Мы, мутанты

Мари с крылышками

Пару секунд они в звенящей тишине смотрели друг на друга. Потом бывшая Первая Леди выдохнула и провела рукой по лицу.

– Янош говорил то же самое, – подала голос Эмма. – Надо сказать, что это был его первый опыт подчинения телепату. И он от него не в восторге.

– Надеюсь, что Янош меня простит. Кстати, я задолжал ему некоторую сумму. Если ты передашь ему деньги, Эмма, я буду тебе весьма признателен.

– Это когда ты сбежал из «Гесель»? – уточнила Эмма. – Хорошо, передам.

– В пятницу состоится заседание всех государственных служб безопасности под председательством президента Джонсона, –

снова заговорила Джеки. – И главным на повестке дня будет «мутантский вопрос». Вам это должно быть тоже известно.

– Разумеется, ведь я собираюсь там выступить.

– И как вы оцениваете свои шансы?

– Я бы сказал пятьдесят на пятьдесят.

Джеки испытующе посмотрела на него:

– Вы исходите из фактов, или…

– Я исхожу из того, что могу прочесть в мыслях и чувствах заинтересованных людей, миссис Кеннеди. Большинство из тех, кому предстоит участвовать в заседании, пока ещё сами не знают, выскажутся ли они за или против. Маккоун будет «за», Гайрич «против». Ваш деверь тоже «за». Президент пока ещё ничего не решил, сперва он хочет выслушать всех. Так что всё зависит от того, насколько мы, выступающие, окажемся убедительными.

– Но вы понимаете, что время работает против вас? Если окончательное решение не будет принято на первом же заседании – а скорее всего так и случится, при такой-то неуверенности большинства – его отложат до завершения расследования убийства Джона. И чем дольше продлится расследование, а оно в любом случае дело не одного месяца, тем больше будет расти недовольство. Причём с обеих сторон. «Друзья человечества» и так уже клеймят всех и вся и призывают к крестовому походу не то на мутантов, не то на Вашингтон. Мутанты же, которым вы пообещали избавление от лагерей, вот-вот устанут ждать. А чем больше будет волнений, тем больший вес будут обретать слова перестраховщиков вроде Гайрича. А если к этому добавятся результаты расследования… Поскольку у этого самого Освальда уже нет возможности спросить, кто надоумил его убить президента, боюсь, что версия с заговором мутантов останется единственной рабочей.

– Почему у Освальда невозможно спросить?

– Покойники обычно неразговорчивы, мистер Ксавьер.

– Он мёртв?

– А вы не знали? – губы миссис Кеннеди искривила невесёлая усмешка. – Первое и, я надеюсь, последнее убийство, совершённое в прямом эфире.

Чарльз только головой покачал.

– Я смотрю, ты в этом своём уютном гнёздышке совсем оторвался от жизни, – заметила Эмма.

– Смотря от какой, – сухо отозвался Чарльз. – Да, я не следил за последними новостями, потому что участвовал в похоронах и пытался разузнать о судьбе Эрика.

– Последнее было отнюдь не лишним, учитывая, скольким ты ему обязан.

– Я помню свои долги, Эмма.

– Это похвально.

– Он, кстати, так и молчит? – Чарльз повернулся к зажигавшей новую сигарету Джеки, но ответила ему опять Эмма:

– И будет молчать. Он заключил сделку, и нарушать её не намерен.

– С кем?

– С Боливаром Траском.

Чарльз откинулся на спинку дивана и признался себе, что не так уж и удивлён. Ну да, чего-то подобного следовало ожидать. Политическая необходимость укладывает в одну постель самых неожиданных партнёров, как говаривал кумир покойного президента…

– И какого рода была сделка? – услышал Чарльз свой

голос.

– Эрик поспособствует тому, чтобы президент Кеннеди отправился на небеса, а Траск в благодарность поможет нам начать всё сначала. Предоставит нам деньги, технологии, связи – всё, что у него есть, чтобы осуществить мечту Эрика, которую ты сорвал своим вмешательством: создать если уж не государство для мутантов, то хотя бы анклав.

– И Эрик ему поверил?

– Траск не лгал, Чарльз. Не надо считать Эрика глупее себя. Я прослушала карлика – и, можешь мне поверить, он собирался выполнить всё, что обещал.

– И зачем бы ему это понадобилось?.. Хотя постой, дай-ка я сам догадаюсь. У Траска тоже есть мечта – мечта об объединении всего человечества в единое целое, в Соединённые Штаты Земли. Мир без войн, без границ, без политических споров и разделения на неравно развитые государства. И он знает, что легче всего люди объединяются против кого-то или чего-то. Мутанты, с его точки зрения, как нельзя лучше подходят на роль такого общего врага. Ещё одна последняя война с ними – а после неё мир и процветание. Мутантов не жаль, они – случайный каприз природы, сколько таких отклонений от генеральной линии эволюции уже было. Вот только Кеннеди со своим, вернее, моим планом примирения людей и мутантов мешал осуществлению этой великой мечты.

– Совершенно верно, – кивнула Эмма. – Дурацкая мечта, но Траск истово в неё верит. Думаю, это своего рода компенсация за его чувство собственной ущербности, хотя я не психолог. Вот только для того, чтобы возникла настоятельная необходимость в объединении, враг не должен быть слишком слаб. Что до Эрика, то он считал войну неизбежной, а потому не стал отказываться от негаданной помощи. И… думаю, он не обольщался насчёт своей дальнейшей судьбы. Собственно, именно в этом и был смысл сделки, хотя прямо этого, конечно, никто не сказал. Просто с организацией покушения Траск отлично справился бы и без нас. Но ему был нужен наглядный образ врага-мутанта, ну а Эрик… Эрик счёл эту цену приемлемой.

Чарльз прикусил губу. Едва ли Эрик жаждал оказаться в тюрьме, тем более, что арест мог для него кончиться лабораторией всё того же Траска. Скорее Леншерр, как азартный игрок, решил пойти ва-банк. Повезёт сорвать куш – можно будет и от засады улизнуть, и выполнения обещанного потребовать. Не повезёт – ну, что ж поделаешь…

Рисковый ты человек, Эрик.

– А теперь он молчит, потому что ждёт, когда Траск выполнит обещанное.

– Да, – ещё раз кивнула Эмма. – Но это уже не имеет значения. Показания против Траска дам я. Под гарантии неприкосновенности, разумеется.

– Почему? Эрик пожертвовал ради этого свободой и даже, возможно, жизнью, а ты…

– А я, что бы там не думал Эрик, считаю, что если враг дал тебе понять, что ему надо, выслушай его и поступи наоборот, – резко сказала Эмма. – Нельзя заключать сделки с дьяволом, всё равно останешься в проигрыше. Я видела, что планирует сделать Траск. И если у него всё получится… если он доведёт свои разработки до ума… Можешь мне поверить, Чарльз, это станет концом для всех нас. Пока Эрик был на свободе и во главе нашего Братства, я не оспаривала его авторитет, но теперь я считаю, что вольна поступать так, как сочту нужным. А клятвы покрывать заговорщиков от меня никто не требовал.