На ромашке не гадай

Дэниелз Лаура

Лишь когда Энди попрощался и, беззаботно посвистывая, направился к своему автомобилю, Джин позволила себе убрать с лица идиотскую, по ее мнению, улыбку. Ей стало ясно, что она переоценила собственные силы. Потому что упреки адресовались ею в адрес Энди не только ради защиты интересов Тима, но также из желания уязвить его. А это означало, что она еще не окончательно избавилась от привычки считать его своим.

Если и есть что-то хуже осознания того, что собственный муж больше не пробуждает в тебе чувственности, со вздохом подумала Джин, то это факт,

что какая-то другая женщина сгорает от желания оказаться в его объятиях. А сам он смотрит на нее как на божество.

Она стояла на крыльце до тех пор, пока «вольво» Энди не скрылся из виду.

Боже правый, как быстро он убрал меня из своего сердца! – печально проплыло в ее голове. Как он вообще мог так поступить?!

В понедельник Джин и Салли встретились за ланчем в кафе «Беллиссимо». Сегодня привычное течение событий было слегка нарушено: Джин пришла в кафе одна, потому что Салли задержали какие-то банковские дела. Но та поручила Джин заказать блюда по своему усмотрению, добавив, что, пока их принесут, она успеет добраться до кафе.

Джин так и сделала: заказала две порции спагетти с сыром и омлет с грибами, а на сладкое – безе с шоколадным кремом. Не успела официантка принести блюда, как появилась запыхавшаяся Салли.

– Вот и я! Вижу, успела.

– Как раз вовремя, – кивнула Джин. – Присаживайся.

В этот момент Салли заметила пирожные.

– О, что празднуем?

– Ничего, – пожала плечами Джин. – Просто захотелось чего-то особенного. Надеюсь, ты не против?

– Если бы я сидела на какой-нибудь диете, мне пришлось бы бороться с искушением, но, к счастью, я ничем не ограничена в еде, так что… приступим! – Она села напротив Джин, и обе принялись за ланч. – Прежде за тобой не замечалось пристрастия к сладкому, – заметила Салли спустя некоторое время. – Надеешься таким образом заглушить неприятные отголоски недавних событий?

– Почему ты так решила? – удивилась Джин.

– Брось, всем известно, что неприятности следует быстрей заесть сладким, тогда они скорее забудутся.

– А, вон ты о чем… – протянула Джин, теряя интерес к теме.

Салли некоторое время наблюдала за ней – не забывая, впрочем, о еде, – потом негромко спросила:

– Ну как ты? Успокоилась немного?

– Что? – машинально переспросила Джин. – А… да. Я сейчас размышляю над тем, как бы продвинуть свою карьеру. И, соответственно, увеличить зарплату.

Салли заморгала. Меньше всего ожидала она услышать подобный ответ.

– С чего вдруг тебя стали одолевать такие мысли?

Джин в свою очередь удивленно взглянула на нее.

– Неужели не понимаешь? Одно дело, когда я жила с Энди, и совсем другое – когда одна. Вернее, я живу с Тимом, конечно, но он в данном случае не в счет, потому что речь идет о доходах нашей уменьшившейся семьи и…

– Постой, постой! – подняла Салли руки: левую – ладонью вперед, а в правой держа вилку. – От твоих скоростных маневров у меня голова идет кругом. То ты рассказываешь мне о совместном с Энди ребенке,

потом разводишься, а сейчас у тебя на уме карьерный взлет! Прости, но ты ведешь такую насыщенную жизнь, что я за ней не поспеваю. Только усвою одну новость, как ты сообщаешь другую.

Джин усмехнулась.

– Нечего тут усваивать. Все даже пятилетнему ребенку понятно: сейчас я могу всерьез надеяться лишь на свои доходы, а между тем мне предстоит вырастить и вывести в люди Тима. После того как мы с Энди расстались, все изменилось и я просто стараюсь не отставать от этих перемен.

Задумчиво покачав головой, Салли протянула:

– Кажется, понимаю. У Энди сейчас новая жизнь, а ты хочешь доказать ему, что вполне способна справиться без его помощи. Или, лучше сказать, без него.

– Ничего подобного! – воскликнула Джин с таким фальшивым возмущением, что ей самой захотелось поморщиться. В глубине души она осознавала, что слова Салли угодили в яблочко. – Я делаю это для себя. Ну и для Тима, конечно, тоже.

– Что ж, замечательно, – улыбнулась Салли, сделав вид, будто не заметила ненатуральности тона Джин. – Но хочу открыть тебе тайну: на свете существует еще кое-что, кроме карьерного роста и воспитания детей.

На что Джин негромко возразила:

– Только не для тех, у кого остались лишь ребенок и работа.

Услышав такое Салли поначалу разинула рот, потом воскликнула:

– Это еще что за чушь?! Ты не можешь действительно так думать! Ведь у тебя есть друзья, мать… все на свете!

– Все, кроме мужчины, – поправила ее Джин с невеселым смешком. – Впрочем, что от них проку? Сама знаешь, у меня было двое мужчин. Один бросил меня, другой стал мужем, но по прошествии некоторого времени превратился в нечто среднее между братом и отцом. Вот я и думаю, не отказаться ли мне вообще от попыток завести романтическое знакомство?

Наступила пауза, во время которой Салли и Джин доедали то, что оставалось на их тарелках. Затем Салли сказала:

– Тебе просто жаль себя, вот и все.

– Ничего подобного. Если бы я нуждалась в мужчине, то давно бы им обзавелась. Разве это проблема?

– Для тебя, вероятно, да.

– Ошибаешься!

– Ни капельки!

– А вот и ошибаешься!

– Нет!

Они посмотрели друг на друга и прыснули.

– Прямо как в старые добрые студенческие времена, правда? – весело сказала Салли.

Джин кивнула.

– Я будто перенеслась на несколько лет назад.

– Да, время летит быстро… Кстати, у меня скоро день рождения и я… не знаю, что делать.

– Собери вечеринку, как обычно. Что тут изобретать?

– Это само собой разумеется. Но, видишь ли, прежде я приглашала вас с Энди, и сейчас мне как-то неловко звать к себе тебя одну. Ведь Энди известно, что в этот день у меня соберутся гости…

– Не вижу проблемы, – пожала Джин плечами. – Пригласи и его.

– Но он придет не один! – многозначительно заметила Салли. – С ним непременно прибудет эта… как ее… Рита, кажется? И ты с ней встретишься нос к носу.