Н 5
Шрифт:
– Ой, я Веню в аппарате МРТ забыла! – Вскинулась невеста, вывернулась из уже более настойчивых объятий и сбежала.
Что б ему там мозги запекло…
Разделся, лег под одеяло, обнял подушку.
Спасать мир хотелось все меньше и меньше.
Глава 5
Княжеский титул способен распахнуть многие двери перед его владельцем – в том числе витые металлические решетки закрытой территории Кремля, резные дубовые ставни на входе в имперский секретариат и консервативные створки из массива редких пород
Сновали вокруг мелкие клерки, почтительно прижимаясь к стенам коридора, лишь бы не заступить дорогу могущественному министру и имперскому князю, пребывающему явно не в духе. Угодливо здоровались чиновники средней руки, пряча взгляд. Но отчего-то высказанное уважение царапало чувства фальшью, а после очередного кланяющегося болванчика, проходящего мимо, так и хотелось резко обернуться, чтобы уловить ухмылку, брошенную князю в спину.
Разумеется, все это было чушью, мороком, порождением бессонной ночи и напрасных волнений. Оттого князь Черниговский спокойно шествовал по коридорам, ожидая, пока разбежавшиеся вперед порученцы – он приблизил сразу трех из числа самых исполнительных – устроят ему встречу с кем-нибудь из правящей семьи. Или хотя бы найдут их на этажах.
Просто смиренно ждать в приемной императора или одного из великих князей Черниговскому претило – еще не хватало делить кресло с одним из неудачников, смиренно дожидающимся аудиенции с самого рассвета. Иные, поговаривают, даже проводят тут всю ночь, лишь бы озадачить их сиятельств своей мелкой проблемой или челобитной. Даже дышать с ними одним воздухом для князя было бесчестьем. Он был выше любого просителя, он сам решал проблемы – равно как и создавал их для остальных. И сегодня он был здесь не для того, чтобы искать одолжения – он желал требовать согласно своим древним правам.
Тем более, что долг перед Императором закрыт сторицей – доброй волей самого князя, а это должны ценить поболее дорогих подарков. Двести пятьдесят миллиардов! Демоны, да его должен был принять Император самолично! – все-таки колыхнулось раздражение, упрятанное вглубь души. Но тот отсутствовал. В конце концов, личная подпись императора не требовалась.
– Ваше сиятельство, – сдерживая радость от удачи, быстрым шагом поспешал к нему счастливец из этих троих.
Имени он его не помнил – отличится еще раз, и будет повод уточнить.
– Кто? – Сухо вопросил Черниговский, подразумевая своего будущего собеседника.
– Великий князь Роман Глебович. – Сообщил слуга с поклоном, пристроившись справа и буквально на полшага вперед, чтобы указывать путь.
Дядя императора… Князя устроил бы наследник первой линии или родной брат, но старшее поколение, возможно, даже лучше. Тем более, что все Рюриковичи одним миром мазаны, и что знает один, непременно становится известно остальным.
– Ваше сиятельство, – встретили Черниговского благожелательным
Все бы ничего, но долгожданная встреча произошла вовсе не в личном кабинете великого князя или специально отведенном помещении.
Рукопожатие состоялось прямо в коридоре – в небольшом закутке с окном, выходящим во внутренний двор: заснеженный и заметаемый лениво парящими в воздухе крупными снежинками.
– Быть может, проследуем в более удобное место? – Рассыпавшись комплиментами здоровью, внешнему виду и успехам внуков (сводку пришлось читать в машине по пути), все-таки огляделся по сторонам Черниговский.
Не смотря на то, что место было относительно пустынным, мимо то и дело проходили посторонние. Разговаривать же на приватные темы в такой обстановке… И уж тем более ставить собственную защиту в чужом доме…
– Возможно, вам будет удобно в другое время? – Тоже посмотрев по сторонам, Роман Глебович демонстративно взглянул на наручные часы. – Сейчас очень много дел. Есть буквально пара минут.
Еще раз ждать и искать?
– Думаю, нам хватит и пары минут. – Удержав раздражение, постарался улыбнуться Черниговский. – Вы получили деньги?
– Деньги считают, – дипломатично ответил великий князь, отразив улыбку.
Значит, этот точно в курсе кучи денег. Беседа будет проще.
– Роман Глебович, у вас никогда не возникало непреодолимое желание убить человека? – Прежним светским тоном продолжил князь.
– Бог миловал.
– Представьте, я тоже раньше был не знаком с этим чувством. Но сейчас моя родовая башня в руинах, а виновник ходит на свободе.
– Мы живем в столице светского государства, на его улицах нельзя убить человека просто так. Подобное было бы уместно где-то в пригородах Екатеринбурга…
Черниговский невольно сжал ладони в кулаки – до боли впившихся ногтей в кожу, но тут же постарался расслабиться.
– …но никак не в Москве, – подытожил, примирительно улыбнувшись, Рюрикович. – Без расследования, без доказательств.
– Мне не дают расследовать. – Быстро вставил фразу князь. – Ваше сиятельство, эта плотная опека над Самойловым весьма расстраивает верного слугу государства. Сотни лет, отданных службе отчизне. Пролитая кровь на рубежах отечества. Верность долгу и дисциплина в известных вам финансовых операциях… Неужели это меньше, чем жизнь одного мастерового? – Уже искренне недоумевал Черниговский.
– Самойловы – семья из особого списка. – Не проявил сочувствия Роман Глебович.
– Но сам Самойлов Максим – приемный. – Надавил на известное обстоятельство князь.
– Если мы начнем делить семью на полезных и бесполезных, то потеряем всех вместе. Самойловы задействованы в оборонных проектах, нам важна их лояльность.
Настроение Черниговского резко упало.
– И теперь ему дозволено устраивать бомбардировки в Москве?!
– Никому не позволено. – резким тоном заставили его осечься, напоминая, что тон тут повышать не следует. – К слову, что вы забыли в Екатеринбурге? До нас доходили весьма спорные сведения.