На прорыв!
Шрифт:
– Белый дым. Значит, горят сырые деревья, тлеет земля, возможно, горит торф. Идёт пал. – Продолжила анализировать Вики. – Ты понимаешь, что это значит? Горит всё, что десятилетиями накапливало радиацию. И вся это примесь сейчас обрушится на наш состав. Сегодня высокое атмосферное давление. Оно пригибает всю эту субстанцию к земле, вот мы ничего и не увидели бы, пока не стало бы слишком поздно.
– Слабый ветер разгонять марево не торопится. – Добавила Ленка.
– Я закупориваю состав. – Сказал Зиновий и поднёс ИМИИ к губам. – Тимофей, постарайся
– Да, адмирал. – Послышалось из научного вагона, где среди команды учёных занимался мониторингом хакер. Картинку передавали не только дроны, но и планеры, увешанные камерами.
По всем вагонам автоматические механизмы сработали повторно, показывая, что надёжно заперта каждая дверь, стена, щель и проход. Герметизировались и все шесть туалетов по жилым вагонам, временно перейдя на био-существование. Этому изобретению нельзя было не нарадоваться, так как в прошлый раз в зоне повышенной радиации приходилось использовать подручные средства, лишь бы не впускать заражённый воздух со дна вагонов.
Гадили в ведёрко.
– Планера, поднимайтесь как можно выше в воздух и летите по ветру над роботами. В облака дыма не влетать. Всякой херней не дышать. – Вновь отдал приказ Зиновий через свой передатчик связи. – Об обстановке докладывать.
– Так точно, Зиновий Железнорукий, – ответили поочерёдно все планера, управляемые подземниками. Анклавовцам достались места за пулеметом, так как стреляли они заметно лучше из стрелкового оружия.
«Каждому своё. И всем счастье». – Подумал Зиновий. Поезд на путях обогнул холм и адмирал с компанией увидели издалека то, что легко было принять за мираж. Белесое марево на ярком солнце, однако, не спешило пропадать при приближении. Белый дым можно было так же принять за туман, стелящийся по земле. Но стоило составу нырнуть в это «облачко на земле», как оно обволокло стекла, убрав видимость до нуля.
За окном словно было разлито молоко, и поезд просто утонул в нём. Все датчики как с ума посходили. Счётчики Гейгера зашкалило.
– Странное поведение для тумана. Или дыма? – Протянула Ленка.
– Это не туман. – Уверенно заявила Вики. – Но и на дым не похоже. Пал так себя не ведёт, насколько я осведомлена о пожарах. Либо нас травят направленно, либо это… химическое оружие.
– Не пори ерунды! Где бы его кто достал? – Забурчал Зёма, с надеждой глядя на заизолированные стенки поезда. Раз корпус выдерживал удар радиации, то и от химической атаки должен был уберечь. Но всегда есть место недочётам, когда Экспедиция готовится в спешке, придуманной им же самим. Благо, что на этот раз турели на крыши вагонов не ставили в угоду лучшей консервации.
– О, нет! Андрюшка же без костюма! – Ленка рванула в жилые вагоны. Материнский инстинкт проявлялся в ней в самые волнительные периоды, словно их активировал адреналин.
– Так, не паникуйте. Давай просто проскочим эту аномалию побыстрей. – Сказал более спокойно адмирал и добавил скорости
Это было фатальной ошибкой в условиях недостаточной видимости!
На миг все члены экспедиции ощутили невесомость. Ноги вдруг оторвало от пола, затем тут же жестко бросило на него, отчего многие попадали на пол.
«Туман» пропал мгновенно. Поезд заскрипел колесами по не существующей более железнодорожной насыпи, перемалывая небольшие камни. Затем весь состав увяз в песке. Зиновий с округлившимися глазами принялся смотреть в окно, где вместо трассы и голубого неба теперь была лишь пустыня, выжженная солнцем и небо стального цвета. Причём такой свет небу давала сама атмосфера.
Зиновий переключил картинку на дрон. Он дал обзор сверху. На идеально ровной поверхности нового, неизведанного мира, состав Содружества казался инородным пятном.
Адмирал, ничего не понимая, убедился, что Вики в костюме в боевом положении. Зайдя в антирадиационную камеру, откупорил дверь. Ноги вступили на песок, увязнув по щиколотку.
– Это что ещё такое?!
Вики спрыгнула следом. У неё не было ответа. Она с глазами, полными ужаса принялась бродить возле локомотива.
Зиновий повёл головой, осматривая горизонт. Планеры исчезли. Картинку на монитор выдавал всего лишь один дрон.
– Где наши люди в небе? – Все же первой спросила Вики.
Зёма присел на корточки, зачерпнул пригоршню песка, просеял сквозь массивные пальцы перчаток костюма.
– Зови Демона. Пусть исследует почву.
– Мы даже состава воздуха не знаем. Рыжий наш без костюма!
Зиновий, глядя подруге в глаза, нажал на кнопку на руке костюма. Обзорное стекло откинулось, уползая в недра костюма. Адмирал вдохнул полной грудью.
– Ты дурак что ли?! Зачем рискуешь?
Зёма скривил улыбку. Свежий шрам на щеке портил то, что совсем недавно считалось искренней, беззаботной улыбкой подростка.
– Нормально. Голова только болит.
– Голова болит? Это может быть всё, что угодно! Ты почему не бережёшь себя?! – Вики приблизилась, глядя в глаза. Во взгляде читалась тревога.
Зиновий улыбнулся:
– Тебе это ничего не напоминает? Странные ситуации, незнакомые места. Не удивлюсь, если мы до сих пор едем в составе на скорости 55 км в час, замерев в ступоре или валяясь без сознания.
– Хочешь сказать, мы под ментальной атакой титанов? – Вики надула губки. – Вот я дура-а-а. Это ж точно глюки!
– Не знаю, был ли вправду туман или нет. Но если подумать отдалённо, то мы как раз подъезжали к Уссурийску. Это правдоподобнее, чем верить в телепорты в другие миры. На скорости 55 км в час наш состав, сойдя с рельс, сложился бы в гармошку. А этот даже не накренился. Так что титаны дали маху со своим «воображариумом».
– Логично. – Вики откинула обзорное стекло шлема, вдыхая полной грудью. – А я химическое оружие приплела. Просто дым. А глюки начались с тех пор, как туман на молоко стал похож. Но что будем делать?