На перекрестке миров
Шрифт:
Спина зверя была твердой и шершавой, и под ней явственно выступали бугры позвоночника. Места для нас троих было достаточно, а из кожи животного, как и обещал Шед, торчали две пары массивных металлических колец. Впрочем, мне можно было за них и не держаться — благо впереди, почти вплотную, сидел ученый, а устроившийся позади Рей сразу притянул к своей груди, давая надежную опору.
— Держите меня кто-нибудь, — несчастным голосом пропищал Аларик и кинул боязливый взгляд вниз. Тут же сильнее вцепился в кольца, явно намереваясь прирасти к ним.
Вторая пара колец располагалась как
Негромко заскрипела дверь, арис шумно вздохнул, и я почувствовала, как под нами пришли в движение бугры мышц. Тихонько пискнула и непроизвольно сжала ладони на мужских запястьях.
Да, кажется, поездка обещает быть захватывающей…
Полукровка поспешно вывел зверя из клетки и, ухватившись за рог, вскарабкался на загривок. Ухватился обеими руками за цепи, что тянулись от мохнатых ушей к переднему рогу. Кажется, этими самыми цепями он собирался править животное. Арис не спеша поплелся по спящему городу, но вскоре улица огласилась яростными криками. Нас явно заметили.
— Шох-хо! — что есть мочи завопил полукровка. Арис протяжно взревел, и дома с бешеной скоростью понеслись мимо нас.
Грохот стоял — хоть уши закрывай. От топота исполинской зверюги, наверное, даже земля сотрясалась. Меня замутило и, закрыв глаза, я уткнулась носом в плечо ученого. И тут же почувствовала, как Рей рывком притянул к себе. Крепко обхватил рукой талию, не давая свалиться.
Как он, при всем при этом, умудрялся держаться сам — ума не приложу. Тряска была та еще, и мне даже подумалось, что после подобного я еще неделю не смогу нормально сидеть. Зато, преследователи отстали — голоса доносились совсем издалека.
Я подняла голову и постаралась определить, долго ли еще ехать. Высунулась из-за плеча Ала и снова испуганно пискнула. Спереди неуклонно наплывала черная махина, закрывая большую часть звездного неба. Мать Прародительница, они что, городскую стену таранить собрались?
Впереди послышались громкие вопли — испуганные и яростные одновременно. И в вое ветра в ушах я расслышала радостный крик ингирвайзера:
— Стражи почти нет! Прорвемся!
И в тот же миг увидела, как нам наперерез мчится высокий Хамелеон с длинным древком копья в руках. Таким даже если не поранит, то сбить ариса с пути запросто сможет. Я представила, что будет, если эта махина не впишется в проем ворот, и мне стало дурно. Страж неуклонно приближался, но в последний момент случилось то, чего я никак не могла ожидать.
— А ну не лезь! — грозно крикнул Ал и, размахнувшись, швырнул в татуированного ингира золотым кубком.
По всей видимости, оружие достигло своей цели — мы без помех промчались мимо и свободно вписались в широкий проем. Больше желающих попасться под ноги зверю не нашлось. Только мелькнули темные силуэты статуй его вставших на дыбы собратьев. А мне в голову пришла совершенно неуместная мысль, что живой арис, мчащийся меж своих каменных копий, пожалуй, смотрится очень эффектно.
Я обернулась, желая в последний раз полюбоваться на изумительные скульптуры Каххара, но за широким плечом Рея так ничего
Постепенно сумасшедший бег замедлился, зверь пошел ровнее. Оказалось, что мы уже выехали из города и теперь едем по ровной дороге посреди пустыни. Горизонт окрасился красным и золотым, и я подумала, что подобные рассветы бывают у нас в Антрее только в холодную ветряную погоду. Здесь же было тепло и сухо.
Я углядела юркнувшую в придорожные колючки здоровую ящерицу и поняла, что жутко проголодалась. Даже несмотря на недавнюю тошноту.
— Куда теперь? — донесся до нас крик Шеда.
М-да, я бы тоже хотела это знать. Местность вокруг казалась совершенно однообразной, и холмы на горизонте, в одном из которых укрылся портал, тоже выглядели одинаково.
— С дороги направо, — голос ингирвайзера за моей спиной звучал уверенно, — и держи курс вон на то кривое дерево.
Зверь сошел на бездорожье, нас снова затрясло, зато сбоку открылся вид на город. Озаренная лучами восходящего солнца наша недавняя тюрьма сияла и казалась изящной драгоценной игрушкой. И кто бы подумал, что внутри Золотой башни может быть так страшно…
— Вон они, — бросил через плечо Аларик и клацнул зубами на очередной кочке. — Недалеко мы оторвались.
Я разглядела цепочку самоходов, тянущуюся по дороге, и поежилась. Да, это тебе не от пеших удирать. Шед снова дал шенкеля нашей зверюшке, и недавняя муть в полной мере ко мне вернулась.
Я не очень хорошо поняла, как мужчины сориентировались на местности — все мои силы ушли на то, чтобы не окатить последним обедом белобрысый затылок ученого. Пришла в себя, лишь когда мы остановились. Сильные руки ингирвазера сдернули меня со спины ариса и опустили в объятия Шеда. Рожа при этом у полукровки была донельзя довольной. Правда, обниматься долго нам не пришлось — до слуха уже доносилось рычание самоходов, и мы принялись карабкаться вверх по склону.
Неужели здесь было настолько высоко? Пару раз мне казалось, что я просто упаду и больше не встану, но сильные руки капитана раз за разом отрывали меня от земли и заново ставили на ноги. Наконец, мы оказались у темного прохода, ведущего в недра холма. Изнутри дохнуло холодом, и Рейнар повелительным жестом придержал ринувшегося вперед Ала.
— Погоди, я вперед. Там может быть засада, — и нырнул в темноту.
Я обернулась и посмотрела вниз. Первый самоход как раз подкатил к мирно пасущемуся у подножия холма арису. Оттуда выскочили трое ингиров, двое рванули вверх по склону, а один достал из повозки какую-то изогнутую штуку и…
— Арбалет! — гаркнул Шед и, ухватив меня за руку, втолкнул в спасительную тень входа. — Пошли, здесь оставаться опасно!
Почти на ощупь мы стали двигаться по узкому коридору. Сзади пару раз ругнулся споткнувшийся Ал, а потом впереди послышался шелест, и знакомый голос произнес:
— Все чисто. Очевидно, они не стали охранять сломанный Ключ.
— Как, сломанный? — протяжно выдохнул мне в затылок Аларик.
— Вот в этом ты и разберешься, — отрезал ингирвайзер. — И надеюсь, что починишь. Все равно другого у нас нет.