На веки вечные
Шрифт:
— Вон прячется за школой! — показал командир взвода автоматчиков Петин.
— Больше носа не высунет, отрежу,— спокойно сказал лейтенант. — Федя,— передал он командиру другого танка, Левину,— бери на прицел правый угол здания, а я — левый!
Ждать долго не пришлось. Едва показалась башня вражеской машины, как по ней одновременно загремели два выстрела. Гитлеровцы разбежались, оставив дымящуюся кухню и продовольственный склад.
Вскоре, однако, две колонны — одна слева, из десяти "тигров", другая справа, из семи таких же машин, двух "фердинандов" и нескольких бронетранспортеров с пехотой — стали обходить село. "До них около полутора километров
— Ваня, бронебойным! — крикнул он командиру башни Большакову.
Три снаряда подряд всадили в фашистскую машину, а она все приближается, стреляет. Правда, ее снаряды только скребут башню. Но с "фердинандом" шутки плохи
— Подкалиберным! — скомандовал Жигульских. Наконец-то над штурмовым орудием показался небольшой дымок, по его бокам побежали языки пламени.
Лейтенант вытер с лица пот...
— Гони к кладбищу! — приказал он механику-водителю Бакулину.
Танковая рота Красноцветова развернулась на северо-восточной окраине Салы — как раз там, в районе кладбища. Подошли и основные силы бригады, К этому времени машины Красноцветова, Дубовика, Байрамова, Жигульских, Левина, Фисака и самоходки встретили мощным огнем тяжелые танки и штурмовые орудия противника.
Лейтенант Михаил Фуга сжег два танка. Но загорелась и его машина — был пробит запасной топливный бак. Экипаж быстро погасил огонь, и танк снова вступил в бой.
От попадания снаряда в боеукладку взорвался танк Левина. Весь экипаж — сам командир, механик-водитель Ломидзе, командир башни Щеглов, радист-пулеметчик Попов — погиб...
Дорого обошлась фашистам гибель советских танкистов — на поле боя остались несколько горящих и подбитых немецких танков.
Ночью следующих суток разведчики во главе с неутомимым лейтенантом Жигульских побывали на окраине города Черняхов.
С зажженными фарами втягивается большая колонна танков, бронетранспортеров и автомашин с пехотой и прицепленными орудиями, — доложил он по рации командиру бригады.
— Стреляли по ним?
— Ничем не выдали себя.
— Правильно сделали. Иначе могли бы спугнуть. Они нас потеряли. Утром действуй по плану, а сейчас не двигайся, наблюдай,— распорядился майор Михайличенко.
Серое прохладное утро. Подъехали к железнодорожному переезду близ Черняхова. И тут один за другим два взрыва потрясли утреннюю тишину. Это подорвались на минах шедшие впереди машины лейтенантов Ивана Фисака и Ивана Жигульских. Остальные танки, с автоматчиками на бортах, объехав пострадавших, устремились в город.
Вскоре сюда подошла мотострелковая бригада 5-го танкового корпуса. В городе разгорелся тяжелый бой...
Вот возвращается подбитая машина лейтенанта Михаила Гимонова.
Тяжело раненный, он лежит за башней. Его механик-водитель Алексеев убит. За рычагами — старший техник-лейтенант Николай Каток. У двух подорвавшихся на минах танков Каток остановил машину, вышел из нее, деловито потрогал застрявшую в погоне башни большую болванку.
— Ничего себе впился. Намертво!..— сказал он.
— Что с тобой, Миша? — озабоченно спросил Жигульских у лежащего за башней командира.
— Поцарапало обе руки, теперь нечем расстегивать брюки...
Неутомимый весельчак, Гимонов и сейчас, в тяжелом состоянии, пробует шутить.
— Здорово напроказничал? — Жигульских кивнул в сторону города.
— Обижаться фашист не будет. Раздавил
На немецком вездеходе подъехал капитан Бельдинский. Он, как командир роты управления бригады, не имел привычки торчать около штаба. На своей трофейной всегда следовал за танками то с горючим, то с боеприпасами, то вывозил по недоступной для "санитарки" дороге раненых.
— Два Ивана изволят сачковать,— в шутку сказал он, обходя обе машины.— Так, так, так... Без ремонтников нё обойтись. Сейчас подошлю. — Он погладил бороду и унесся дальше на своем вездеходе.
Ремонтники во главе с помощником зампотеха бригады Николаем Москалевым приехали очень быстро. Тут же приступили к "врачеванию" машин.
Во второй половине дня Черняхов был освобожден, после чего танкисты развили наступление на Житомир. Пошли левее железной дороги, идущей из Черняхова. Однако путь им здесь преградили противотанковые орудия, "фердинанды" и минные поля. Возникла идея углубиться в расположение фашистских войск через болото. Ночь была тихая. Рядом проходила шоссейная дорога, по которой двигался обоз немцев. Подошли к селу Песчинка. Оно стоит на пересечении железной и шоссейной дорог. По "шоссейке" отходил крупный штаб. Он был уничтожен менее чем за двадцать минут.
Всю ночь на 1 января 1944 года танкисты вели огонь по городу, а затем ворвались в него. В это время взвод Жигульских с двумя самоходными орудиями перерезал дорогу Житомир—Новоград-Волынский.
3 января в городе Сквир состоялся митинг по случаю присвоения бригаде наименования "Житомирская". А на следующий день атаковали гитлеровцев в селе Червоный Яр. В этом бою получил тяжелое ранение в руку командира танковой роты старший лейтенант Красноцветов.
Жигульских снова в разведке.
Комбриг приказал старшему лейтенанту Бурцеву, сменившему раненого Лагутина, преследовать противника, а танкисты батальона его не находят. Послали Байрамова и Ктитарева — молчат.
День выдался не по зимнему теплый. На дороге лужи, а танкисты в валенках...
Проскочили в один населенный пункт. Местные жители отвечают: немцев давно нет. Через пять—шесть километров ответ такой же.
Наступил вечер, повалил мелкий слёг, закружилась поземка. Жигульских осторожно вышёл из лесочка, видит—впереди село. И опять никаких признаков, что там есть противник.
Иван, заряди-ка на всякий случай осколочным,— приказал лейтенант Большакову.
Бакулин тронул машину.
Только вошли в село и лязгнул клин затвора, как ударило по танку.
— Ироды, на опушке леса установили зенитку! — выругался лейтенант и нажал на педаль орудия.
Не заметил Жигульских, настиг его снаряд цель или нет. Еще раз ударило по его танку.
— Покидаем машину! — крикнул лейтенант.
Все сыпанули из танка, перемахнули через забор. Попали в чей-то двор. Командир выхватил из кармана гранату. Сзади к нему приближалась небольшая группа гитлеровцев. Но под их ногами взорвалась граната, брошенная кем-то из танкистов. Раздался вопль... Жигульских стремглав кинулся на другую сторону улицы. Заскочил в один двор, оттуда через плетень — в другой. Вбежал в хату. Женщина, находившаяся в ней, мигом сообразила, в чем дело. Она вытащила из узкого прохода между печкой и стеной ящик с дровами, подняла крышку подпола. Как только лейтенант скрылся в яме, хозяйка мгновенно поставила все на свое место, а сама нарочно засунула руки в квашню с тестом...