На счёт "два"...

Аникина Анна

Последний раз они виделись, когда Ксюше было четырнадцать. Славка тогда как раз со сборов приехал. Машину с московскими номерами приметил у крыльца. Сердце заколотилось так, что думал, сознание потеряет. Ксюша привезла Ирочке набор для вышивания. Они сидели в спальне голова к голове, разглядывали. Когда Славик появился на пороге, одновременно подняли глаза. Ирочкины серо-голубые и Ксюшины карие. Он тогда не знал, как и поздороваться. Обнять? Нет, постеснялся. Просто сказал: "Привет!".

Впрямую расспрашивать Любовь Петровну о Ксюшиной жизни было неудобно. Воспитатель время от времени сама что-то рассказывала. Слава и Ирой получали каждый год

открытки к праздникам. Одну на двоих на Новый год. По одной на дни рождения сразу от Игоря и Ксюши. Но самыми ценными были те, которые ему персонально присылала только Ксения. С днём Советской армии и военно-морского флота. Новиков до сих пор хранил их все. И когда в армию уходил, с собой взял.

Каких богов благодарить за то, что привели к нему Ксению, Слава не знал. То, что она теперь на расстоянии вытянутой руки и можно с ней разговаривать о чем угодно, кружило голову. Хотелось схватить в охапку, прижать крепко. А то, как она его имя произносила, как смотрела своими глазами-вишнями, выбивало дух вон.

Сначала Новикову стоило невероятных усилий удержать инструмент в дрожащих руках. Опозориться сейчас перед Ксюшей не хотелось. Про мнение о нем подчинённых даже не думал. Потом еле смог остановиться и не прибить Толяна за грязные намёки. Не виси у него на локте Ксюша, мог бы и покалечить.

Глава 39

39.

Новиков запрыгнул за руль. Пультом открыл ворота, выгнал джип на улицу. На заднем сидении обнаружил детское кресло. Неужели это у Ксюши ребёнок? Она уже замужем? Внутри кольнуло.

Вышел из машины, отдал ключи Ксении. — Держи свою игрушку. — Спасибо тебе большое! Это папина старая машина. — А кресло чьё? — кивнул Новиков в сторону заднего сидения, не удержался. — Кресло? А, это сестры младшей. Ей три с половиной. — Так у вас вроде братья были. — И братья есть, двойняшки. И сестра есть. И ещё мама малыша ждёт. Летом. — Это ж сколько всего? — Шестеро, Слав, — улыбнулась Ксения, — Ой, ты ж замёрзнешь без куртки, — забеспокоилась девушка. — Не, не волнуйся. Я привычный. Ты, Ксюш, — Слава замялся, — телефон дашь мне свой? Домашний. Или мобильный. — Конечно! Записывай. И позвони мне. Я тоже запишу контакт. Мы же увидимся ещё, Слав, да? Игорь будет рад. И родители тоже. Приедете к нам? Ты же с Ирочкой в Москве?

— Ира умерла. — Как? Слав? О, Господи…, - Ксюшу затрясло. Нежная хрупкая сероглазая Ирочка. Она же на год моложе их с Игорем. — Лейкоз острый. Три недели. Сгорела. Ничего нельзя было сделать. — Давно? — Восемь месяцев назад. — Слава…, - Ксюша сделала большой шаг, обхватила Вячеслава за талию, прижалась крепко. Спрятала мокрое лицо у него на груди.

Новость о смерти Ирочки добила девушку. Новиков стоял столбом несколько секунд. Не чувствуя ни холода, ни ветра. Только Ксюшино дыхание и мокрое пятно от её слез. Потом руки сами поднялись, обняли девичьи плечи. Лицо ей в макушку, в душистые кудри. Вдох глубокий, насколько лёгких хватало. Ксюша подняла на него глаза. — Ты один совсем. — Только не жалей меня, пожалуйста. — Почему? — Жалость, это совсем не то чувство, которое мне бы хотелось, чтобы ты ко мне испытывала, — Слава сам не понял, откуда на языке взялись эти слова и смелость их произнести. — Я соскучилась по тебе, — тихо сказала Ксюша, опустив голову, — Мой первый рыцарь. Ты помнишь? — Да, моя королева! Я даже меч хранил. Пока кто-то его по ошибке не выбросил, — улыбнулся Слава.

