На грани
Шрифт:
— Не стоит. Я на самом деле в полном порядке.
— Ну тогда пойди и приляг.
Он отвел ее на кровать, и пока она шла, полотенце спало с нее. Он не стал его поднимать.
Дома — Суббота, днем
Обратившись вновь к первому из еженедельников, я тщательно переписала себе номера. На первой странице раздела была помещена инструкция, как воспользоваться услугами службы. Я набрала номер и тут же соединилась: женский голос, отрывочно, словно обладательница его страдала нервным расстройством, приветствовал меня и, назвавшись центральной справочной, сообщил, какие кнопки следует нажимать, если хочешь обратиться в тот или
— Спасибо. Теперь наберите личный номер абонента, сообщение которого вы хотите услышать.
Я ткнула в кнопки честного и взыскательного, желающего встряхнуться и познакомиться с женщиной, которая еще не перебесилась.
— Сообщение абонента 457911, — сказала женщина еще отрывистее, так как информацию ей пришлось извлекать из банка компьютерных данных.
В трубке послышался мягкий и как бы извиняющийся мужской голос. Честен — несомненно, но взыскателен? Я представила себе Анну, сидящую на моем месте и слушающую:
— Здравствуйте! Ей-богу, не знаю, как начать. Что ж, меня зовут Фрэнк. Мне сорок два года. Разведен, имею ребенка, с которым вижусь по субботам-воскресеньям и к которому очень привязан. Я здоров и в хорошей форме, занимаюсь спортом — гимнастика, плаванье, все такое прочее. Вкусы обычные — музыка, футбол, кино. Осваиваю подводное плаванье. Осенью собираюсь поехать на Красное море. Я постоянно занят и люблю свою работу, но хотел бы выкроить время и для чего-то другого. Надеюсь отыскать привлекательную, безразлично — блондинку или брюнетку, но желательно стройную, с чувством юмора и с интеллектом. Было бы хорошо, если б она в какой-то мере разделяла мои увлечения. Политические симпатии мои я бы назвал левоцентристскими, но политиков я сторонюсь. Не знаю, что бы еще такое сказать. Я человек заботливый, любящий и ищу женщину, обладающую этими же качествами. Связать себя обязательствами не боюсь, по крайней мере не думаю, что боюсь. В общем, ту, кто считает себя подходящей мне парой, я просил бы оставить сообщение, и я ей перезвоню. Если оставить мне сообщение вы не хотите, желаю удачи в дальнейших поисках. Благодарю за звонок.
Опять вклинившаяся автоматическая леди осведомилась, желаю ли я прослушать сообщение вторично, ответить на него или перейти к другим номерам. Я выбрала последнее — интеллигента, мечтающего о женщине ОЧЮ. ОЧЮ? Что это?
Голос был резче, грубее, но, видно, и такого приперло:
— Привет. Я Грэм. Мне тридцать девять лет. работаю в Сити. Женат никогда не был. У меня собственный дом и широкий круг друзей. Рост пять футов девять дюймов. Вес сто шестьдесят фунтов. Посещаю спортзал. Люблю футбол, музыку — всякую, в особенности кантри и американскую; а еще люблю путешествовать. Только что вернулся после сафари в Танзании. Хотел бы познакомиться с женщиной от тридцати до сорока, миниатюрной блондинкой, с пышными формами, жизнерадостной, оптимистически настроенной, с хорошим чувством юмора. Похоже на вас? Если да, оставьте сообщение, и я позвоню.
Я так и слышала шуршание бумаги, когда он складывал и клал в карман текст сообщения. ОЧЮ — Обладающая Чувством Юмора. ЖЗЗ — Желает Завести Знакомство. Прибегать к сокращениям не так накладно. Интересно, что делает Грэм в это субботнее утро? Уже лежит с оптимистически настроенной блондинкой с пышными формами или корпит над свежими объявлениями в поисках новых кандидатур?
Я набрала новый номер. Любитель видео, как выяснилось, сообщения не оставил. Но ему можно было передать ваш текст. Зачем же это? Беседовать с кем-то, кто не пожелал беседовать с тобой? Однако что в первую очередь заставило тебя поднять телефонную трубку? Стремление к чему-то недостижимому, к тому, что жизнь отказывалась
С каждым новым сообщением я становилась все взыскательнее. Фрэнк — чересчур робок и деликатен, Грэм — чересчур напорист. Дэн — слишком занудлив, Рон — слишком серьезен... Список все продолжался. Ну что в них всех могло бы привлечь Анну? Я взяла в руки одну из фотографий. Должно быть, это следующий этап — звонишь, потом обмениваешься фотографиями, а потом свидание под часами на вокзале Ватерлоо.
Взгляд упал на маленькую заметку с инструкциями по безопасности, озаглавленную «Безопасность прежде всего». Там советовалось не приходить на свидание в безлюдных местах, не давать домашнего адреса сомнительным людям, доверять своим инстинктам и, идя на первое свидание, обязательно сообщать об этом домашним или друзьям.
Я мысленно опять прокрутила все услышанные голоса. Для их описания можно было использовать любые прилагательные, но прилагательное «опасный» тут совершенно не подходило. Если что-то и обращало на себя внимание, так это их ординарность — люди говорили нервно или небрежно, порою смущенно, и казалось, что обойдись с ними жизнь капельку получше, им бы и в голову не пришло звонить. Иногда голос был грустным, но и тогда он вряд ли мог принадлежать психопату. Хотя надо признать, что любой психопат по крайней мере предпринял бы попытку скрыть свое состояние. И все-таки Анна обвела эти объявления синим фломастером, слушала сообщения, и если встретилась с кем-то из них, значит, во всяком случае, не вняла последнему из советов по безопасности. Но имеет ли все это отношение к ее исчезновению? Ключа разрешить загадку у меня не было.
На столе передо мной зазвонил телефон. Сердце мое так и рванулось из груди.
— Анна! — вскричала я. — Наконец-то! Что ж ты так поздно?
И я подняла трубку.
Из нее донесся шум, людские голоса, музыка. Я дважды прокричала «Алло!», и только затем сквозь шум прорвался тоненький голосок:
— Мама?
— О, привет, Лили. Это не мама, это Стелла. Как поплавала?
— Прекрасно. А мама дома?
Нет. Она еще не вернулась, детка.
Ах!
Она замолчала.
— Что ты делаешь? — спросила я, чтобы заполнить паузу.
— Ну... здесь аттракционы в парке. Мы проезжали мимо. Пол говорит, что можно сходить посмотреть. — Она опять замолчала, слышно было, как рядом кто-то говорит. — Ты не хочешь с нами пойти?
— Да я бы с удовольствием. Но... Слушай, может, ты мне Пола дашь? Он там рядом?
И не успела я это проговорить, как трубка бешено загудела короткими гудками, после чего заглохла. Через полминуты раздался новый звонок.
— Ничего нового, — сказала я, предугадывая его вопрос. — Что с твоим мобильником? Опять Лили его в воду уронила?
— Откуда ты это знаешь?
— Откуда? Должно быть, от Анны. — Течение будней со всеми их хитросплетениями и неудачами, в очередном пятничном телефонном пересказе. Где же находилась она в прошлую пятницу?
— Нет, я вчера его в метро потерял. Такая досада! Второй телефон за последние три месяца!
— В Амстердаме тебе бы восстановили его через час.
— Знаю. Но с ними же по-голландски надо разговаривать. Слушай, наша любительница куриных гамбургеров что-то нервничает сейчас.