул одну из банок. — Она взяла в руки разбитую банку. — Вот эту. У него быстрые руки, но, пытаясь схватить банку, он опрокидывает стакан с молоком. Банка разбивается, и Бомонт выбегает из дома, пытаясь спастись от заражения.
Алекс улыбнулся, а Дэнни присвистнул.
— Примерно так мы и предполагали, — сказал Дэнни.
— Зачем этому идиоту было ставить банки с чумой на обеденный стол? — спросил Руни.
— В запечатанном виде они были совершенно безвредны, — сказал Игги. — Возможно, он просто хотел на них посмотреть. Многие алхимические растворы имеют интересные цветовые оттенки, а некоторые даже светятся.
— Так почему и как он оказался в миссии? — спросил Каллахан.
— На этот вопрос я тоже могу ответить, — сказал Игги. — Сестра Джефферсон рассказывала нам, что он постоянно просил отца Клементина благословить его и дать ему воды из их старого колодца. Он думал, что вода обладает целебными свойствами, по крайней мере надеялся на это.
— Но это всё равно не объясняет, какое отношение всё это имеет к Джерри Пембертону, — сказал Каллахан.
— Или откуда у Бомонта эти банки, — сказала Сорша, снова ставя
Алекс щёлкнул пальцами, делая вид, что только что что-то вспомнил.
— Точно, — сказал он. — Мы забыли рассказать им о транспортировочной коробке.
Сорша пристально посмотрела на него, а Руни, казалось, вот-вот вспыхнет. Алекс продолжил, как будто ничего не заметил.
— Мой напарник, детектив Пак, во время тщательного обыска этой квартиры нашёл вот это.
Дэнни поднял транспортировочную коробку.
— На ней штамп с аэродрома Нью-Йорка.
— Вы хотите сказать, что Бомонт украл это с таможенного склада? — спросил Каллахан. — Тогда кто украл драгоценности Ван дер Уоллера?
— Бомонт, — ответил Алекс. — Я предполагаю, что он хотел как можно дольше скрывать кражу чумы, поэтому взял коробку похожей формы и размера и подменил ею ту, что украл.
— То есть тот, кто должен был получить банки с чумой, вместо этого получил бриллианты? — спросил Руни. — Почему он не заявил о краже?
Сорша улыбнулась и подняла бровь.
— Вы бы сообщили, что у вас украли банки с алхимической чумой?
— Постойте, — сказал Каллахан. — Разве вещи на таможенном складе не должны быть досмотрены перед отправкой? Как бы они объяснили происхождение этих банок? В конце концов, они не могли позволить инспектору открыть одну из них.
— Хороший вопрос, — добавила Сорша. — Они бы испускали сильную магическую ауру, а у таможенных инспекторов есть детекторы на этот случай.
— Есть только один способ, которым это могло попасть в страну, — сказал Алекс. — Это был дипломатический пакет.
— Все, что иностранное правительство отправляет в одно из своих посольств в США, не подлежит досмотру, — сказал Дэнни.
— Вопрос в том, — заметил Каллахан, — чей это был пакет.
— Он прибыл на дирижабле, — сказал Дэнни. — Я проверил список пассажиров, и на борту было трое граждан Германии. Ни в одной другой стране, чьи товары хранились на складе, не было граждан на борту дирижабля. — Он сверился с блокнотом. — Пассажиры назвали свои имена: Хельге Ротенбаур, Грета Альбрехт и Дитрих Странд.
— Неудивительно, — сказал Игги. — Немецкие алхимики, лучшие в мире. Они могли создать болезнь вроде той, что мы видели.
— Итак, — сказал Алекс, — когда немцы обнаруживают, что вместо чумы у них в руках ящик, полный неограненных алмазов, они отправляются на поиски. Они выбивают из Пембертона имя Бомонта, а затем приходят сюда и взламывают замок на двери.
— Но Бомонта здесь нет, — сказала Сорша. — Поэтому они забирают три целые банки и уходят.
— Почти, — сказал Алекс. — Они задержались, чтобы собрать осколки этой банки, — он показал на восстановленную банку. — Они выбросили их в мусорную корзину. Алекс перевернул банку, и на дне показался отпечаток большого пальца, к которому прилипла пыль. — И кто-то из них был так любезен, что оставил нам свой отпечаток.