Из Ксюшиной памяти сразу возникла картинка. Утоптанная площадка во дворе детдома. Слава,

стоящий перед ней на одном колене. Мечом, сделанным из двух дощечек, перевязанных проволокой, она посвящает его в рыцари. В то лето ей исполнилось семь. Но книжки она читала явно не по возрасту. Слава и читать то научился, чтобы понять, что совсем мелкая Ксюшка находит в этих книжках.

В её фантазиях принцы и рыцари всегда имели образ Славика Новикова. Такие же статные, светловолосые и голубоглазые. Когда единственный раз в жизни Слава видел Ксюшу в бальном платье, у него перехватил дыхание. "Моя королева".

Ксюша опомнилась, что Новиков без куртки, а они стоят на улице уже давно. Слава не шевелился. Каждый из них думал о своём.- Что ты такое сказала про "два раза в одну воронку"? — вдруг спросил Славик. — Ой, это сегодня в университете разговор был. Понимаешь, я все эти годы никому не говорила, что мы приёмные. А тут дважды за один день пришлось сказать, что я росла в детдоме. И что для меня это часть детства. А не" ужас-кошмар". — Устала? Отвезти тебя? — Что ты… Я сама доберусь. Сейчас уже легче. Спасибо тебе. А то ты потом из нашей деревни не выберешься. — Вы за городом? — Недалеко от МКАД. Квартира на Ярославке, а там дом. Нас же много. Слав, я тебя заморозила совсем. Позвони мне, пожалуйста.

Ксюша ещё раз порывисто обняла Славика. Села за руль. Помахала рукой, улыбнулась и уехала. Новиков ещё минуту стоял под неожиданно прояснившимся мартовским небом. Отчётливо запахло весной.

Глава 40

40.

Когда Ксюша добралась до дома, было уже совсем темно. Небо стало звёздным и высоким. Ветер сменил направление.

Младшие двойняшки уже отправились к себе. Ксюше не хотелось рассказывать родителям и брату о событиях этого дня при мальчишках. Не надо им пока знать такие подробности о старших.

Жанна с Володей выслушали её очень внимательно. Новость о том, что она встретила Новикова, Ксюша припасла напоследок.

— Так получается, что этот профессор вас всех провоцировал что ли? — не понял Володя.

— Нет, пап. Он действительно был убеждён, что все детдома такие. Потом уже, в личном разговоре, упомянул Детскую деревню, которая у нас тут недалеко. Как пример лучшего варианта. Там у них "семьи". Дети ходят в обычный садик и школу, на кружки. И у них на 7-10 человек есть "мама".

— Странно, что нет "папы", — буркнул Игорь.

— Да, кстати, я тоже это сказала. Ведь у нас был и Евгений Михайлович, и Степаныч. И физкультурник был совсем молодой. Забыла, как его… Он ещё всех в спорт отправлял, помнишь?

— Александр Сергеевич он. Как Пушкин. Помню, конечно. Он ещё Новикова в карате определил. И Толик Семченко лёгкой атлетикой занимался в спортшколе. Тоже по его совету.

— Ксати…, - Ксюша сделала многозначительную паузу, — Ни за что не угадаете, кому принадлежит автосервис на Шоссе Энтузиастов!

— Славе Новикову? — подала голос Жанна.

— Мам, ты как догадалась? — искренне удивилась Ксюша, — Ему, представляете!

— Вов, помнишь, мальчика, который музыку ставил и в технике разбирался?

— Конечно! Мы с ним ещё под капот нашей девятки лазили в следующий приезд. Ему лет тринадцать было, а он с одного взгляда определил, почему машина не заводится.

— А ещё… Еще…, - Ксюше уже сложно было удержать в себе печальную новость.

— Дочь, не пугай, — Володе не понравилось, как изменилось Ксюшино лицо.