Музыкант-3
Шрифт:
Вскоре представительная делегация покинула помещение, а вот Фурцева все же задержалась и попросила меня отойти в сторону.
— Товарищ Мальцев, это что за самоуправство?! — громко прошептала она.
— Вы о чем, Екатерина Алексеевна? — с самым невинным видом поинтересовался я.
— О чем?! Да о том, что вы спели неутвержденную комиссией песню!
— Ах, об этом… Ну спели, так что с того, народ требовал от нас еще песен, мы и исполнили свежую вещь. 'The Beatles' вон больше нашего вне программы пели. Разве кому-то от этого плохо?
— Как бы вам, Егор Дмитриевич,
И после этого помчалась догонять ушедших вперед Шелепина со свитой.
А у меня на душе тут же начали поскребывать кошки. Может, стоило ей напомнить о поведении дочери, не красящем советскую женщину? Или это прозвучало бы низко… Ну да, с Фурцевой-младшей мы никаких договоров относительно неразглашения ее попытки суицида не заключали, однако это и так подразумевалось как бы само собой, этакое негласное джентльменское соглашение. Но если министерша начнет мне строить пакости, то, в конце концов, я имею право достать свой туз из рукава…
Ха, а с другой стороны, если ее дочурка начнет отпираться? Мол, ничего такого не было, да, видели меня бабушки на лавочке, заходила в подъезд, выходила, но мало ли зачем я ходила туда. И что мое слово или Ленки против слова дочери министра культуры СССР? Даже при всей моей нынешней известности! Хочется верить, что Екатерина Алексеевна не станет слишком уж затягивать гайки, ограничившись пустой угрозой. Но, блин, что-то мне подсказывало — она слова на ветер не бросает. Ладно, посмотрим-поглядим, куда кривая вывезет.
О Фурцевой я думал и по пути в 'Арагви', что не укрылось от супруги. Мы с ней и Ольгой сидели на заднем сидении 'Волги', Муха расположился рядом с водителем такси. Они с Ольгой на пару бурно обсуждали фестиваль, а мне и моей группе досталось комплиментов даже больше, чем 'битлам'. Ленка тоже пару раз вставила свои реплики, но между делом на ухо мне шепнула:
— Ежик, ты чего такой хмурый?
— Хмурый? А, да это рабочий момент…
— Расскажи, все равно не отстану.
— Да Фурцева втык дала за лишнюю песню, вроде как не согласовали, а исполняете. Ерунда, подуется, да и забудет.
На Лисенка мои последние слова произвели успокаивающее действие, а вот мне было не так спокойно. Только когда мы сели за столик в 'Арагви', я немного расслабился. Тут еще Аркадий лично соизволил подойти, пожать мне руку, а с остальными музыкантами мы обменялись приветствием на расстоянии. Из нашего относительно тихого закутка сцена просматривалась неплохо. Да и грузинская свадьба в большом зале не особо мешала.
Пока там произносились тосты за здоровье молодых — довольно носатого парня чисто кавказской внешности и вполне симпатичной, но тоже чернявенькой девушки. Понятно, что в это время простые грузины главный зал в таком ресторане на вечер не снимут, тут гуляют либо цеховики, либо грузинская партэлита. Не Шеварднадзе часом? Хотя вряд ли, он к этому времени вроде бы уже женился, а дети еще маленькие, им об оценках в школе нужно думать, а не о свадьбах.
— Что будете заказывать?
Грудастая официантка приветливо улыбнулась, явно рассчитывая сегодня
В итоге выбрали классическую кавказскую кухню из нескольких мясных блюд, овощей, минеральную воду и вино — по бутылке красного и белого. Я сразу предупредил, что утром у меня общекомандное собрание, поэтому засиживаться до двух ночи точно не будем, и к тому же могу только пригубить только немного вина, а остальным предложил не стесняться.
— Может, коньяку тебе или водки? — предложил я Мухе.
— Не, я уж со всеми, винца хлебну, — снова засмущался тот.
Первый раз он смутился, когда я заранее сказал, что сегодня вечером угощаю. Ну не брать же мне с него и Ольги денег, в самом деле! Пусть помощник машиниста неплохо зарабатывает, но сегодня мой праздник, поэтому и банкет за мой счет.
Между тем на сцене Аркадий и компания играли не что-нибудь, а 'Чито Грито', которую я им в свое время и подсунул. При этом Аркаша еще успел мне подмигнуть, мол, помню, чей опус. Правда, работали 'инструменталку', и не очень громко, чтобы не мешать тостующим. Те больше шумели на своем языке, мы вели свои беседы, вспоминали прошлое, я рассказывал про жизнь в Англии, естественно, умолчав о некоторых своих похождениях касательно Хелен Миррен.
Все-таки даже пара бокалов вина дает о себе знать. Иначе почему бы я вдруг начал признаваться Ленке в любви? А в итоге признание закончилось походом к сцене, где я попросил Аркадия разрешить мне исполнить песню, посвященную моей любимой супруге.
Тот переглянулся с музыкантами, те синхронно пожали плечами, как бы намекая; ты начальник — тебе и решать.
— Ладно, уговорил, — махнул рукой Аркадий. — Что хоть за песня, мы ее знаем? А то могли бы подыграть…
— Нет, песня новая, но подыграть можете. Вам, самое главное, нужно будет держать ритм.
Я принялся щелкать пальцами, показывая, как именно этот ритм держится. Ребята ухватили его на лету, тоже принявшись щелкать и притоптывать.
— Еще можно на басу изредка подыгрывать. Мелодия несложная, разберетесь. А я, с вашего позволения, арендую у вас гитару, — обратился я к гитаристу ресторанного коллектива, принимая у него инструмент из серии 'Hofner Club'.
— Ты, с высоты, красоты своей не замечаешь…
Вообще я давно подумывал, что не мешало бы позаимствовать репертуар группы 'Браво', по стилистике этот как раз бит 50-60-х. Может быть, и надо было 'Апогею' сразу предложить эти вещи, но сложилось так, что я лепил из них копию 'The Beatles'.
Песню я пел, не сводя влюбленных глаз с Ленки, и та просто сияла от счастья. Музыканты ладно поддерживали такт, басист и барабанщик деликатно держали ритм, излишне не афишируя свое присутствие в звуковой гамме композиции. Грузины тоже отвлеклись на мою персону, синхронно хлопая в ладоши. Все-таки нация на редкость музыкальная, уж ритм им выдержать — как два пальца…
Допел, не успел вернуть гитару ее обладателю, как к сцене подкатился тучный грузин, большой мясистый нос которого занимал добрую часть лица.