Н-10
Шрифт:
Задержавшиеся разведчики, что появились на вершине склона, тут же присели и в считанные секунды оказались рядом. Пока Каппа вводил их в курс дела, я продолжал наблюдать и первым заметил движение на противоположном берегу.
У двойной решетки мелькнуло нечто белесое, быстро укрупнилось, обрело четкие очертания и под конец распалось на три отдельных пятна, что еще через пару метров превратились в силуэты.
Гусеницы.
Огромные белесые гусеницы с торчащими из спины и боков длинными шипами.
Двигаясь точно по темной «колее», эти твари с деловитой поспешностью
Каждая жирная тварь достигала в длину около метра, при этом казалась короткой — настолько толстыми они были. Изначально они показались мне очень знакомыми, а еще через несколько секунд я вспомнил, где видел точно таких же — только поменьше в размерах. Очень похожих насекомых подселяли в грудь каждого Непримиримого. Так эти паразиты все же могут жить вне носителя? Или это другая порода?
Пока я лениво размышлял, гусеницы шустро преодолели весь путь. Две тройки замерли у дохлого пухляка. Последняя тройка, поднажав, проползла мимо и окунула хари — или жопы? — в первую попавшуюся лужу поглубже. Первые же шесть принялись объедать тухлый труп, достаточно быстро сдирая, измельчая и пихая в свои полупрозрачные тела мягкое мясцо. Тут наконец очнулся прикорнувший гоблин и до наших ушей донесся его перепуганный хрип. Засучив ножками, извиваясь всем жирным телом, он чуток отполз в сторону и затих, поскуливая. Мог бы и не стараться — ни одна из гусениц не обратила на него внимания.
Через десяток минут гусеницы закончили с набиванием тел, увеличившись чуть ли не вдвое, и лениво двинулись обратно вверху по склону. Одновременно с этим к ним навстречу уже двигались еще три тройки гусениц, направляясь по тому же маршруту.
Мясо. И вода. Жратва и питье. Вот только тут не гусеницы жрут. Тут налицо какой-то конвеер по доставке жратвы. Кормят свое потомство? А разве сами гусеницы не являются потомством?
— Убить всех — скомандовал я, выпрямляясь — Но тихо.
Всех опередил Каппа, что, явно только и ждал возможности вдоволь помахать огромным тесаком, что временно заменял ему сберегаемый любимый меч. Перемахнув одним прыжком канал, едва не раздавив труп, приземлившись на краю кучи костей, мечник рванулся вперед и одним взмахом разрезал первую троицу, вскрыв их переполненные тухлой человечиной тела. Бегущий следом желтый экз Рэка запнулся и рухнул в воду. Приземлившись на его поясницу, я прыгнул дальше и еще до прибытия на тот берег успел всадить десяток игл в торопящихся к решетке водоносов, заставив их притормозить. Больше делать ничего не пришлось — вошедший во вкус Каппа живенько нашинковал насекомых, для верности раздавив дергающиеся ломтики стальными подошвами.
С лязгом опустив ногу экза в миллиметре от сморщенных недостоинств ошарашенного гоблина, я поднял забрало и ласково спросил:
— Как ты, сука?
Вместо ответа гоблин вдруг подался вперед, раздирая кожу о камни и смачно приложился губами к моей ноге, принявшись покрывать ее поцелуями, в промежутках причитая:
— Спасители! Спасители!
— Срульваджо? — переспросила Кассандра, нависнув над полусъеденным тухляком — Горячая каша со сметанкой?
— Вколи ему чего-нить успокоительного — приказал я — И пихни таблетку слезы. Каппа! И ты… подводник…
— Не освоился еще, командир — повинился вылезший из поток грязный желтый экз, сжимая клешню и дробя вытащенный из воды череп — Споткнулся… дерьмо…
— Освоишься — буркнул я — Скиньте шинкованных гусениц в поток. Залейте водой их кровь. Затем распотрошите этого сраного Сруля…
— Срульваджо — поправил меня жирный гоблин и охнул, когда ему в жопу воткнули сразу два шприцы.
— … и залейте его жижей оставшуюся кровь гусениц — добавил я — Эти твари должны иметь хорошее обоняние. Так пусть не учуют пролитую кровь предыдущих… носильщиков мяса.
— Есть! А наш запах?
— Для них мы пахнем как еда — мрачно произнес я, пытаясь подсчитать, сколько черепов я вижу.
Бортовая система услужливо помогла, назвав цифру в сто тридцать восемь. Ровно столько черепов компьютер засек вокруг — лежащих на виду и полускрытых костьми. А сколько еще в воде? Сколько полностью под костями или разбиты на мелкие куски?
— Грязь — заметил Тигр, с подругой сидящий на валунах — Нам…
— Не пачкайтесь — качнул я головой внутри шлема Шила — И ближе не суйтесь — ваш запах другой.
— Мы не гоблины — кивнула тигрица — И не трусливые свиньи — кошка брезгливо глянула на исцарапанного блаженно улыбающегося жирного гоблина — Как он так отожрался при их всеобщем недостатке жратвы?
— Хороший вопрос, боец — кивнул я — Прямо хороший вопрос…
— Лид! — добравшийся почти до самых решеток Каппа замер, повернулся ко мне с поднятым забралом.
— Ну?
— Слышал?
— Слышал чт… — я осекся и замер, вслушиваясь в слабое хриплое знакомое эхо, донесшееся от шлема Каппы — Ни хрена себе… это…
— Голос Джоранн — подтвердил мечник и захлопнул забрало — Бубнит что-то вроде «как слышите меня»… рыжая дает о себе знать. И сигнал добил до нас… а у меня в шлеме закреплен…
— Системный передатчик — закончил я за него — Работающий только при условии системного присутствия в этой области. Живее, Каппа. Забрызгай там все кровью и свали от решетки нахрен.
— Есть.
Остановившись рядом с чуть ли не пускающимся слюни гоблином, принявшимся правой рукой лениво теребить свой отросток, сколупывая с него застарелую грязь, а левой поглаживать себя по бедру, я зажал его нос меж стальных пальцев и резко повернул.
— А-А-А-А-А-А!
Затуманенные наркотой и успокоительным глаза прояснились, хлынул поток слез.
— Не надо! Не надо! Я мирный! Мирный! А вы герои, да?
— Рассказывай — велел я — Нахрена вы здесь?
— Похитили нас…