My way
Шрифт:
– А ты изменилась.
– говорит он - Выросла, похорошела.
– Так я и расту еще, еще с год буду расти. Врач сказал, что у меня была задержка гормонального развития.
– И за чем ты мне это говоришь?
– Я к тому, что с медицинской точки зрения я еще подросток, по той же причине никакие отношения с парнями мне не интересны. Мы поедем сегодня, или так и будешь на меня таращиться?
– А ты все такая же наглая и невоспитанная, чусан-пурида!
– Мажор наконец заводит машину и трогается с места.
– А тебе какая разница? Нам вместе не жить, встречи раз в месяц, пока ты в армии, и разбежимся. Таков договор.
Позже, ресторан *Намсан*.
Из подъехавшей *Феррари* выходят Юн Ми и Чжу Вон. Несколько вспышек папарацци издалека, и они скрываются в ресторане.
Сидим,
– А хочешь, я спою для тебя?
– спрашиваю мажора. Мажор только за, ему интересно, за что меня французы наградили. В ресторане только мы, Чжу Вон не поскупился, да и все, что я могу спеть, зарегистрировал давно. Решил, что попробую исполнить *Аве Мария*, под музыку Шуберта, если не напрягаться, то потянуть должен. Подхожу к роялю, проверяю настройку и начинаю. Уже после первых строк бессмертного произведения забываю обо всем на свете, голос сам меня ведет, я чувствую, что нет ограничений и оков, я лечу над Землей!
Легкая мелодия завораживает, девушка за роялем играет и поет с закрытыми глазами, кажется, что ее лицо светится, волшебный голос взлетает и кружится по залу ресторана. На входе кухни, замерев, стоит весь персонал, две официантки плачут, не вытирая слезы, замер Чжу Вон, а вокруг Юн Ми кружатся никому не видимые золотые песчинки. Молитва Непорочной Деве заканчивается, Юн Ми в тишине сидит, уронив руки на клавиши. Раздаются первые робкие хлопки, и вот уже аплодируют все присутствующие в зале.
Кланяюсь и иду за столик. Глаза мажора подозрительно блестят, и смотрит он на меня как-то не так. Ну вот не идиот ли я, а? Опять нашел приключений на пятую точку, еще влюбится мажорчик- не отвяжешься потом! У обоих настроения сидеть тут дальше не было, и мажор повез меня до хаты. Какой-то он молчаливый, ох, не к добру это. Приехали, он открывает мне дверь, подает руку, выхожу. Все для удобства папарацци.
– Хальмони позвонит, когда придет время следующей встречи. До свидания.
– Кратко прощается Чжу Вон и протягивает мне руку. На автомате протягиваю свою, мужской ритуал, че. Мажор поднимает ее, наклоняется и целует, и тут же заскакивает в машину.
Мажор давно уехал, а я все стою, как идиот, заклинило меня. Какой ужас! Мне руку парень поцеловал, гадость какая. В то же время внутри Юн Ми прям пищит от восторга, реакция тела такая. Вот что с этим делать-то, а? И ведь сам виноват, нарвался с этой нетленкой по полной. Медленно бреду в дом, мама не спит, ждет меня.
– Мама, он мне руку поцеловал!
– жалуюсь я маме, и шмыгаю носом. Чет плакать охота, брысь, Юна!
– Так это же нормально, доченька.
– Похоже, мама проблемы не видит и вполне довольна исходом свидания.
– Я его прибью и больше встречаться не буду, я еще маленькая! Пусть своей настоящей невесте руки целует!
– похоже, я и тело Юн Ми та еще смесь- вот какая мне разница, куда мажор пойдет, кому и что целовать будет??? А телу есть дело, оно злится непонятно на что. Женщина-загадка! А пойду-ка я спать, утро вечера мудренее!
Утро, дом Юн Ми.
Позанимался физкультурой, позавтракал, готов и к труду, и к обороне, от мажоров в основном. Решил записать *Аве Мария*, заодно и проверю, не почудился ли мне прорыв в пении.
Час спустя.
Не почудилось. Все таки какая же волшебная вещь, четыре записи сделал, и каждый раз улетаю куда-то высоко, высоко и не сразу возвращаюсь. Запись выложил на итальянскую, испанскую и французские странички, туда же ролик, где я пою у микрофона, семь бед- один ответ, после *Марсельезы* ничего уже не страшно. Поставил свободную лицензию, пусть скачивают сколько хотят. Начал заниматься *Щелкунчиком*, заметил, что работа идет намного легче, чем раньше, и поспокойней я стал. Так увлекся, что мама еле-еле
После обеда решил отдохнуть, завалился на матрасик, на груди мурчит кошатина, тоже наетая и наглаженная, решаю вечный русский вопрос, кто виноват и что делать? В Париже надо дать минимум один концерт, это уже точно, звонил посол и убедительно просил. Надо успеть записать *Гимн Великой Революции* с хором и оркестром, тоже просьба французов. Надо отработать несколько песен, а времени нет! Ну одну, ну две успею за две недели, это предел. Есть еще *Итальянец*, есть *Порке те вас*, и это и все. Ах да, еще *Если б не было тебя* Дассена, давно лежит на французской страничке, хитом не стала, но спросом пользуется постоянным. Итак, есть три песни, отработанные по минимуму, надо выбрать еще две. На концерт не хватит, но если добавить *Магнитные поля* и три вещички из классики- на час наберу точно. Эклектика полная, так я и не чей-то проект, мне можно. *Аве Мария* забыл, уже четыре песни. Вот ей-то и закрывать концерт, это точно, что бы буйные французы ушли тихими и благостными. Так, думай голова, шапку куплю. Ага, соломенную шляпку, в Париже. Под мой голос нынешний идеально ляжет *Je Ne Regrette Rien* Пиаф. Конечно, странно такое петь юной девушке, но разве я не терял и не страдал? Спою! Одна есть. Можно *Вояж*, но в стилистику концерта не ложится вообще, не пойдет, а вот *Je veux* от Заз вполне. И текст по мне хорош. Музыка не сложная, Корг справится. Выйду с гитарой электроакустической, и вуаля. О, а еще не сложная *Tu Es Foutu*, готовый хит. Кстати, ее я не регистрировал, как и *Je Ne Regrette Rien* с *Je veux*, надо это исправить. И не выкладывать до концерта. Все песни не сложные, кроме Пиаф, должен успеть! Зеваю...Хррр, хрр...
Дом Юн Ми, три часа дня.
Вот нахрена я так обожрался, а? Уснул, работничек, хорошо хоть приперлась Сун Ок пораньше из своего алконария, и разбудила. Их препод отпустил по домам пораньше для подготовки к хвесику, а я ее заложил маме, и все! Накрылся хвесик, печень целее будет. Так ей и сказал- заберу ее из Енесай, если надо, хоть в Сорбону отправлю, деньги есть, язык заставлю учить, сразу присмирела. Не, в Сорбону-то она хоть прям сейчас готова, а вот охренительно *сложный* французский язык учить- нет! Мама ее загребла на кухню, мыть посуду и противни с решетками от гриля, под ее нытье насчет нанять персонал, раз уж мама не желает закрыть это кафе к едрене-фене. Быстро она привыкла, что деньги есть всегда. Кстати, о деньгах, что тут у нас с датакоинами? Ага, пока по 0.72 доллара, а возьму-ка я их как раз на семьдесят две тысячи, для ровного счета. Интересно, что в той жизни особо я деньгами не интересовался, на жизнь хватает и ладно, а тут аж тепло внутри от покупки датакоинов. Это точно хозяйственная Юна, я-то не бедствовал никогда, а вот она хлебнула по полной. Ну что, хватит бездельничать, начнем с Пиаф. Через час, на складе. Мама и онни стоят обнявшись у ворот склада, и смотрят, как Юн Ми с закрытыми глазами выводит *Je Ne Regrette Rien* под запись музыки. Песня заканчивается, Юн Ми снимает наушники и что-то отмечает в планшете. Потом поворачивает голову к ним, смотрит, и говорит: -Онни, сообщи в своем алконарии, что едешь во Францию. Мгновения тишины, и Сун Ок с визгом прыгает на Юну. Фуххх, еле отбился от благодарной сеструхи. Как это я сразу не сообразил, что мы с мамой уедем, а она тут так зажгет, так зажгет- лечить замучаемся. Поедем все, я сказал! Радостные мама и онни ускакали обсуждать благую весть, а мне работать надо, труд из меня сделает миллионера, ага. Примерно посчитал, и вышло, что есть все шансы сделать первый миллион уже в следующем году. Каждая песня мне приносит минимум пятьдесят тысяч, и это за месяц-два. Одних донатов уже на 187 тысяч. Всего я заработал вместе с *Бай-Бай-Бай* за триста тысяч вечнозеленых тугриков, и в мае 2015г. должен буду уплатить под сорок процентов налогов, с учетом того, что облагаемая база в этом году выйдет за те же триста тысяч без донатов. Жаба душит, а что делать. В той же Франции налоги еще больше, к примеру. Хорошо то, что и оставшегося мне хватит на все хотелки, тем более, что домик на Чеджу пока отпадает. Не до отдыха, пахать надо, а вот потом можно, засяду там и буду удаленно работать, тогда и из Кореи валить не обязательно. Или надо? Потом решу. Так, еще прогон *Je Ne Regrette Rien*, и займусь *Ты мерзавец*, отдохну на ней.