На правый бой
Шрифт:
Исходя из этого, в период подготовки к наступательным действиям в основу партийно-политической работы в войсках было положено разъяснение политики ленинской партии, важности освободительной миссии Красной Армии, в частности первомайского приказа Верховного Главнокомандующего. В приказе были подведены итоги выдающихся побед, одержанных Красной Армией над захватчиками в период зимней кампании 1943/44 г., и определены дальнейшие задачи воинов.
Стабилизация фронта позволила развернуть агитационно-массовую работу в войсках с привлечением широкого актива. Главным содержанием этой работы был показ того, как в ходе ряда кампаний 1943–1944 гг. Красная Армия выиграла историческую битву за Днепр и Правобережную Украину, сокрушила мощные оборонительные укрепления врага под Ленинградом и в Крыму, умелыми и стремительными действиями преодолела его оборону
В докладах, во время политинформаций и бесед подчеркивалось, что уже почти вся Украина, Молдавия, Крым, Ленинградская и Калининская области, значительная часть Белоруссии очищены от оккупантов. Родине возвращены плодородные земли между Днепром и Прутом, наша армия вплотную подошла к государственным границам Румынии, Чехословакии. Эти факты подкреплялись примерами того, как советские люди самоотверженным трудом восстанавливают разрушенное врагом хозяйство.
Агитаторы и пропагандисты на конкретных примерах показывали героизм тружеников тыла, которые в трудных условиях войны добились решающих успехов в производстве вооружения, боеприпасов, обмундирования, продовольствия и своевременной доставке их на фронт. Бойцы и командиры воочию видели, что советский народ под руководством Коммунистической партии способен творить чудеса, с честью выходить из самых тяжелых испытаний.
По мере приближения начала операции агитационно-пропагандистская и организаторская работа политуправления и политорганов объединений и соединений принимала более конкретный, целенаправленный характер. Этому способствовали проведенные в армиях совещания командного и политического состава, а в корпусах и дивизиях — собрания партийного актива. С докладами на них выступали члены Военного совета, руководящие работники политуправления и другие товарищи из управления фронта. В ряде соединений выступил и я.
В частях и подразделениях регулярно проводились партийные и комсомольские собрания, собрания личного состава, на которых обсуждались задачи по повышению боевой выучки, слаживанию подразделений, работе с вновь призванными бойцами.
В этот период на первый план выдвигалась задача совершенствования агитационно-массовой работы с личным составом. Чтобы облегчить работу низового актива, мы в политуправлении разработали специальный перечень основных тем лекций и докладов, подготовили и разослали в войска необходимые материалы.
Например, в материалах, подготовленных политуправлением для докладов и лекций, приводилось количество дивизий, выставленных союзниками Германии на Балканах против нашей страны, указывалось, какой процент сырья, потребляемого военной промышленностью гитлеровцев, покрывается поставками из этих стран.
Политуправление располагало красноречивыми цифрами и фактами на этот счет. Поступали сведения и о том, что, предчувствуя неминуемый развал под нашими ударами всего южного фланга советско-германского фронта, Гитлер задался целью выжать последние соки из своих союзников. Об этом, помнится, докладывал полковник Питерский, начальник отдела по работе среди войск противника. Он привел конкретные примеры того, как, в частности, гитлеровцы грабят Румынию. И когда уже после войны мне довелось прочитать послание фюрера с требованием «немедленно сделать новый военный вклад перед лицом усиливающейся опасности» и ответ Антонеску от 15 ноября 1943 года, вновь перед моим мысленным взором встали деревеньки и убогие рабочие окраины румынских городов.
Мне кажется, читателю будет интересно познакомиться с признанием этого диктатора-авантюриста, обрекшего румынский народ на неисчислимые бедствия.
