На коне бледном

Пирс Энтони

— Еще раз спасибо за помощь! — крикнул Зейн. — Ты открыла мне глаза!

— Можешь на меня рассчитывать, Смерть, — долетел ее шепот, словно дыхание ветра. Теперь он был один.

Зейн шагнул к двери и обнаружил воистину царственную и прекрасную женщину, одежда которой состояла из множества деталей, соединенных в художественном беспорядке.

— Я — Елена Троянская! — заявила она.

Из историй и легенд Зейн, конечно, знал о деяниях этой знаменитой женщины. Ее красота была причиной того, что в жестокой войне

сошлись в древности греческие и троянские войска.

Теперь Елена в прямом смысле слова была орудием в руках Сатаны.

— Так ты у Князя Лжи работаешь девочкой по вызову? — бросил Зейн, проскользнув мимо нее.

— Молю тебя! — она схватила его за руку. — Ты не знаешь, каково это — пережить себя на три тысячи лет! Ты и представить себе не можешь, что делает Повелитель Мух с женщинами, которые ему не угодили.

Вопреки собственным рассуждениям, Зейна тронула ее мольба. Бедняжка мертва уже три тысячи лет, но она дивное создание.

— Я не желаю тебе зла, Елена. Я лишь намерен вырвать у Сатаны прекрасную живую женщину.

Елена взглянула на него. Слезы затуманили ее прекрасные глаза и потекли, оставляя следы на щеках. Лицо гостьи стало медленно сжиматься, а тело превращаться в бесформенную массу. Вся она стала облаком пара, а ее душа ринулась вниз, сквозь пол, навстречу тому, чего она так боялась.

Она все поняла. Елена Троянская была доброй женщиной по своей сути и не могла предать такую же, как она сама.

Зейн вышел из дома в задумчивости. Морт ждал его, уже оседланный, мигая от нетерпения. Зейн сел верхом и вставил в ухо камень-переводчик.

— Что слышно, друг мой?

— Сатана выпустил адских псов.

— Не радостная весть. А это кто?

— Демоны в зверином обличье. Их душами ты управлять не можешь — это не человеческие души.

Зейн переварил услышанное. Похоже, Сатана запустил шар потяжелее.

— И что мне делать?

— Не мне судить, хозяин. Я смогу защитить тебя, если мы наткнемся на них — поодиночке.

— Они охотятся поодиночке?

— Не обязательно.

Зейн похолодел.

— И сколько у меня времени?

— Даже таким созданиям нужно время, чтобы добежать от псарни до Чистилища. До их появления у тебя минут пятнадцать.

— Прекрасно. Есть одно неотложное дело. Давай в Отдел регистрации.

Морт галопом рванул через равнину к зданию Чистилища.

— Не задерживайся с делами, — предупредил он, — внутрь я с тобой войти не могу.

— Я вернусь еще до того, как появятся псы.

Зейн спешился, вошел в здание и, сразу пройдя к компьютеру, включил его. Экран вспыхнул.

«Приветствую тебя. Смерть. Информацией, которую ты ищешь, я не располагаю».

— Готов спорить, что это не так, — проворчал Зейн.

«Ни одно обычное создание не в силах остановить адских гончих».

Ого! Новости здесь распространяются мгновенно!

— Меня

интересует не это.

Экран удивленно замигал:

«Но это тебя касается».

— Сколько душ было освобождено из Ада?

«Вопрос не имеет смысла. Пожалуйста, измени формулировку».

— Да нет, это не бессмыслица, машина! Сатана сказал, что души находятся в Аду до тех пор, пока не искупят содеянное зло, а затем их отпускают на Небеса. Сколько душ отпущено к данному моменту?

Наступила пауза. Наконец компьютер выдал:

«Информация отсутствует».

— Что ты имеешь в виду? В тебе заключена вся информация Вечности.

«Описываемая тобой ситуация не обнаружена».

Зейн задохнулся:

— За всю Вечность ни одна душа не вышла из Преисподней?

«Именно».

— Какой же все-таки Сатана невероятный лжец! — закричал Зейн. — Я был уверен, что он преувеличивает, но хоть капля правды должна была быть в его словах!

«Заявление не противоречит истине. Вселенная безгранична».

Зейн подумал.

— То есть теоретически Люцифер может в будущем выпустить какие-то души?

«Ответ утвердительный».

— Опять увертка! Это всего лишь допущение. Вечность не имеет границ — по определению.

Экран опустел. Зейн выключил терминал. Он узнал все, что хотел.

Зейн догадывался: Сатана скрывает от него, что срок пребывания души в Аду гораздо больше, чем необходимо для очищения, однако в реальности все оказалось гораздо хуже. Итак, больше никаких контактов с Сатаной!

У входа нетерпеливо топтался Морт.

— Гончие поблизости? — спросил Зейн, садясь в седло.

— Их шесть.

— Ты можешь убежать от них?

— Ф-р-р-р. Если бежать долго, я могу оторваться — выносливости у них маловато, но на малых дистанциях…

— Спрятаться можно?

— Нет. Они чуют даже незримых духов. Это адский поисковый отряд — как от них спрячешься?

— Есть место во Вселенной, куда они не могут последовать за нами?

— Разве что Небеса.

Зейн криво усмехнулся:

— Давай не будем втягивать сюда и Небеса, ладно? Мне надо подумать.

— Девяносто секунд на размышления, Смерть, — многозначительно обронил жеребец.

Зейн задумался. Его очень удивляло то, что он не испытывает страха. Храбрым он не был. Кураж и напускная бравада заменяли ему настоящую отвагу. Но все, что он делал в последнее время в роли Смерти, почти избавило его от страха перед гибелью. Умирать Зейн, конечно, не хотел, однако здесь было кое-что поважнее страха за собственную жизнь. Если он умрет сейчас, ему найдут замену и забастовка прекратится. Тогда Луна погибнет и Сатана победит. Луну заберут на Небеса, его, возможно, тоже; мир от этого не погибнет. Но каково будет тем, кто останется, когда Сатана добьется своего? Вот что на самом деле поддерживало Зейна.