На краю
Шрифт:
Злата затуманенным взглядом прошлась по его лицу и остановившись на губах, не до конца отдавая отчет своим действиям, заплетающим языком произнесла:
– Тогда трахни меня. Ты ведь этого хочешь, только для этого я и нужна – и потянулась к его губам.
Артём дернулся, словно от удара.
– Ты в таком ключе воспринимаешь меня?
Он резко отстранился, не дав Злате опомниться и потянул за собой в ванную, на ходу стягивая с себя футболку. Там, включив свет и открыв кран душа, толкнул её под струи воды с силой удерживая на месте.
– Прекрати, прекрати, - стала вырываться она, - Мне холодно,
– Ничего, потерпишь, зато быстро придешь в себя и очистишь свою красивую головку от бредовых мыслей.
Злата старалась увернуться от сильного напора, но в то же время начинала ощущать, как становиться немного легче. Жар в теле и туман перед глазами исчезал, но не до конца.
Она решила проверить Артёма, посмотреть, как он поведет себя. Если бы он сразу воспользовался её предложением несмотря на пьяное состояние, тогда бы точно никогда не реабилитировался в её глазах. А так… он повел себя с ней, словно с неразумным ребенком, которого следует наказать за плохое поведение. Может, она такой и является.
Артём держал её на расстоянии вытянутой руки и блокировал все попытки оттолкнуть его в сторону.
– Злата, я понимаю, что поступил не правильно, не рассказав тебе всей правды, но… чёрт, я даже не знаю, как бы ты отреагировала на неё. Разве тебе было бы приятно знать, что я проворачиваю за спиной и сидеть, смиренно ожидая моего возвращения?
– Конечно, нет, вряд-ли я тебя ждала.
– Вот видишь…
– … зато мне… не было бы так больно. Пусти, ик… Артём, я сейчас… тебе врежу.
– Давай, - Немцов вытянулся перед ней во весь свой немалый рост и расставил в сторону руки, - если тебе станет легче.
Злата подняла голову и замахнулась кулачком, целясь в грудь, но пошатнулась, и промазала, скользнув по месту, на котором виднелся шрам. Заметив это, она вдруг расплакалась.
Артём тут же подхватил её под руку, не давая упасть, и обнимая, прижал к себе.
– Не плачь… Злата, я не могу смотреть на твои слёзы.
Среди шума воды послышались пьяные всхлипы, но уже без слёз:
– Так не смотри и вообще… это я всё виновата. Вечно ищу идеальных отношений и постоянно мной пользуются. Это всё мои дебильные принципы. Была бы я, ик… попроще, то сейчас … я хочу быть не просто телом, а и душой для тебя, понимаешь?
– Понимаю, и по этому я стараюсь оградить тебя от проблем, которые меня окружают. Мне тридцать и я не задумывался о серьезных отношениях до встречи с тобой. Я могу лажать. Согласен. Но я не хочу, чтобы Зотов имел на тебя влияние через меня.
– Так это всё из-за Зотова… - Злата всё же оттолкнула Артёма от себя и с полным презрения голосом произнесла: - Как же он меня достал.
Артём насторожился. Выключил воду и завернул девушку в огромное махровое полотенце.
– Он пристает к тебе?
Но Злата, словно ушла в свои мысли и совсем не реагировала на то, как Немцов слегка тряс её за плечи.
– Ты должна мне всё рассказать и не дай Бог, этот урод хоть пальцем тебя коснулся.
– И что ты сделаешь? Отшлепаешь его по заднице? – очнулась он от своих мыслей.
– Злата, я знаю, что он цепляет тебя.
– Отвянь от меня… с этими расспросами, дайте мне вообще вздохнуть свободно оба.
Она не заметила, как проговорилась, но Артём быстро уловил суть
– Давай, я помогу тебе раздеться. Сегодня остаешься у меня.
Девушка попятилась назад, путаясь в концах длинной махры:
– Н-е-т, я хочу домой. С тобой я… не бу-ду… остава-ться в одной квартире.
– Не бойся, я уйду. Утром вернусь и отвезу тебя в новое жилище.
– И где ты… будешь ноче-вать?
– В клубе.
Артём улыбнулся её обеспокоенности. Значит, ещё не всё потеряно. Сегодня он понял, что впервые в его мыслях прозвучало слово, связанное с определением «любить». И если до этого он твердо решил не отпускать девушку, то теперь точно знал, в чем причина такого настроя.
Злата кое-как вытерла волосы, и вытолкав Артёма за дверь, приступила к стаскиванию мокрой одежды. Брюки не хотели спускаться вниз, а ноги – выниматься из штанин. Она очень долго с ними провозилась, а толку ноль. Глаза закрывались сами собой и очень хотелось спать.
Артём всё же не выдержал, открыл дверь, за которой всё это время находился, подошел к ней и опустившись на одно колено, стал не спеша освобождать ноги. Он почувствовал, как Злата вздрогнула. Её пальцы быстро прошлись по его волосам, обхватили затылок и прижали к груди. Немцов тут же замер, наслаждаясь гулкими ударами её сердца, не решаясь пошевелиться, чтобы не спугнуть.
Через пару минут сердцебиение девушки начало успокаиваться, а дыхание выровнялось, слегка согревая волосы на макушке. Он медленно поднял голову и увидел, что Злата практически спит.
Осторожно, чтобы не потревожить её, взял на руки и поднялся на второй этаж. Там, уже без лишней спешки раздел до гола, любуясь идеальной фигурой, и укрыл теплым одеялом.
Ненадолго задержал пальцы на плавной линии скул, прошелся по контуру губ.
Не отдавая отчёта в своих действиях, взял и прилег рядом, подперев щеку одной рукой. Ему нравилось рассматривать её спящей. Нравилось ощущать её тепло и мягкость. Он понял одно. С появлением Яновской в его жизни пустота, бывшая до этого в его душе, куда-то исчезла, а долгие годы бескомпромиссного стремления к цели показались не такими и важными.
Намотав длинные локоны волос на руку, Артём и сам погрузился в сон, не беспокоясь о том, что впервые нарушил данное обещание. Самое главное, что Злата с ним.
Глава 20
Недалеко от здания суда припарковалась тонированный автомобиль представительского класса. На его заднем сидении, нервно теребя ремень наручных дорогих часов, сидел Иван. Он с нетерпением поглядывал на парадные двери и всё ждал, когда появится Максим.
Немало ему пришлось попотеть в этот раз, вытягивая его с очередной передряги. Чего-чего, а такого он не ожидал. Не думал, что за него возьмутся так серьезно. И кто? Мелкие опера, которые и пороха-то толком не нюхали. Или… за ними стоит кто-то, кто вселяет уверенность в их силы, кто верит, что дойдет до поставленной цели. Врагов у Ивана было предостаточно. Есть из кого выбирать. И если это не простое стечение обстоятельств, то многие планы придется пересмотреть. Сейчас главное расспросить сына, знает ли он что-то, подозревает ли кого-то.