На прорыв!
Шрифт:
Еще не дойдя до дверей, юноша рухнул лицом в землю, потеряв сознание.
Силы иссякли.
* * *
Вики с Ольхой дежурили возле двери лифта несколько часов к ряду, прислушиваясь к каждому шороху. Девушки стояли в Алых Саламандрах в полной боевой готовности, но первой рванула к открывающимся дверям именно Ленка, едва заслышав гул опускающейся кабины. Отсутствие спецзащиты в Чёрной Саламандре её не пугало, когда речь шла о любимом. К тому же рванула она к дверям с простым автоматом наперевес. Оружие не столь
Капитанша застыла перед распахнувшимся проемом как вкопанная, не зная как реагировать на пустоту в лифте. Ни Зёмы, ни крови, ни врагов. Неопределённость пугала.
Тимофей замкнул дверь и несколько минут возился с меню внутри кабинки, меняя чип.
– Управление лифтом перехвачено. – Наконец прозвучало от него и в динамиках Алых Саламандр. – Действуем, как договаривались. Первые десять человек наверх без груза и тел. Внешнее питание от аккумуляторов можно отключать. Лифт снова питается от наших энергоколлекторов.
– Мы поедем в числе первых, – тут же добавила Ольха.
Смирнова занервничала, глядя как долго подтягиваются к дверям лифта люди из коридора. Подземники в отличие от неё и капраза Седыха, все были в Алых Саламандрах. Не столько по причине защиты тел, сколько в целях защиты от слепоты палящего солнца. Пока не начали штамповать солнцезащитные очки на подземных заводах, нормальную защиту глазам людей, привыкших к постоянному сумраку, могли дать только защитные экраны сфер с обзорными противоударными стёклами, встроенными в алые шлемы.
– Вики, только зонтиком его раскрой. И постарайся на возвышенности поставить. Пусть пройдет круг от восхода на закат поградусно. – Послышалось следом от Клавдии. – Один день наблюдения всей полноты спектра не покажет, но и с первыми данными можно работать.
«Морг» оставалась в Москва-Сити за главную, вступив в должность Поверенного по рекомендации одного человека. Самый странный случай выборов в подземелье никого не удивил: Поверенные менялись почти каждый день. Но дела до тех, кто стоял на верху особого не было. Главное, чтобы решались проблемы и стояла повестка дня.
На поверхность Морг передала вместе с Вики небольшую коробку с оборудованием. Оно должно было замерить интенсивность солнца, чтобы верно подобрать параметры для очков подземникам. С ним умела обращаться пока только юная физик-блондинка, имевшая дело со спектрометрами в ШУРе.
Капраз Седых зашёл в лифт в числе первых, следом за девушками. Заерзал на месте. В Чёрной Саламандре он чувствовал себя неуютно. Но она была легче броника и держала в тонусе его дряблое, порядком поношенное жизнью тело. Да и старый АКМ отдали. О большем доверии говорить и не следовало.
«С ним как-то спокойнее возвращаться в родной мир, черт бы его побрал». – Прикинул Руслан Тимофеевич. Капраз знал, что ощущение спокойствия и безмятежности улетучится, едва лифт выплюнет их на поверхность. Хотелось бы остаться в подземном раю подольше. Но
Первая группа из десятка людей быстро заполонила лифт. Грузоподъёмность в 5 тонн позволяла увезти 40 человек в костюмах повышенной защиты и при полной боевой выкладке. Но рисковать не стали. С чем столкнулся молодой адмирал у шахты, не загадывали. Каждый человек был на вес золота. Да и за прочность канатов никто не мог поручиться. В ремонт лифт станет не раньше, чем город избавится от тел.
Лучше меньше, но с гарантированной безопасностью.
Елене Смирновой казалось, что лифт пополз вверх с черепашьей скоростью. Хотя черепах она никогда не видела. Многие вещи остались живы лишь в разговорной речи. Но язык жил, а с ним жили и не всегда понятные образы.
Когда лифт, наконец, остановился, Ольха обронила:
– Костюмы в боевое положение!
Это напоминание было лишним. Подземники и так боялись поверхности, готовые стрелять во всё, что движется.
Вики добавила, глядя на ИМИИ:
– 107 секунд подъёма при расчётных 90. Учитывая малую нагрузку, износ лифта где-то процентов 30–35. С месяц ещё без ремонта протянет. Если без диверсий. – И она кивнула Седыху.
Тот забурчал маты, добавив:
– Вперёд, сучье племя!
Группа рванула в распахнувшиеся створы, щуря глаза даже тогда, когда Алые Саламандры затемнили обзорные стекла.
Смирнова, распихивая подземников, первый раз увидевших солнце, так же первой заметила Зиновия. Парень лежал на земле без сознания. Под ногой собралась приличная лужа крови. Пожёванный чёрный костюм на ногах выглядел так, как будто адмирала использовали вместо косточки.
Но «косточка» явно огрызалась. Рядом хрипел волк с перебитой гортанью. Животное дергалось в предсмертных конвульсиях. Умирать зверь не спешил, глядя глазами с кровавыми белками на людей. Взгляд, полный ненависти.
Ленка вскинула АКМ, собираясь дать очередь и покончить с этими муками.
Ольха подскочив, подкинула дуло вверх. Пара пуль улетела в небо.
– Отставить! Нам нужен любой живой зверь для изучения! Уничтожаешь ценный материал флоры-фауны.
– Он попробовал человеческой крови! Зёма им не зря всем пасти порвал. Это и наверняка вожак. Самый опасный. Самый умный. Руслан Тимофеевич не даст соврать. Натаскал по зверью. Да, старый?
– Приведешь другого волка. Отдам этого. – Спокойно ответила Ольха, уже склоняясь над Зёмой. – Так, что тут у нас? Утомление. Обезвоживание. Зрачки реагируют на свет так, что глаза слезятся. А, ну и рваная рана. – И Ольха без дальнейших разговоров закинула адмирала на плечо. Пневмомоторы заработали с нагрузкой. Свободной рукой подхватила и волка за шкиряк, потащила к лифту.
Зверь не упирался, слабо роняя слюну с губ.
– Погоди! Что с ним? – Рванула следом Смирнова. – Зёма в порядке?! Брось эту хищную тварь и займись адмиралом!