Н 5
Шрифт:
– Вино в рюкзаке. Сыр, шоколад, свечи. – произнесла та подслушанное по губам.
– Свидание? – Заинтересовался Борецкий. – Неожиданное место.
– Признание, – покачала та головой.
– В любви? – Радуясь самому факту беседы с вечно молчаливой китаянкой, задавал все новые вопросы юноша.
– Нет. – Огорошила та.
А в миг, когда Пашка, не дождавшись продолжения, уже хотел рискнуть задать новый уточняющий вопрос, ситуация изменилась.
Вернее, для начала изменения пришли в тишину и спокойствие
– Вот козлина! Вот урод, а! – Разъярённым рыком доносилось из провала, в котором без труда угадывался голос Еремеевой Ники. – Подлец! Паскуда! Негодяй!
А затем показалась и сама девушка, не прекращающая бранный поток – в том его размере, что прилично для девушки из высшего света.
Замерев на мгновение, девушка резко дернула обеими руками, и в воздухе раздался злой и резкий шелест – то песок, рассыпанный по близлежащим кварталам, несся на призыв хозяйки.
Причем, гораздо быстрее, чем был поднят и раскидан до этого. И стоило ему оказаться подле Еремеевой – он резко срывался в провал, вновь заполняя его.
– Это что с ней? – Пораженно спросил Пашка.
– Это Максим признался, что ее с самого начала должны были похитить. – Спокойно произнесла Го Дейю.
– То есть, как это так? Она же его невеста.
– Ну, он же ее спас, – поудобней расположилась китаянка. – Как и было запланировано.
– Если решите откопать – скажите ему, что между нами все кончено! – Бросив дело на полпути, всплеснула руками Ника и широкими шагами ринулась от пустыря по улице.
– Понятно, почему она в бешенстве.
– Ясное дело, почему в бешенстве, – вроде как поддакнула Го Дейю. – Столько ждать первого поцелуя, а Максим все испортил.
– То есть, первого поцелуя?
– Они максимум за руку держались, – отмахнулась та. – Представляешь, какая она злая? Столько морально готовиться, а тут этот – с планами. – раздраженно завершила Дейю. – У него на все планы.
– Но сейчас он жестко промахнулся, – не согласился Пашка, глядя в спину уходящей Еремеевой.
– Сейчас она вспомнит, что выкуп придется вернуть. – Покачала Го головой.
– Пф-ф.
– Ты хоть знаешь, сколько там копать? – Вскинулась возмущенно китаянка и невольно взглянула на ладошки, на которых еще проступали мозоли.
Нет, понятное дело, что девушки любят ругаться, а еще сильнее – мириться. Но если всякий раз для этого надо будет выкапывать, а потом закапывать пять КАМАЗов денег…
– В общем, я бы сразу мирилась.
А Еремеева резко остановилась, развернулась и зашагала обратно.
– Постойте, я не договорила! – Рявкнула она.
И с новым жестом руки вся груда песка рванула лентой из пустыря.
Девушка же вновь зашагала вниз по лестнику.
– Вот. – Констатировала Го Дейю. – У него все просчитано.
– Не такой уж он идеальный, – недовольно поерзал
– Невесты умеют прощать, – скептически произнесла та.
– Ты еще и все вино выпил?! – Громовым ревом донеслось из провала. – За что мне это?!
А Пашка с довольным видом скрестил руки на груди.
Впрочем, был он в таком состоянии до того момента, как из темноты лестницы выбралась Ника, устало выволакивающая на себе нестойко стоящее тело явно нетрезвого Максима, рука которого была закинута ей за шею для удобства и устойчивости.
– Я же тебя люблю! – Искренне лепетал тот. – Я же переживал!
– Алкашня! – Бухтела Ника, смущенно озираясь по сторонам.
– Вот. – Вновь повторила Дейю.
И эта вера начала тихонечко раздражать Пашку. Хотя бы потому, что верили не в него. Максима, понятно, он и сам уважал безмерно – но показное равнодушие к себе царапало душу.
– Обрати внимание – он абсолютно трезв. – Подсказала китаянка.
– Да ну? – Мрачно прокомментировал нестойкую походку друга Пашка.
– Вино облил на пальто и ворот, на рубашку. А глаза трезвые, я же вижу. Все спланировал. – А затем помолчала и добавила с сочным акцентом. – Подлец.
Вновь возвращаясь к прежнему мрачному ожиданию родни.
– Нельзя спланировать все. – Болезненно отреагировал Борецкий на изменение характера спутницы и постарался ее переубедить. – Один твой комментарий, и Ника все про него поймет.
– Ты в самом деле станешь вредить Максиму?
– Нет, но…
– Значит, тебя тоже просчитали.
– Хорошо. Я сейчас выйду и приглашу их в гости. Просто приглашу, но это уже изменит их планы на вечер.
– Попробуй. – Отмахнулась та.
Паша пожал плечами и вышел из машины.
– Ваше сиятельство, – мигом обратились к нему от машины с полицией, а на встречу уже бежал ранее примеченный городовой. – Вы не могли бы уточнить личности этих господ? – Указали ему на Нику с Максимом.
– Подойдите и спросите у них сами.
Полицейский вновь глянул в сторону молодой пары, садящейся в машину, затем на провал в земле, затем с сомнением на молодую пару и вновь с надеждой обратился к княжичу.
– Ваше сиятельство, окажите милость. Будьте так добры, вы же их знаете?
Паша набрал воздуха в легкие, отметил, что машина Максима из-за заминки уже уехала, вздохнул и кивнул городовому. Он действительно их знал. Возможно, одного из них – не так хорошо, как думал раньше.
Потратив несколько минут, княжич сел в машину и резко захлопнул дверь.
Рядом с пониманием и снисходительной иронией хмыкнул мелодичный голос.
– А я ему в детстве в нос дал. – Отчего то ворчливо произнес Пашка.
– Кому? – Недоверчиво уточнила Го Дейю.
– Максиму. Ну, при первом знакомстве.