На самом деле

Евдо Анна

— Я тебя умоляю, у меня уровень богини по таким штучкам, — отмахнулась Инна. — Зацени.

Виола склонилась ближе, рассматривая фотографию. На ней точно были они с Инкой, когда совсем недавно смотрели фильм, усевшись на полу в гостиной с коробочками китайской еды. Инне приспичило запечатлеть тот момент для истории, но Виола не знала, что Инка сделала несколько кадров. На выбранном Вилку было видно по пояс. Она над чем-то смеялась, закрыв нос и рот сложенными домиком ладошками. Себя Инна обрезала, оставив лишь кусочек плеча и локтя

так, что становилось понятно, что рядом кто-то есть, но определить парень или девушка не получалось. К тому же она обработала фото: фон стал более размытым, распущенные волосы Виолы стали почти чёрными и отсвечивали синеватым всполохами, как будто она находилась в кинотеатре перед большим экраном.

— Кстати, здесь тебя даже труднее узнать, — заметила Инка.

— «Д_ружба, 23 года», — прочитала Виола, запнувшись на разделении букв. — Полагаю, Змея для разврата, а Д-подчёркивание-ружба для приятельского общения с возможными привилегиями.

— Почти пр-равильно полагаешь, потому что р-разврат исключительно по твоему собственному желанию, — програссировала Инна. — Пора воспользоваться по полной программе всеми сторонами твоей личности. Флиртуй, заманивай, отшивай, кусай, дружи, знакомься и влюбляйся! Об-щай-ся! А надоест — хлоп! — Она перевернула телефон экраном вниз. — Абонент не в сети. И всё. Никаких дополнительных объяснений не нужно.

— Как у тебя всё просто, — Виола вглядывалась в фото, соглашаясь с Инной в том, что узнать её тут было очень сложно.

— Главное — не усложнять, — фыркнула Инка и вновь запорхала пальцами по экрану. — Вот тебе се ля ви[2] как есть. Ты на самом деле без ретуши и прочих примочек.

«P.S., 21 год» под фото аккуратной мочки уха без прокола с завитком русых волос.

— Постскриптум? — Виола, не моргая, уставилась на Инку, которая самодовольно светилась, как супермощная лампочка.

— Примитивный тест на коэффициент интеллекта. Ты у нас вечная скрытая недосказанность. Вроде изучил, но всегда остаётся новое добавление, тот самый постскриптум. — Инна перевела дыхание. — Для кого-то это могут быть инициалы имени. Снова загадка и предположения, что опять же вызывает интерес. Ну и, — она поджала губы, а затем прошептала: — Тайный намёк по звучанию. Тогда сразу будет понятно, кто зачем к тебе пришёл.

— ПиЭс, — произнесла вслух Виола. — И что?

Инка одарила подругу покровительственным взглядом:

— А то. Пыс-пис. Для кого-то мир, который «peace», а для кого-то те самые писи-миси-кис-киси.

— О боже, да тут целая наука! — воскликнула Вилка, закатывая глаза в тысячный раз за последние сутки.

— Ты же у нас любишь научный подход, вот и экспериментируй, — рассмеялась Инна. — Но прежде чем ты пропадёшь в море сообщений, предупреждаю, что Арс уже тебя вычислил.

Виола молча уронила лицо в ладони. Инка терпеливо дождалась, когда Вилка устанет сидеть, скрючившись в три погибели.

— Добивай, — проговорила Виола, возвращаясь

в вертикальное положение.

— Наоборот, я тебя сейчас заинтригую, — глаза Инны азартно засверкали. — Каждой твоей мамбической ипостаси написал один и тот же парень.

[1] Femme fatale (фр.) — Роковая женщина.

[2] C’est la vie! (фр.) — Такова жизнь!

Глава 6

— Где все хорошие девчонки? — насмешливо переспросил Мирон. — Ад, ты серьёзно?

— Более чем, — ответил Вадим, проверяя бакли[1] на роликах.

— Пара вертов[2] или один грэб[3] — и все плохие и не очень плохие девчонки твои. На фига тебе хорошие?

— Да как-то давно их не встречал. Поговорить охота без визгов-писков, — Вадим вставил в ухо наушник и запустил плейлист в телефоне. — Покатили!

Мирон отшвырнул на лавку пустой рюкзак и догнал Вадима, который как раз втыкал в ухо второй наушник.

— Наговоришься, когда станешь старым пердуном, а пока самое время снимать нехороших девочек, — он недвусмысленно зыркнул на бессменную группу охотниц в коротких юбках у парапета, которые выставляли напоказ абсолютно всё и оставляли место лишь для самых очевидных фантазий.

Вадим никак не прокомментировал намёк друга и прибавил скорости.

— Слушай, а ведь меня заело, — выдал Мирон вечером, отрываясь от телефона, когда Вадим вернулся в кухню после душа.

— Что именно?

— Где найти хороших девчонок, — напомнил Мирон.

— И что скажешь?

— Вариант номер один: они сидят по домам.

— Да ты Шерлок, — ухмыльнулся Вадим и присосался к бутылке с водой.

— А то, — хохотнул Мирон, вытягивая под столом длинные ноги. — Вариант номер два: они шифруются и прикидываются плохими.

Вадим закрутил крышку, выкинул пустую бутылку и привалился к рабочей столешнице, сложив руки на груди. Мирон молча постукивал пальцами по экрану телефона.

— Варианта номер три не будет? — выгнул одну бровь Вадим.

— Больше ничего в башку не лезет, — пожал плечами Мирон.

— Вот так друзей и теряют, — серьёзно заметил Вадим. — Обходить все дома и квартиры — как искать иголку в стоге сена, а устраивать проверку плохим девчонкам просто пока не прёт. Придётся выкручиваться самому.

— Погоди, — Мирон подтянулся повыше на сидушке, отклонившись на спинку так, что стул качнулся, встав на задние ножки. — Есть одна идея.

Стул натужно скрипнул, и Вадим поморщился, занимая точно такой же напротив друга.

С Мироном они познакомились на первом курсе. Год жили в разных общагах. Со второго курса начали напополам снимать неплохую двушку в спальном районе, которую в скором времени придётся либо переоформлять на кого-то одного из них, либо вообще от неё отказываться и переезжать в другое место. Всё будет зависеть от намечающихся перспектив после защиты диплома.