На ромашке не гадай
Шрифт:
– Чтобы быть с ней?
– С тетей Ритой? Да, конечно. Она ждет меня. Вернее, нас с тобой, но ты же не желаешь…
– Вместо того чтобы подольше побыть со мной, ты едешь к ней!
Энди оказался под прицелом сразу трех пар глаз – Джин, Дебби и, разумеется, Тима. Явно чувствуя себя неловко, он сказал:
– Тетя Рита там одна, сынок, а у тебя здесь мама и бабушка.
Услышав последнее слово, Дебби встрепенулась.
– Что-то я не пойму, парень, ты в самом деле собрался оставить сына и отправиться к подружке?
Энди
– Нет, Дебби, я предлагаю Тиму поехать со мной к Рите, которая ждет нас с тортом, конфетами и мороженым. А кроме того, – повернулся он к Тиму, – тетя Рита приготовила тебе подарок. Какой не скажу, узнаешь по приезде. – Выдержав короткую паузу, Энди спросил: – Ну как, едем?
Тим отвернулся.
– У меня разболелась голова.
– В самом деле? – Джин озабоченно пощупала лоб Тима. – Что же ты раньше не сказал? А вчера чихал, я слышала. Вот видишь, нельзя тебе так много купаться в надувном бассейне!
– Я хочу прилечь, – сказал Тим.
– Правильно, – подхватила Дебби. – Это лучше всего.
– Постой! Недавно я купила детский аспирин, – сказала Джин. – Будто чувствовала, что понадобится. Сейчас принесу.
– И воды захвати, – крикнула Дебби ей вслед.
– Но как же… – начал было Энди, однако тут же умолк, видя, что на него никто не обращает внимания.
Только когда вернувшаяся из кухни Джин дала Тиму таблетку и тот проглотил ее, запив водой, Энди нетерпеливо пошевелился.
– Я…
– Ты можешь возвращаться в город, – сухо произнесла Джин. – Тебя никто не задерживает. А Тим останется дома. Он плохо себя чувствует, и я просто не позволю ему никуда ехать. – Она взглянула на Тима. – Иди наверх, сынок.
Энди задумчиво посмотрел на часы, потом устремил взгляд на понуро поднимавшегося по лестнице Тима и со вздохом потянулся в карман за сотовым телефоном.
– Ладно, сейчас позвоню Рите и предупрежу, что задерживаюсь…
Спустя примерно час Джин поднялась в спальню Тима. Шторы были задернуты, поэтому в полумраке не сразу удалось понять, спит Тим или нет. Джин постояла немного в нерешительности и уже собиралась выходить, когда с кровати прозвучало:
– Мама, он еще тут?
– Папа? Да, сидит в гостиной. И очень переживает за тебя.
– Нет, – вздохнул Тим, – не очень. И остался он не ради меня, а потому что вы с бабушкой пристыдили его.
Наверное, не стоило Дебби разговаривать с Энди таким тоном при Тиме, с запоздалым сожалением подумала Джин. Да и я тоже могла бы проявить больше сдержанности в присутствии ребенка. А теперь нужно попытаться как-нибудь его успокоить.
– Что ты, солнышко, он твой папа и остался здесь, потому что… хотел быть с тобой.
Окончание фразы прозвучало, мягко говоря, малоубедительно, Джин сама это почувствовала.
Наступила пауза, довольно продолжительная, Джин даже подумала было,
– Почему бы ему не уехать совсем? Пусть оставит нас с тобой одних.
Джин показалось, что она ослышалась.
– Что? Солнышко, что ты такое говоришь? Папа никогда не сделает ничего подобного!
– Сделает, – с горечью возразил Тим. – Рано или поздно он нас все рано бросит, так зачем ждать? Пусть уезжает прямо сейчас, а мы сделаем вид, будто его никогда не существовало. Тем более что он мне не папа…
А я не мама, подумала Джин. Интересно, мне Тим тоже не верит? Почему он считает, что Энди больше виноват в том, что распалась наша семья? Только потому, что тот ушел? А если бы это сделала я, оставив Тима с Энди, – тогда большая часть обвинений была бы нацелена в мой адрес?
Вздохнув, она приблизилась к кровати, наклонилась и поцеловала Тима в висок.
– Постарайся уснуть, солнышко. Ты… напрасно так думаешь о папе, но сейчас мы не станем это обсуждать. Поспи, а когда проснешься, все будет выглядеть иначе. Лучше чем сейчас, я уверена.
Напоследок Джин погладила Тима по волосам, поправила одеяло и тихо вышла.
Когда она появилась в гостиной, Энди встал с дивана.
– Ну как он?
– Не очень хорошо. Минорное настроение, головная боль, обида…
– На меня? – мрачно спросил Энди.
Джин невесело усмехнулась.
– В том числе. Но, похоже, Тим обижен на весь белый свет. Кстати, тебе велено передать, что ты можешь ехать прямо сейчас.
Энди сокрушенно покачал головой.
– А говоришь, на весь белый свет… На меня он обижен, это ясно как день!
– Уезжай, Энди, – устало произнесла Джин. – Все равно нет никакого толку от твоего пребывания здесь. Если хочешь, позвони мне вечером, я расскажу тебе, как дела у Тима.
Энди с радостью ухватился за эту идею.
– Непременно! Обязательно позвоню. – Слегка замявшись, он добавил: – Ну… до свидания, Джин, Дебби. Приятно было повидаться.
– Будь здоров, – буркнула Дебби.
А Джин сказала:
– Я провожу тебя до двери.
Когда спустя несколько минут она вернулась, то застала Дебби стоящей у окна и глядящей в ту сторону, куда уехал Энди.
– Говоришь, хочет жениться на своей пассии и родить с ней ребенка?
– Кто? Энди? – машинально уточнила Джин.
Дебби мрачно взглянула на нее.
– Разумеется!
Прежде чем ответить, Джин на мгновение поджала губы.
– Да. Хочет жениться и хочет родить – во всяком случае, так мне было сказано.
– Хитер бобер, – язвительно усмехнулась Дебби.
– Что ты хочешь этим сказать?
– То самое, милая моя! Молодец парень, тебя оставил с ребенком, а сам…
Джин опустила глаза. Некоторое время она молчала, чувствуя на себе пристальный взгляд Дебби, потом негромко заметила: