«Мы с тобой из разных миров...»
Шрифт:
Стоит отметить, Астрид никогда не любила холод, однако часто сбегала на другой конец архипелага, в Обитель Афродиты: небольшую пещерку, сплошь укрытую ярким голубым льдом. Это место юная воительница считала своим и всей душой верила, что мало кто из амазонок знает об этой природной достопримечательности. Пещера располагалась на западе Темискиры — самом заброшенном, по местным меркам, пределе греческих земель.
Слухи про эти земли ходили всякие: от просто мистических, вроде легенд о гуляющих неупокоенных душах, то и дело пугающих местных стражниц, до кровавых. Последнее, что слышала Астрид от старших воительниц, что в этих местах свершались кровавые расправы над неверными. И якобы именно поэтому здесь не уживаются ни звери, ни урожаи, ни люди. Вот и стоят эти старые земли,
Впрочем, сама Астрид относилась к этому со скептицизмом, а потому не боялась еженедельно совать сюда свой нос, сбегая от матери и её нравоучительных разговоров. Что она и сделала в очередной раз.
[Flashback]
Днём ранее.
На Темискире вот уже третий день кряду царила пасмурная погода. Однако, несмотря на то, что солнце не выглядывало из-за грозовых облаков столь долгое время, на архипелаге было довольно тепло. И даже прошедший день назад дождь едва ли мог усмирить разбушевавшийся зной.
Астрид, никогда не любившая холод в любом его проявлении, несказанно обрадовалась, когда, проснувшись, увидела затянутый плотными облаками небосклон: такая погода была идеальной для тренировок на Арене. А потому, не теряя ни минуты драгоценного времени, юная воительница быстро собралась и направилась в сторону храма, в который по привычке заходила перед началом боевых занятий. Последние она не пропускала даже будучи не совсем здоровой: скоро должно было состояться главное для Темискиры событие — открытие Драконьих Игр, ежегодно проходящих в честь Праздника Артемиды, участвовать в которых позволялось с пятнадцатилетнего возраста и только раз в пять лет. Главным призом Игр был золотой лавровый венок, дававший победителю право исполнения любой его воли. Для одних эти соревнования — возможность поправить своё материальное положение, для других — получить должность при дворе и быть ближе к королеве, для третьих — восстановить своё доброе имя. Астрид же видела в этих Играх возможность получить почётное место в Военном отряде, куда не могла попасть из-за категоричной позиции матери в этом вопросе.
За своими мыслями эллинка не заметила, как оказалась внутри огромного храма. В центре помещения располагался украшенный резьбой алтарь со стоящим подле него каменным постаментом, на котором лежала массивная, обшитая мехом и украшенная камнями книга. Книга амазонок. Взяв в руки тяжёлый том, Астрид уселась на ступень постамента и тут же принялась искать нужную главу, которую в последнее время перечитывала с завидной частотой.
— Не то… не то… опять не то… — девочка быстро листала древний фолиант, выискивая интересующую её информацию. — Ага. Вот оно. — Вскоре страницы были раскрыты на разделе «Культура и обычаи». — «Драконьи игры. История возникновения и правила». — Аккуратно проведя пальцем по золочёным буквам, амазонка принялась читать знакомый с детства текст, написанный довольно высокопарным для того времени языком.
«Игры Драконов или Драконьи Игры возникли во времена правления Климены (подробнее см. раздел “Королевы Темискиры”, глава пятнадцатая)».
Дочитав это предложение, Астрид подняла голову и принялась рассматривать внутреннее убранство храма, стараясь при этом вспомнить, чем была так знаменита эта амазонка.
В историю эллинского народа она вошла как самая жестокая и беспринципная правительница, не знавшая сочувствия ни к сёстрам, ни к врагам. В книге было написано, что именно благодаря её железному характеру, жажде крови, умению и желанию вести войны Темискира прославилась на весь мир и амазонок стали опасаться, а после — считаться с ними. Легенды, с которыми была знакома Астрид, повествуют о её особенной ненависти ко всему мужскому роду: говорят, она с трудом переносила присутствие мужчин на архипелаге даже в качестве бесплатной рабочей силы. Однако с последним обстоятельством приходилось мириться, ведь отстраивать город женскими, пусть и сильными, руками было крайне тяжело. И именно с именем Климены связывают возникновение полюбившейся всем воительницам забавы. В Книге амазонок написана история, которая повествует о том, как появились Игры.