«…В 1942 году Румыния, идя вместе с немецкой армией в борьбе против большевистской армии, сделала самый большой вклад из всех европейских стран: двадцать шесть дивизий, укомплектованных наилучшим составом и вооружением… Мы потеряли восемнадцать дивизий на Дону и под Сталинградом в результате советского окружения… В боях на Кубани восемь дивизий в течение года потеряли в общей сложности 25 % вооружения, считая только то, что было послано из Румынии. Семь из этих дивизий в настоящее время отрезаны в Крыму, а восьмая, сформированная из оставшихся после Донской операции сил, сокращена на 1/3 в результате… боев в Ногайских степях. Мы до настоящего времени потеряли четверть миллиона бойцов, не считая выздоравливающих раненых, и поглотили материальную часть почти двадцати дивизий… Мы несем жертвы, расходуя всю продукцию и весь наш импорт военного характера на содержание наших действующих
Впрочем, мы располагали цифрами и свидетельствами другого плана, более близкими и понятными простому советскому воину. Один такой факт, описанный в газете «Правда» за 10 мая 1944 года, мне памятен до сих пор. Оставляя в панике Одессу, румынские военные чиновники потеряли документ, датированный 25 июня 1942 года и озаглавленный «О функциях организации Z-1 по военным захватам и военным трофеям». На обложке документа — строгое предупреждение: «Совершенно секретно. Хранить в несгораемом шкафу. В случае опасности — сжечь». Румынские подручные гитлеровцев хотели скрыть свои преступления. В этом документе содержалась инструкция по планомерному и беспощадному ограблению временно оккупированных наших земель в Причерноморье, между Южным Бугом и Днестром. Специальные команды, сведенные в «организации Z-1», вывозили все, что только могли, — от заводского оборудования и колхозного инвентаря до музейных ценностей и личных вещей граждан…
Использование подобных примеров как в устной, так и в печатной пропаганде делало ее аргументированной, доходчивой, понятной каждому солдату и сержанту. К тому же мы старались вести работу дифференцированно, с учетом возраста, национальной принадлежности и срока службы бойцов.
Немалую работу проводил отдел пропаганды и агитации, возглавляемый полковником П. П. Савельевым. В его распоряжении была большая группа квалифицированных лекторов и пропагандистов. Через этот отдел член Военного совета осуществлял непосредственное руководство фронтовой и армейской печатью, работой группы прозаиков и поэтов, среди которых были Иван Ле, Александр Левада, Александр Черненко, Алексей Недогонов и другие. Писатели регулярно выступали с очерками и публицистическими статьями на страницах фронтовой и армейских газет. Они были и непременными участниками комплексных бригад политуправления в войсках, где выступали перед бойцами, читали свои произведения. Отдел агитации и пропаганды руководил и культурно-просветительной деятельностью в войсках. В его распоряжении имелось значительное количество технических средств — агитмашин, радиоустановок и кинопередвижек, а также и коллектив фронтового ансамбля песни и пляски, который пользовался популярностью в войсках.
Учитывая многонациональный состав войск фронта, большое количество бойцов, слабо владеющих русским языком, Главным политуправлением Красной Армии был разрешен выпуск, кроме прежних, уже выходивших на других языках, газет на казахском, узбекском, татарском, азербайджанском, армянском, молдавском языках. Однако наладить эту работу оказалось не просто. Нужно было не только укомплектовать редакции, но и достать необходимое оборудование, шрифты.
Газеты решили печатать во фронтовой типографии. Основную часть их полос составляли переводы официальных сообщений и материалов фронтовой газеты. Кроме того, в них печатались очерки и зарисовки о подвигах земляков, сообщения с родных мест. Значение газет на национальных языках трудно переоценить. Они сыграли большую роль в воспитании советского патриотизма и интернационализма, в разъяснении политики партии, благородных целей Великой Отечественной войны, в укреплении дружбы воинов разных национальностей.
В работе с молодым пополнением приходилось учитывать не только его многонациональный состав. В течение лета на пополнение 3-го Украинского фронта из освобожденных районов Правобережной Украины и Молдавии поступило более 100 тысяч человек. В некоторых соединениях эти люди составляли более половины личного состава. Нельзя было не учитывать, что они на протяжении некоторого времени находились под воздействием фашистской агитации. В основной своей массе они, конечно, имели здоровое политико-моральное состояние и, испытав на себе гнет фашистской оккупации, горели желанием отомстить врагам за их злодеяния. Но в то же время среди новичков могли оказаться и лица, отравленные ядом фашистской пропаганды. Это обязывало командиров, политорганы и парторганизации неустанно воспитывать бдительность, широко развернуть политико-массовую работу среди прибывшего пополнения, подкреплять ее индивидуальной работой с каждым.