Мыс Иерихон

Гардинер Мэг

— Рики пока не видно, — сказал он.

Я спросила, кто и что будет пить, и пошла к бару. У стойки кто-то положил мне на плечо руку.

— Сожалею.

Карен Джимсон жевала резинку. Ее желтовато-коричневые глаза виновато смотрели на меня. Похоже, она раскаивалась.

— Мне не следовало напускаться на вас.

«Напускаться» — это сказано слишком мягко. Ведь она обвинила меня в краже пяти тысяч долларов.

— Спасибо от меня и от моей задницы.

В зеркале за стойкой

бара я увидела Рики, разговаривающего со своим гитаристом.

— Тебе пора научиться аккомпанировать как следует, парень. Иначе тебе придется тратить деньги впустую.

Такова реальность шоу-бизнеса. Гитарист был одет под индейца, а Рики взбил себе волосы, чтобы казаться выше на пару дюймов. Карен подмигнула мне и пошла вместе с ними. Как раз в этот момент в бар вошел Пи-Джей.

Это подтвердило мое подозрение: Карен считала, что Пи-Джей тоже не воровал ее деньги, иначе она избавилась бы от него. Из чего можно было заключить, что воровкой скорее всего была Синса и ее мать об этом отлично знала.

Пи-Джей был горд тем, что сегодня вечером свита Рики состояла только из него одного. Однако когда он заметил меня, важность его несколько поубавилась.

— Я знаю, что тебе здорово досталось, и понимаю, что это случилось по моей вине.

— Как «альфа-ромео»?

Он продолжал идти, едва передвигая ноги.

— А что с «альфа-ромео»?

Я взорвалась:

— Нам следует поговорить о Синсе и ее фирме по производству дисков!

В его взгляде появился страх.

Я пошла за ним.

— Она уговаривала богатых девочек, жаждущих славы, платить ей большие деньги за то, чтобы сделать запись своих выступлений, не так ли? Обещала им манну небесную, но ничего не давала. Это же афера.

Он в растерянности посмотрел в сторону Рики.

— Это нельзя делать здесь. Здесь ее родители.

— У тебя нет выбора.

— Пи-Джей! — позвал Рики с противоположной стороны бара.

Пи-Джей повернулся и поспешно направился к нему.

— Мне нужно работать.

Но я продолжала идти за ним. Рики сидел у стойки, откинувшись назад. Когда я подошла, он улыбнулся мне:

— Эй, спасибо за то, что пришли.

— Я привела с собой группу фанатов. Вы не возражаете, если Пи-Джей присоединится к нам? Он довольно долго не виделся со своим братом.

Пи-Джей смотрел на Джесси, и его настроение еще больше падало.

— Нет. Это не обязательно. Мне не хотелось бы отлынивать от работы.

— Ничего, Пи-Джей, иди. Твой брат очень интересный человек. Каждый раз, когда я звоню в «Санчес-Маркс», мы разговариваем о карме.

— Карма и Джесси, — повторила я.

— Вы знаете? Вот то, что сейчас он сидит в коляске, означает ли это, что в будущей жизни он окажется

на более высокой ступени?

— Карма и Джесси. Что он вам говорит?

— Возможно, что и окажется. В своей прошлой жизни он был Джимми Хендриксом и теперь совершенно не умеет играть на гитаре, — сказал он со смехом. — Подождите, когда я начну выступление. Хорошо?

Пи-Джей, похоже, лишился всякой надежды.

Я взяла напитки и отнесла их на стол. Марк встал и подал мне стул. Джесси разговаривал с Брайаном.

— Плавание на каноэ по пещерам… Я сказал бы, что Люк для этого слишком мал. Можно было бы заняться серфингом, но в это время года нужно внимательно следить за течениями.

— Ты хорошо знаешь побережье? — спросил Марк.

— Я здесь вырос.

— Джесси работал спасателем, — пояснил Брайан. — Он знает эти места как свои пять пальцев.

— В самом деле? — переспросил Марк.

— Когда я учился в колледже, — сказал Джесси. — Зимой здесь мощные течения в сторону океана. Даже опытные пловцы могут попасть в беду.

— Патрульная служба в заливе, да? — спросил Марк.

Джесси бесстрастно посмотрел на него:

— Да. Открытые купальные костюмы, силиконовые груди и все такое прочее.

Брайан покачал головой:

— Для того чтобы получить сертификат, дающий право работать спасателем на море, нужно знать СПР, ^[7]правила оказания первой помощи, иметь опыт пловца и подготовку в качестве подводного пловца. Так что это отнюдь не увеселительная прогулка.

Я смотрела на Брайана широко открытыми глазами. Что он делает?

— Ты многих спас? — спросил Брайан.

Вот черт! Я же сказала ему, что у Джесси депрессия, и он пытается поднять ему настроение, исполняя фрагменты из песенника «Вставай, народ».

— Случалось, — ответил Джесси.

— Не только серфингистов и гитаристов у костра?

— Боюсь, что нет.

Мимо нас к двери прошла женщина. Она взмахнула рукой. Джесси безучастно посмотрел на нее, и она ему улыбнулась. Что же касается меня, то на меня она посмотрела так, словно бросала вызов.

— Привет, Джесси, — сказала она, открывая дверь. — Пока, Джесси.

Он смотрел, как она уходит.

— Кто это такая?

— Если ты не знаешь ее, то я-то уж и подавно.

Она прошла мимо окна. На улице, на листьях деревьев поблескивали маленькие огоньки. Она прислонилась к окну, прижалась к нему грудью, потом засмеялась и убежала. Джесси наблюдал за этим с полуоткрытым ртом.

Марк поставил свою бутылку на стол.

— Нет, спасение на водах — дело серьезное. Никаких тебе забав. Она не из тех, кого ты спас? Какой-то необычный случай?