На острие иглы
Шрифт:
Отходя от дома синьора Доменико, Флавио оглянулся. Ему показалось, что в одном из окон он увидел очаровательную головку Анжелы, но брат уже тянул его за руку:
– Всё! Хватит пялиться. Нам ещё до Конки доплыть.
Спускаясь с пригорка, они повернули не в ту сторону и, в результате, вышли не на главную улицу Амальфи, а в переулок за бумажной фабрикой Чимино. Там, в тихом тенистом уголке за аркадами, трое неприятных мужчин с самыми бандитскими физиономиями обступили почтенного седовласого господина, не давая ему выйти на улицу.
– Смотри, Сильвио! Похоже, они собираются ограбить этого синьора. Неправильно
Отбросив корзины и перехватив длинные жерди половчее, парни направились к аркадам. На ходу Флавио крикнул:
– А Бернардо сейчас будет здесь со стражниками.
Увидев братьев, уверенно держащих в руках длинные палки, бандиты моментально поняли, что ситуация изменилась, и если что - драться придётся не с пожилым человеком трое на одного, а в гораздо менее выгодных условиях. Неприятные мужчины переглянулись и начали пятиться вдоль стен, а потом и вовсе разбежались.
– Почтенный синьор! Вы не пострадали?
– осведомился Сильвио.
– Нет, добрый юноша. Вы с другом появились вовремя, как будто вас направил сам апостол Андрей. Надо будет поставить свечку в соборе перед его образом и помолиться о моём чудесном спасении. Могу ли я узнать, как зовут вас, отважные молодые люди?
– Я Сильвио Джойя, рыбак и сын рыбака из Конки. А это мой брат Флавио.
– Очень рад нашему знакомству. Меня зовут Паоло Камуччи. Я механик, гравёр и ювелир, милостью Божьей. Сегодня утром меня вызвали на бумажную фабрику Чимино, посмотреть привод с водного колеса на измельчители, который якобы сломался. Я пришёл, но на фабрике никаких поломок не было, и фабричный старшина поклялся мощами святого Андрея, что никого за мной не посылал. А на обратном пути меня ждали эти трое...
– Наверное, это не просто бандиты.
– Думаю, что вы правы, проницательный юноша. Недавно я рассчитал своего помощника, который стал подворовывать. Наверняка тут замешан этот ушлый малый. Видели бы вы, как он смотрел на меня, когда я выставил его из мастерской. Кстати, молодые люди, а вы не желаете пойти ко мне в ученики? Я вижу, что у вас обоих умные глаза и сильные руки. Думаю, что из вас могли бы получиться неплохие мастера.
– Благодарю покорно, синьор Паоло, но я привык уже к жизни рыбака, и мне тяжело будет от неё отказаться. А вот брат мой Флавио имеет склонность к размышлениям, любит и ценит красоту. Да и грамота далась ему лучше, чем мне. Если кому и пойти к вам в ученики, так только ему. Что скажешь, Флавио?
– Любезный синьор! Я почту за великую честь сделаться вашим учеником. Но мы живём в Конке, и добираться в Амальфи каждый день мне будет затруднительно. Найдётся ли у вас уголок, в котором я мог бы ночевать?
– Конечно же! Вы сможете с удобством расположиться в каморке прежнего моего помощника.
***
Так Флавио сделался учеником ювелира. С рассвета до заката он помогал синьору Камуччи в его трудах и постепенно знакомился с благородным ремеслом. А вечерами, когда глаза старого Паоло уставали после дневных трудов, механик и ювелир рассказывал своему новому помощнику какие-нибудь истории из своей долгой жизни. А Камуччи повидал немало: он объездил всё Сицилийское королевство и земли Святого Престола,
Однажды мастер Паоло попросил Флавио отнести готовый заказ в собор отцу Амвросию. Над тяжёлым серебряным потиром с восьмиугольной ножкой, украшенным прихотливой резьбой и зернью, инкрустированным драгоценными камнями, ювелир работал больше месяца. Когда юноша отдавал священный сосуд клирику, тот внимательно посмотрел на Флавио, а потом спросил, умеет ли он читать. Услышав утвердительный ответ, отец Амвросий разразился пространными речами о славе господней, кознях дьявольских, спасении и о том, сколько ангелов может поместиться на кончике иглы. Под конец он предложил Флавио подумать о духовной карьере.
Смутившись, юноша ответил неопределённо и постарался как можно скорее покинуть церковь. Богословие никогда не интересовало его, но обидеть священника тоже не хотелось. Затем Флавио сбежал по ступенькам вниз и помчался в порт, чтобы вдохнуть полной грудью морского воздуха. Юноша попытался представить себе ангельское воинство во главе с самим архангелом Михаилом на острие маленькой швейной иголки, и у него с непривычки закружилась голова. Придя в себя, он вдруг увидел на главном причале Анжелу, дочь господина Доменико. Девушка стояла в развевающемся на ветру длинном бежевом платье с узкой полосой золотого шитья по верхнему краю. Широкие висячие рукава открывали нежные изящные руки. Тёмные волосы Анжелы были уложены в прихотливую причёску из сплетённых кос, удерживаемых гребнем слоновой кости.
У Флавио перехватило дыхание от избытка чувств. Он, не понимая, что делает, бросился к девушке со всех ног, потом, не добежав до неё несколько шагов, остановился, цепенея от внезапно нахлынувшей робости. Анжела взглянула на юношу и насмешливо произнесла:
– Вы так бежали ко мне, юный синьор, как гончая по следу, но остановились, будто поражённый молнией. Неужели я вас так напугала, что вы забыли про лань, которую преследовали?
– Что вы, прекрасная синьорина! Вы так обворожительны, что у меня от восхищения захватило дух! А ещё мне понадобилось прикрыть руками глаза, чтобы не потерять зрение от вашей ослепительной красоты!
– Да вы не охотник, а коварный искуситель, пытающийся смутить неопытную девушку льстивыми речами! Как вам не стыдно, молодой синьор!
– О, прелестная Анжела! Простите меня за дерзкие речи, я вовсе не хотел вас смутить, но от лицезрения ваших чудесных глаз я совсем потерял голову!
– Вы знаете, как меня зовут?
– Я видел вас в вашем доме, когда вместе с братом заносил кухарке рыбу.
– Так это были вы? Значит, вы простой рыбак?
– Да, я сын рыбака. Но сейчас я ученик мастера Паоло Камуччи. Если мне достанет мудрости и старания, я смогу стать ювелиром.
– Ювелир звучит лучше, чем рыбак.
Тут над самым ухом Флавио раздался строгий голос:
– С кем это ты тут любезничаешь, Анжела?
Юноша оглянулся и увидел позади себя высокого мощного господина в бархатной шапочке. На плечи гиганта был наброшен тёмный плащ с широкими рукавами. Флавио подумал, что такой плащ больше похож на судейскую мантию. На шее пышущего здоровьем синьора висела массивная золотая цепь.
– Батюшка, это новый ученик мастера Паоло Камуччи. Он сражён моей красотой, и готов стать моим верным поклонником.