На коне бледном

Пирс Энтони

— Меня не беспокоит, что будет потом, — отмахнулся Зейн.

— Как знаешь, Смерть, — натянуто произнесла Судьба, и стало понятно: она опасается, что если жизнь его продолжится, то уже на стороне Сатаны. Это, как ничто другое, убедило Зейна в ее подлинности. — Впрочем, сам увидишь. В Аду.

— Увижу. А нить Луны, что с ней?

В руках Судьбы появилась другая нить, которую та внимательно рассматривала.

— Тоже очень запутана.

— Сатана обещал отпустить ее, если за время экскурсии ему не удастся меня убедить.

Судьба

прищурилась, поднеся нить ближе к глазам.

— Ничего не пойму — слишком много помех. Это скорее всего увертка. Будь осторожен. Он сказал когда?

— То есть?

— Когда он собирается ее отпустить — сразу или в течение столетия?

Сердце Зейна упало.

— Нет.

— Когда пожелаешь, — вмешался Сатана.

— Не верится, — сказала Судьба. — Он скользкий, как угорь. И все же, наверное, стоит спуститься в Ад и увидеть все, что удастся увидеть.

— Не нанять ли мне проводника? — слабо пошутил Зейн.

— Обязательно, — серьезно ответила Судьба.

Тут уже не до шуток.

— Кто может быть гидом в подобной экскурсии? Никто из живущих, а среди мертвых у меня маловато знакомых… — Зейн замолк, припоминая. — Молли Мэлоун! Призрак рыбной торговки! Может, она?..

Губы Судьбы скривились — не то презрительно, не то одобрительно.

— Знаю я эту оборвашку. Она себе на уме, дитя сточной канавы.

— Совершенно не понимаю, зачем все эти сложности из-за обычной прогулки? — посетовал Сатана.

— Вот только где ее искать? — спросил Зейн. — Ясно, что ни в Аду, ни на Небесах Молли быть не может.

— Она не зафиксирована, — пояснила Судьба, — хотя большинство ее друзей в Аду. Когда Молли умерла, то не пожелала их покинуть, однако для Преисподней она слишком хороша. Так что пока просто бродит по улицам. Наверное, со временем устанет и позволит себе подняться на Небеса, а пока она способна беспрепятственно спускаться в Ад.

— Мы ничего не в силах с ней поделать, — пробурчал Сатана.

— Но и запретить ей приходить вы тоже не можете, — констатировал Зейн.

— Из-за ее верности вашим заключенным. Пусть она идет со мной.

— Сейчас я ее доставлю, — сказала Судьба, пряча улыбку.

Дым вокруг Сатаны сгустился, однако он по-прежнему молчал.

Тут появился призрак.

— Ты опять собрался посмотреть окрестности, Смерть? А где же та, кому назначено свидание?

— Луна никогда не увидит Ада, — отрезал Зейн. — Сатана пытался уговорить меня забрать ее душу, но если она умрет, то отправится на Небеса. Если же его план не сработает, может быть, он оставит ее в покое.

Молли мрачно глянула на Князя Зла.

— Когда весь Ад вымерзнет, — буркнула она.

Сатана устало улыбнулся — ему много раз доводилось слышать эту фразу.

— Приспешники Лукавого вмешиваются в земные дела, заставляют правителей вводить законы, способствующие производству оружия и спиртного, потому что пьяный водитель, да и просто

недовольный человек в горячке может не только сам угодить до срока в Ад, но и утянуть за собой других.

— О, совсем наоборот! — воскликнул Сатана. — Я старался провести в законодательном плане запрет на такие антиобщественные вещи, как порнография и азартные игры…

— Лишь затем, чтобы полиция рылась в книжных магазинах и охотилась на картежников, вместо того чтобы заниматься уличными преступниками. Тебе совершенно ни к чему, чтобы люди читали и развлекались, сидя дома. Тебе надо, чтобы люди шатались по улицам и там, усталые и терзаемые страстями, творили настоящее зло.

Зейн подумал, что у Молли, которая погибла на улице совсем молодой, свои счеты с Сатаной.

— Проводишь меня в Ад, Молли? Ты могла бы зайти проведать друзей…

— С радостью, Смерть, — просияла Молли. — Его Законность всякий раз учиняет жуткую бумажную волокиту, когда я прихожу повидаться с друзьями. Может, на этот раз не станет…

— Что ж, тогда пошли, — злобно бросил Сатана.

Он двинулся вперед и толкнул телеэкран со своей стороны. Экран распахнулся, словно стеклянная дверь.

— Прошу в гостиную.

Молли протянула Зейну руку:

— Просто выйди из тела. Смерть. Сейчас ты сам себе клиент.

Зейн с сомнением взял ее за руку. Ощущения были забавными — словно рождаешься заново. Зейн поднялся и, обернувшись, увидел себя, сидящего в кресле, будто спящего или мертвого. Душа покинула тело.

— Сперва чувствуешь себя странно, — успокоила его Молли. — Лет через десять привыкаешь. Пойдем, — и потащила его к телевизору.

Они разом шагнули внутрь без всякого труда. Души сами по себе легко меняли форму, хотя ни тонким, ни полупрозрачным, как души, которые он держал в руках, Зейн себя не чувствовал. Сам себе он казался вполне нормальным.

Они очутились в помещении, напоминающем котельную. Вокруг полыхали раскрытые топки. Дым ходил волнами, не давая ничего разглядеть. Воздух обжигал.

— Добро пожаловать в Ад, Смерть, — сказал Сатана, протягивая руку. Рука была красной и чешуйчатой, с длинными когтями.

Зейн поколебался, потом шагнул вперед и пожал руку. Здесь надо держаться как можно вежливее.

Рука была горячей, но не обжигала.

— Никогда не видели ничего подобного? — оживленно заговорил Князь Зла. Вблизи его удалось разглядеть получше. Рога были больше, чем сперва показались, и блестели, словно отполированные. Во рту сияли клыки, а волосы были подобны языкам пламени. — Проклятые души направляются в отопительный центр Ада, где и трудятся, искупая грехи.

Зейн осмотрелся. Люди с лопатами кидали уголь в топку. Жар был ужасен — от полного сгорания тела защищали только асбестовые фартуки. Зейн знал, что души почти не содержат вещества, но, поскольку он сейчас сам был душой, они казались ему вполне материальными.