Н-10
Шрифт:
Кивок.
— Хорошо. И побольше наглядной жестокости. Думаю, никто не будет против, если ты начнешь развешивать рваные кишки на заборах и бросать на дорогах головы с выжранными мозгами, наполняя черепа отрубленными пальцами, членами и раскрытыми как цветок изрезанными пятками.
Кивок.
— После очередной стычки отпускай хотя бы одного. Обязательно зараженного, но еще не сгнившего. Пусть он бежит к своим и пугает их. А заодно и заражает. Если моя догадка верна — здесь не знают о гнили или чесотке. Они понятия не имеют, кто такие зомби и на что они способны. А раз так — отпущенный зараженный заодно подсадит твою
Кивок.
— Одного такого искусанного отправить надо в расположение врага как можно быстрее. Лучше двух.
Кивок.
— Природе не вреди. Все эти деревья, поля, ягодники — пусть остается. И воду не отравляй трупами.
Кивок.
— Мы союзники?
Кивок.
— Прощай, кивающий Кевин — улыбнулся я, протягивая руку.
Зомбак чуть помедлил, а затем крепко сжал мне руку. Две стальные ладони скрежетнули друг о друга, а затем рыцарь Кевин ускорился еще сильнее и погнал к платформе, где его дожидался тяжеленный рюкзак. Мы двигались за ним, постаравшись не отставать от рыцаря.
Ускорение дало свои плоды — мы уже были у самых холмов, когда из-за одного из них разом рявкнули минометы. Прозвучавшие на одном из полей разрывы сообщили, что гостинцы доставлены. А раздавшиеся следом невероятной силы пронзительный и явно не из гоблинской глотки визг, дал знать, что гостинцам душевно рады. Обрадованные минометы простучали снова, добавляя подарков. Мы же, финишировав, рухнули в небольшую траншею, что дополнительно была прикрыта платформами и тушей Гиппо с чьего загривка так же тявкал миномет.
— Ждать! — приказал я рвущимся в бой гоблинам и рванул на вершину холма. На пробежавшего у подножия Кевина, что стремился на шумиху, утаскивая на спине огромный рюкзак, я внимания почти не обратил. Толку смотреть в жопу получившей свободу птахе? Пения ее не услышишь, разве что насрет на лету.
— И куда он так рванул? — удивился пыхтящий Рэк, умудрившийся не отставать от моего экза.
— Заражать и размножаться — падая почти у вершины, ответил я — Убивать, расчленять и веселиться.
— Мля! А можно мне так же?! Вечно лучшие задания мимо меня…
— Вон твое задание — произнес я, глядя на укрупненное изображение на забрале — Видишь того желтого урода?
— Экз с клешней на правой и цепной пилой на левой? О… у него еще дробовик на правой клешне.
— Два дробовика — поправил я — Снизу и сверху.
— Охренеть… если клешней зажать, а потом из всех стволов картечью ахнуть… считай, что в лапе будто воздушный шарик с фаршем лопнет… вещь!
— Этот экз — твой, орк — буркнул я — Главное умудриться его заполучить не по частям.
— И бежит прямо к нам — обрадованно улыбнулся Рэк — Вручить себя мне торопится, гнида. Поможешь, командир?
— О да — улыбнулся я — Притащи-ка мне бухту троса.
— Ща!
Накрытый минометами противник боевитость не растерял. Насколько я видел со своей позиции, нам удалось прикончить не больше пяти нападающих, а еще четверых покалечить так серьезно, что для них бой уже закончился. Но это врага не остановило — как и нехило пораненных многоножек.
Враг выбрал наступление.
Удивительно быстро развернувшись, две твари рванули по желтому растительному морю, расходясь так, чтобы зайти с флангов. По ним продолжали бить минометы, подошедший к вершине холма Гиппо раскорячился и замер, уложив на его массивное плечо ствол бронебойного огромного ружья, один из гоблинов тщательно прицеливался.
— Не в экза! — велел я и ствол ружья сместился чуть ниже, явно сползая с груди вражеского бойца в желтом экзоскелете на холку или же лобастую уродливую башку твари. Заметив, как прищурился глаз стрелка за забралом, я понял, что прямо сейчас…
Бронебой рявкнул.
Унесшаяся к цели здоровенная пуля мгновенно преодолела разделяющая нас расстояние и…
Одна из буро-красных пятнистых тварей вдруг подпрыгнула, а следом буквально вбила голову в почву, задирая тулово и зад в воздух. Все седоки полетели вверх тормашками. Тут же среди них вспухло два дымных цветка минометных попаданий, картечь выстригла длинные и короткие лепестки в растительном месиве. Желтому экзу, не смотря на его тяжесть, посчастливилось больше остальных — ударом хвоста его отшвырнуло в нашу сторону, убирая из под бьющейся твари и из области накрытия минометами.
— Всем оставаться на позициях! — рявкнул я, поднимаясь.
Схватив протянутую бухту троса, я рванул вниз по склону и через пару секунд желтое поле проглотило меня. Видимость пропала, но двигался я не вслепую — бортовая система запомнила выданные ориентиры и я шел «по приборам», стараясь не проламываться сквозь растения, а проходить между ними. Шипастые шарообразные алые плоды стучали по шлему и груди, лопаясь и выпуская из разошедшейся кожуры багровую мякоть наполненную судорожно корчащимися мелкими белыми червями. Каждый такой плод — целый мир. А я давлю и давлю их всмятку стальными подошвами…
Круто остановившись, я позволил промчаться перед собой сначала воющему беглецу, а затем и его преследователю. Догнав убегающего парой прыжков, Кевин одним тычком повалил его на землю, столь же сильным рывком поднял забрало его шлема, нанес нокаутирующий удар стальным кулаком в переносицу и, едва противник обмяк, наклонился к его лицо, одновременно поднимая свое забрало. Я еще успел увидеть вылезающие из приоткрытого черного рта желтые полупрозрачные побеги, что легко вошли в рот и нос жертвы, оплели лицо и потянулись к ушам. А затем интимная романтическая сцена осталась позади, а я, мудро не став приближаться к эпицентру событий, свернул в сторону и… с размаху налетел на украшенную матерчатым синим плащом стальную спину экза. Вот ведь тупой ушлепок! И я не про дебильный плащ, а про тот немыслимый факт, что после падения боец в экзе даже не подумал сменить позицию, продолжая сидеть в выбитой им яме и прочищая забрало от налипших на него червей и сочной мякоти.