На репите
Шрифт:
– Твоя бабушка, Ань, всегда ценный источник народной мудрости.
– Пойдем, там все танцуют, болтаются. Атмосфера домашней вечеринки в слишком нарядных одежках.
– Отличная подпись к фото в альбом, – улыбнулась Маша, и они наконец вышли из женского туалета.
На удивление вечер прошел спокойно. Все танцевали, веселились, вспоминали школьные байки, не доставали друг друга старыми обидами. Маша расслабилась и даже решила остаться на встречу рассвета, хотя понимала, что у нее совсем нет сил. Влад рассказывал безумные идеи, которые он воплотит в собственной игре. Активно призывал Машу написать сценарий, а Аню подбирать каст актеров
– Ну что, выходим на последнюю прогулку в качестве одиннадцатиклассников? – бодро подхватил подруг под руки Влад. – Никита, погнали.
Они вышли со всеми, неспешно прогуливаясь по набережной. Кто-то из девчонок скинул туфли, кто-то пел песни, общее настроение было расслабленным и приятным.
– Маша, привет, – рядом с ней поравнялся Матвей. – Так и не удалось нам с тобой и парой слов перекинуться.
– Привет, не сказать, чтобы это была наша привычка в принципе.
– Ну да… В общем, я бы хотел с тобой поговорить, если ты не против.
– Эм, хорошо. Сейчас?
– Да, – Матвей взял ее под руку и чуть придержал, позволяя одноклассникам пройти вперед. – Я бы хотел поднять тему…ну, ты понимаешь.
– А почему ты? Не понимаю.
– Потому что я тоже был там.
– Я даже не знаю. Ты уверен, что этот разговор вообще нам нужен? – Маша глянула в синие глаза Матвея. Когда-то они ей так нравились, но девушка быстро отогнала эту мысль.
– Не знаю, но мне кажется, что вот так развлекаясь, провожая школу, мы будто врем сами себе, забыв о Сене.
– Да что ты можешь знать о Сене? С чего ты вообще называешь ее так? Ее так звали друзья, для тебя она Есения!
Матвей отшатнулся. Маша вскипела. Она всеми силами старалась отгонять от себя воспоминания, мысли, чувства, надоедливые, как мухи. Она старалась быть школьницей, прощавшейся с учебой. Возможно, она сошла с ума, потому что точно помнила, что выпускной уже был вчера, но об этом она намеревалась подумать потом. Повспоминать Сеню она тоже собиралась потом. Одна. Погоревать. Побить себя по лицу. Поорать в подушку. А тут какой-то Матвей, дурак, нравившийся когда-то всем трем подружкам – Ленке, Сене и Маше – вылез со своими проповедями.
– Да пошел ты со своими раскаяниями и больше не называй это имя при мне. Никогда.
– Я домой, – сказала Маша друзьям. – Устала и ноги отваливаются от этих туфель. Увидимся завтра вечером.
Она быстро попрощалась с ошарашенными Владом, Аней и Никитой, удачно вписавшемся в их компанию сегодня, и вернулась в кафе, ждать такси. Настроения не было. Внутри кипела злость.
Мама и отчим уже спали. Девушка пробралась в свою комнату, скинула туфли в угол около шкафа, платье бросила на стул и скорее бухнулась спать. Но тут же встрепенулась и закрыла дверь на ключ. Может, они и устала, но о своей безопасности от мерзкого Олега она не забудет никогда.
«И все же, что это было? Вчерашний выпускной…сегодняшний так на него похожий местами…странно все это», – засыпая, подумала Маша.
Глава 4
Маша
– Я сошла с ума, я просто сошла с ума, – Маша открыла дверь, не удостоив шипящего проклятья отчима и взглядом, она прошла мимо и закрылась в туалете. Ей нужно все хорошо обдумать.
Происходящее не могло быть правдой. Так не бывает. Маша уселась на крышку унитаза и побила себя по щекам, чтобы быстрее прийти в себя ото сна. «Что мы имеем? Третий день подряд я просыпаюсь в одном и том же дне – дне моего выпускного. Он проходит так или иначе очень похоже, но какие-то моменты кардинально отличаются. Будто бы важные моменты. Может, я уже в психушке и это все мои галлюцинации от таблеток? Что же мне делать, как понять, что, черт возьми происходит? И почему я не помню, как я засыпала в предыдущие дни? Странно, просто пипец какой-то». Наименьшее что Маша могла себе представить в самых страшных мыслях, так это, чтобы попасть в какую-то круговерть подобного рода с бесконечным повтором ужасного выпускного за пару дней до исполнения заветной мечты – отъезда из этого города в столицу, в новую жизнь, к людям, которых она не знает, которые не знают ее.
– День сурка? – с сомнением прошептала Маша двери и вышла. Олег ковырялся под раковиной, мама помешивала курицу в сковороде и добавляла приправ в макароны. Сцена та же, детали новые. Маша присмотрелась, пытаясь вспомнить, что именно во вчерашней версии этого дня делал под раковиной отчим, что было на нем из одежды.
– Маша, с днем выпускного! – мама помахала ей ложкой. – Готова? Как настроение?
– Ну, настроение пока сложно определить.
– Мы с Олегом побежим сейчас по работам, прости, что не смогу помочь со сборами, но я морально с тобой. Моя косметичка – твоя косметичка. И… – Ольга похлопала по спине мужа. Тот вылез из-под раковины и с самой гадкой из своих улыбок сунул руку в карман, вытащив оттуда деньги. – Тебе от нас…в честь праздника.
– Спасибо, но не стоило. У меня есть все, что нужно. Ладно, вы собирайтесь, мне нужно кое-что сделать.
Маша скорее убежала в комнату. Видеть снова эту утреннюю картину у нее сил не хватало. Она распахнула двери шкафа. Платье висело там же – на вешалке между белой и черной блузками, с биркой. Туфли лежали в коробке, полностью упакованные.
– Чертовщина какая-то.
Маша включила ноутбук, прислушиваясь, когда же мама и отчим уйдут из дома. Ей хотелось спокойно и без свидетелей подумать обо всем происходящем. На всякий случай она глянула на дату в ноутбуке – 23 июня. Взяла телефон – 23 июня. Зашла в соцсети – никаких историй с выпускного. Посмотрела сообщения с мамой, Владом, Аней – ничего про то, как прошел выпускной.
Маша пролистала новости – все про 23 июня и выпускников, которые только попрощаются со школой сегодня.
– Так ведь не бывает!
Зазвонил телефон. «Анка иностранка»
– Алло, – Маша уже знала, что подруга у нее спросит.
– Привет! Как ты? Готова к сегодняшнему вечеру?
– Готова, – мрачно ответила Маша. – А ты?
– Я тоже. Здорово, что ты решила пойти. Увидимся в кафешке.
– Не опаздывай, пожалуйста, выйди на полчасика пораньше из дома, Ань, хорошо? На всякий случай. День такой, что пробки будут.