Всадница
«… Благодаря сохранившимся письменам можно с утверждать, что именно с её именем связано зарождение Игр. Древние свитки, дошедшие до наших дней в ветхости, лишь поверхностно рассказывают о том, как возникло это развлечение».
Воительница на мгновение оторвала взгляд от книги, так как её внимание привлёк какой-то шорох, эхом пробежавший по храмовому помещению. Амазонка повернула голову к источнику звука и увидела нарушителя спокойствия — жёлтую Жуткую Жуть, воровато оглядывающуюся по сторонам. Храм Артемиды — излюбленное место маленьких драконов — здесь всегда оставляют что-то вкусное для этих непосед. Улыбнувшись и облегчённо выдохнув, Астрид снова взялась за чтение.
«Произошло это за несколько месяцев до окончания строительства храма в честь Верховной Богини. Точная причина, сподвигнувшая Климену учредить Игры, неизвестна. Однако древние свитки сохранили одну из версий, которая проливает свет на их создание.
Легенда гласит, что Климена в качестве развлечения и из желания избавиться от уже ненужных рабов отправляла их на нововозведённую Арену, где пленные безоружные мужи обязались биться с дикими драконами. Каждого варвара, переступившего порог Стадиона, ждала верная гибель. Древние свитки рассказывают, что среди приближённых королевы появилась предательница, связавшая себя с одним из пленных мужчин, и “в припадке, не иначе как великой одержимости, сболтала пленному черноглазому мужу великую тайну племени темискирского — тайну приручения хранителей наших, ниспосланных нам богами нашими”.
Не загасло и одной луны, как весть о непристойной связи гречанки с варваром стала известна всем, от мала до велика, в племени: “Клиимена, разгневанная и оскорблённая проступком сестры некровной, отдала юную деву на казнь, а воина молодого бросила на растерзание дракону, коего пленный муж взмахом руки своей уложил на голодное брюхо”.
Климена, искренне поражённая увиденным, ибо “то было немногое из чудес, что смог свершить варвар”, потребовала с воина прошение. “И, стоя на ногах у полный рост, с гордостию взирал черноокий муж на огненноволосую амазонию, размышляя, как вернее обратить речи свои варварские в речи эллинские. И просил он для себя и девы белокурой, жизнь единственно ему сохранившую, пощады и свободы…” Стоя пред ликом верховной богини, Климена без терзаний греховных даровала иноземному мужу его прошение: “И пусть весь мир варварский узрит великодушие темискирского народа: да ниспадут цепи с заблудшей нашей сестры , да ослабнут оковы рабские на руках северного мужа, пришедшего с войной на земли наши. А дабы память о проишедшем сохранилась в годах грядущих, призываю всих королев темискирских позволить сёстрам своим избирать самим путь дальнейший, единственно чрез бой на сей Арене, дабы боги наши смогли узреть ту честь и тот огонь, с которыми готовы биться за судьбу свою воины северной земли”.
Положительно в год той речи было положено начало Драконьим Играм».
— Бред! — Астрид со злостью захлопнула книгу, и ворох пылинок покоившихся на её страницах тут же взмыл в воздух. — Как можно раскрывать секреты тому, кто испокон веков является твоим врагом? — принцесса перечитывала эту часть книги сотни раз, но никак не могла понять и принять поступка этой мифической эллинки-предательницы. — Почему этот раб, обретя свободу, не открыл тайны приручения своему народу? Ведь тогда можно было бы использовать драконов в войнах. Или наоборот, показать всем остальным, что они не опасны. Да и Климена эта тоже хороша...
Поток девичьих мыслей были прерван тихими шагами. Оторвав взгляд от стены, Астрид посмотрела вперёд и увидела Милосу, которая направлялась в её сторону.
— Здравствуй, — женщина присела рядом с дочерью. Суровый амазонский взгляд её упал на книгу, что лежала на хрупких девичьих коленях. — В очередной раз перечитывала этот фолиант? Ты ведь его уже наизусть знаешь.
— Здравствуй. Да, — принцесса криво улыбнулась и посмотрела на Милосу, лица которой не касалась ни единая эмоция.
— Ты же знаешь мой ответ, Астрид.