На острие иглы
Шрифт:
Гигант смерил юношу тяжёлым взглядом и подозрительно спросил:
– Как тебя зовут, парень, и откуда ты родом?
– Флавио Джойя из Конка-дей-Марини.
– Из Конки? Наверняка, ты сын рыбака, который захотел пробиться в люди! Знай же, ученик ювелира, что я отдам руку своей дочери только человеку благородного звания, в кошельке у которого будет много золотых карлино. Анжела привыкла жить в достатке, и я никому не позволю ввергнуть её в нищету! Клянусь мощами Святого Андрея! Ты это понял, Флавио Джойя?
– Да, синьор Доменико.
–
Когда Флавио вернулся в мастерскую, ювелир выбранил его за долгое отсутствие. Пришлось юноше рассказать о встрече с отцом Амвросием. Камуччи выслушал своего ученика с интересом и тихо рассмеялся:
– Значит, этот старый казуист уже попытался переманить тебя? Что скажешь, Флавио? Прельстила тебя духовная карьера?
– Нет, мастер Паоло. Это не для меня. К тому же священникам нельзя жениться.
– Ну да, такому красавцу, как ты, наверняка уже приглянулась какая-нибудь девушка. Я прав?
Флавио чуть смутился, но потом собрался с духом и ответил:
– Мне кажется, что я влюбился в синьорину Анжелу, дочь синьора Доменико.
– Дочь синьора Доменико? Эк тебя угораздило, Флавио! Сомневаюсь, чтобы этот почтенный негоциант согласился выдать свою дочь за тебя.
– Он сказал мне, что отдаст руку Анжелы только богатому дворянину.
– Тебе можно только посочувствовать.
Ночью юноше приснилась Анжела. Девушка что-то шила золотыми нитками, а на кончике её иглы плясали серафимы и херувимы. Флавио сначала не мог понять, как они там помещаются, но потом разглядел, что ангелы раскачиваются на едва заметной доске, прикреплённой к острию иглы. Доска раскачивалась и крутилась, а Анжела загадочно улыбалась...
***
Однажды старый ювелир принёс в мастерскую какой-то странный прибор. Плоский бронзовый диск, испещрённый множеством знаков, символов и линий, имел в верхней части ушко, ныне обломанное, и планку, вращающуюся вокруг стержня в центре. На концах планки были приделаны пластины с отверстиями.
– Что это?
– спросил Флавио.
– Это астролябия. Прибор сей придумали нечестивые сарацинские мудрецы, дабы галеры неверных могли находить путь в открытом море на погибель христианам. Но наши моряки выпытали секрет астролябии у пленных сарацин, и теперь этот прибор служит во славу Иисуса Христа.
– А откуда она у вас?
– Капитан Джованни Ланца попросил её починить. Вот мы сейчас с тобой этим и займёмся. Готовь тигель. Нужно будет сделать новое ушко для этой астролябии, а потом припаять его. Знай же, что нам потребуется правильный припой. Для него необходимо взять одну часть меди и две части серебра...
Когда с починкой астролябии было покончено, мастер Паоло внимательно осмотрел место спайки и остался доволен результатом. Утром Флавио понёс отремонтированный прибор в порт и нашёл на берегу таверну "Дельфин". Поднявшись по скрипучей деревянной лестнице на второй
В комнате находился худой загорелый мужчина в мятой камизе и широких брэ неопределённого цвета. Он сидел, склонившись над столом, на котором стояли плошки с водой, лежали кусочки дерева и пробки, иголки, пара странных предметов из железа и чёрный камень размером с ладонь. Не поднимая головы, мужчина гаркнул:
– Мария! Ставь вино на стол и проваливай! Я занят!
– Вы капитан Джованни Ланца?
– нерешительно осведомился Флавио. Человек в мятой камизе тут же понял голову и пронзил юношу колючим злым взглядом.
– А ты кто такой?
– Я от ювелира Паоло Камуччи, принёс вам астролябию. Вот, можете посмотреть: мы припаяли к ней новое ушко. Теперь будет служить вам не хуже, чем раньше!
Тёмные глаза капитана чуть потеплели. Он взял в руки прибор и внимательно осмотрел его со всех сторон, потом положил перед собой на свободное место.
– Ну что же, этот Камуччи действительно знает своё дело. Я не зря отдал ему целый карлино. На тебе сольдо за труды, юноша, - после чего Ланца снова склонился над столом, считая разговор оконченным.
Но Флавио уже заинтересовался теми предметами, что лежали перед капитаном, поэтому набрался мужества и спросил:
– Простите, синьор Джованни, а что это за диковинные приборы вы изучаете?
Ланца приподнял голову, и по вспыхнувшим глазам можно было заключить, что он очень хочет выругаться. Но капитан, сделав видимое усилие, сдержался и произнёс спокойным голосом:
– Это каламиты разного вида. Ты слыхал о них?
– Нет, синьор капитан.
– Но в море же ты бывал?
– Да, синьор Джованни. Я сын рыбака и сам ходил в море до тех пор, пока мастер Паоло не сделал меня своим помощником.
– Ну, тогда представь себе, что твой корабль попал в густой туман, и нет никакой возможности увидеть солнце или звёзды. Как ты тогда определишь направление? Как сможешь не налететь на прибрежные скалы?
– Ну, не знаю. Нужно помолиться Святому Николаю?
– Вот же, бестолочь! Молиться он будет! Да Святому Николаю других дел нет, кроме как водить тебя по морю! Для таких случаев как раз-то и нужна каламита!
– Ланца потёр иголку о чёрный камень, потом воткнул её в кусочек пробки и осторожно опустил в плошку с водой.
– Смотри!
Иголка немножко покрутилась в воде, а потом остановилась. Капитал отклонял её пальцем в сторону, но через некоторое время упрямый предмет возвращался к своему любимому положению.
– Она указывает направление на Полярную звезду. Зная это, ты сможешь привести корабль в нужное место, даже если не видишь ни берега, ни солнца, ни звёзд.
Флавио, раскрыв рот, смотрел на иголку в плошке. Это было настоящим чудом!
Вернувшись в мастерскую, он рассказал об увиденном старому ювелиру. Тот покивал в ответ: