На правый бой
Шрифт:
Алексей Сергеевич напомнил, что всего лишь месяц назад, 19 августа 1944 года, Военный совет фронта принял постановление, обязывающее генералов и офицеров, коммунистов и комсомольцев принять все меры по укреплению воинской дисциплины, чтобы, продвигаясь по территории буржуазных государств, наша Красная Армия показала себя не только боеспособной и могучей, но и высокоорганизованной, дисциплинированной, сознательной.
— Однако теперь, когда части и соединения оказались в необычных условиях, — отметил генерал Желтов, — когда перед ними нет фронта с неприятелем и возникла передышка, некоторые воины неправильно поняли наши задачи, считая, что для них война уже закончилась
Далее член Военного совета коснулся некоторых упущений в работе политорганов, высказал мнение о необходимости подготовки и издания специальной памятки бойцу Красной Армии, находящемуся в Болгарии.
— Такая памятка политуправлением уже подготовлена, — доложил я.
— Так где же она? — поинтересовался Желтов.
— Собирался завтра вам ее представить.
— Зачем откладывать? Давайте после заседания Военного совета и рассмотрим ее…
В заключение Военный совет принял постановление, в котором в предвидении новых сражений потребовал поднять уровень политико-воспитательной работы в войсках, принять все меры к укреплению воинской дисциплины, усилить устную агитацию. Предлагалось также продолжать и расширять работу с местным населением, организовывать с личным составом изучение истории страны пребывания, национальных обычаев болгар.
Особо указывалось на необходимость повышения персональной ответственности политработников за морально-политическое состояние личного состава, за подготовку бойцов и офицеров к предстоящим боям.
Вечером, после заседания Военного совета, я принес генералу Желтову проект разработанной памятки. Он внимательно прочитал ее, сделал некоторые поправки и разрешил печатать.
На следующий день я вызвал своих заместителей на короткое совещание. Разговор получился серьезный и обстоятельный. Мы обсудили и наметили меры, направленные на выполнение постановления Военного совета. В частности, в своей директиве политуправление потребовало от всех политорганов фронта усилить идейно-воспитательную работу по разъяснению воинам целей вступления советских войск на территорию Болгарии, для чего с 1 октября ввести в частях, не имеющих соприкосновения с противником, обязательные регулярные политические занятия с рядовым — и сержантским составом три раза в неделю продолжительностью по 2 часа каждое, а в дни, свободные от политзанятий, проводить тридцатиминутные политинформации. Для офицеров предусматривалось не реже одного раза в неделю проводить лекции и доклады по актуальным вопросам.
В директиве предлагалось также развернуть широкую работу по изучению «Памятки воину Красной Армии в Болгарии», по разъяснению личному составу основных ее положений.
Для издания такой памятки Катугин и Савельев привлекли к работе не только фронтовую типографию, но и армейские. Вскоре каждый воин 3-го Украинского фронта получил этот важный документ. Думаю, многие сохранили его как реликвию, напоминающую о пребывании на болгарской земле, об участии в ее освобождении от фашистских оккупантов, о гостеприимных болгарах, чью доброту и дружбу нельзя забыть.
И я храню эту маленькую книжечку, уже пожелтевшую от времени. И когда смотрю на нее, перечитываю знакомые строчки, мысленно вновь переношусь в то далекое время, на прекрасную землю Болгарии, в ту теплую и щедрую осень 1944 года, вижу дорогие мне лица солдат и офицеров, вспоминаю многолюдные митинги на городских и сельских
«Товарищ боец, сержант и офицер! — говорилось в памятке. — …От Волги до Балкан прошел ты, неся на своих знаменах освобождение десяткам миллионов людей от немецкого ига.
Высоко и почетно имя твое, воин Красной Армии! С особой радостью, как освободителя, встретил тебя болгарский народ — братский нам по языку и крови.
Второй раз в истории песет наша Родина освобождение болгарскому народу от чужеземного ига. 500 лет страдали болгары под тяжким турецким ярмом и из рук России получили долгожданную свободу.
Ты, славный воин Красной Армии, потомок русских героев Плевны и Шипки, своими славными подвигами — разгромом немецко-фашистских армий и освобождением Болгарии от немецкого ига — усилил и укрепил любовь и благодарность к русскому народу и нашей великой Родине — СССР…
Пусть везде, где пройдет Красная Армия, уничтожая врагов человечества — гитлеровцев и освобождая порабощенные ими народы, навсегда останется в сердцах миллионов людей глубокая благодарность, любовь и уважение к тебе, товарищ боец, сержант и офицер».
Памятка звала бойцов на подвиг, призывала их к бдительности, предупреждая:
«…Помни, что кроме миллионов друзей вокруг есть и враги, которые используют каждую твою ошибку, каждый неправильный поступок во вред нашей Родине и армии, во вред тебе. Храни военную тайну!..
Будь зорок и беспощадно разоблачай немецких агентов, в какую бы личину они ни рядились…
Будь бдителен всегда и везде…»
Докладывая мне о проделанной работе по изучению памятки, полковник Савельев сообщил, что во всех частях после ее вручения проведены митинги, которые вылились в демонстрацию советско-болгарской дружбы, в подразделениях прошли беседы, во время которых воины выразили свои сокровенные чувства по отношению к местному населению.
— Если разрешите, зачитаю некоторые из политдонесений, которые к нам поступают об этом.
— Пожалуйста, — согласился я.
Савельев привел слова рядового Лапина, бойца 3-й роты 59-го батальона 12-й штурмовой инженерно-саперной бригады РГК. Тот сказал: «Болгарский народ встречает нас любовно. Там, где мы проходим, нас приветствуют дети, женщины, старики, все болгарские жители. Нам аплодируют, желают успехов, счастья. Все это вызывает чувство гордости за нашу армию, за социалистическое Отечество. Имеет ли право боец Красной Армии после этого совершать недостойные поступки? Конечно, нет!»
— А затем, — прибавил полковник Савельев, — рядовой Лапин призвал товарищей крепить дисциплину, проявлять бдительность к проискам фашистских прихлебателей.
Горячо откликнулись на пламенные призывы, содержащиеся в памятке, и воины других частей и соединений.
В директиве политуправления указывалось также на необходимость усиления работы с агитаторами подразделений. В частности, предлагалось подбирать на эти должности наиболее авторитетных бойцов и младших командиров.
С целью проверки исполнения содержащихся в директиве указаний я направил в части офицеров политуправления. Немало затем было использовано для обобщения передового опыта поучительных примеров. Так, в одной из рот 353-й стрелковой дивизии 57-й армии был назначен агитатором 1-го взвода комсомолец Шевченко, который за короткий срок, будучи снайпером, уничтожил 17 вражеских солдат, а агитатором 2-го взвода — комсомолец снайпер рядовой Даниленко, на счету которого было 42 вражеских солдата. Даниленко вскоре наградили орденом Красного Знамени, а Шевченко — медалью «За отвагу».