Музыка теней

Гарвуд Джулия

– А брат вождя здесь? – Спросила она у Морны.

– Здесь. Не просыпался еще, как приехал. Наш лекарь присматривает за ним.

За первой дверью, которую они прошли, были покои вождя.

Комната, которую отвели Габриеле, раньше использовалась под склад. Там было влажно и пахло плесенью. Морна зажгла несколько свечей и поставила их на стол напротив кровати.

– Я пыталась проветрить комнату, но здесь стало холодно. Если хочешь, занавешу окно гобеленом.

– Я сама.

– Я приготовила тебе

постель и положила несколько одеял на всякий случай. За дверью на сундуке есть вода для умывания. Я разожгу камин. Мой муж, Данал, принес сухих дров.

– Я сама разожгу камин позже.

– Но разве тебе положено заниматься хозяйством?

Габриела улыбнулась:

– Положено.

Морна нахмурилась:

– Не моего это ума дело, но я заметила пятна крови на платье и на плече. Ты порезалась?

– Видимо, да, – ответила Габриела, не желая рассказывать правду.

Морна вытерла руки о тряпку, заткнутую за пояс, и подошла к Габриеле:

– Раз у тебя нет служанки, придется мне делать ее работу. Я помогу тебе снять платье и осмотрю рану.

– Я сама могу позаботиться о себе.

– Каким образом? – спросила Морна, помогая ей стащить платье. – Разве ты сможешь обработать порезы на спине?

Габриела решила, что возражать бесполезно.

– Спасибо, Морна.

Увидев спину Габриелы, Морна закудахтала, словно курица:

– Ах ты бедняжка. Твоя спина – это один большой синяк. – Она принесла таз с водой и смочила в нем чистую тряпку. – Как это произошло? Ты поскользнулась и упала? – Решив, что так оно и было, Морна продолжила: – Ну конечно, упала. Сейчас я принесу целебную мазь. Закутайся в одеяло, чтобы не простыть.

Габриела вынуждена была признать, что ей приятно, когда за ней ухаживают. Это напомнило ей о доме.

Страх за отца и тоска по дому нахлынули на нее. Она помолилась Богу, чтобы он позаботился об отце, села на кровать и закрыла глаза. Она сидела так и ждала, когда вернется Морна. В наступившей тишине она могла спокойно поразмышлять над событиями дня.

Случившееся не укладывалось в голове. Бароны оклеветали ее. Дело не только в Финнис-Флэт. Разве эти жадные свиньи могут желать большего?

Вернулась Морна с мазью. Намазала Габриеле спину, вымыла ей лицо, смазала порез под глазом.

– Это тоже от падения?

Габриела кивнула.

– Болит? – Голос Морны был полон сочувствия.

– Нет, – ответила Габриела, хотя ощущала боль.

– Могу я сделать для тебя что-нибудь еще?

– Нет, Морна, благодарю вас. Вы славная женщина.

Морна покраснела до кончиков рыжих волос.

– Я делаю лишь то, что мне велели, деточка. Наш вождь хочет, чтобы тебе было хорошо здесь. Можно, я задам тебе один вопрос?

– Да, конечно.

– Как мне называть тебя? Воины, которые пришли с тобой, и священник называют

тебя принцессой. Ты принцесса?

– Когда-то была. Теперь уже нет.

Так не бывает, подумала Морна. Видимо, решила она, миледи сильно ударилась головой, когда упала, и плохо соображает.

– У тебя не двоится в глазах, детка?

Вопрос показался Габриеле забавным.

– Нет, – заверила ее Габриела. – Не двоится.

Как только за пожилой женщиной закрылась дверь, Габриела подошла к окну, чтобы задернуть тяжелые гобеленовые шторы. Обычно холодная погода ей нравилась, но сегодня ей хотелось зарыться под одеяла и уснуть. На улице было темно хоть глаз выколи, ни единой звездочки в небе. Габриела видела лишь золотой свет в оконцах домов, усыпавших холм. Семьи готовились ко сну, устав от трудного, но плодотворного рабочего дня. Она попыталась представить себе идеальную семью: здоровые папа и мама и детский смех. И еще ощущение безопасности.

Мысли ее снова вернулись к отцу. Как он там? Не грозит ли ему беда? Слышал ли он о том, что сделали бароны?

Только когда холод стал невыносимым, она задернула гобелен и залезла в постель. Она слишком устала, чтобы разводить огонь в камине. Габриела прочла молитву, завернулась в плед Макхью и тут же уснула.

Она просыпалась среди ночи один раз. В комнате было тепло. В камине горел огонь. Что за чудеса? Она перевернулась на другой бок и снова уснула.

На следующее утро Габриела спустилась в большой зал, где ее уже ждал Стивен. Она поздоровалась с ним и спросила, не заходил ли он или кто-нибудь из телохранителей к ней в комнату ночью.

– Вождь Макхью попросил служанку проведать вас, прежде чем отправиться спать.

– С чего бы вдруг?

– Должно быть, Морна рассказала ему о синяках и ссадинах у вас на спине. Наверное, вождь беспокоится о вас.

– Значит, это Морна развела огонь в камине?

Стивен покачал головой:

– Она сказала вождю, что ваша комната выстудилась, и он приходил к вам.

– Он входил в мою комнату? – Габриела ушам своим не верила.

– Да, входил, – ответил Стивен. – Разжег огонь в камине. Фост не смог остановить его, и ему пришлось войти следом и стать рядом с вами, чтобы закрыть от посторонних глаз. Но он говорит, что вы с головой укрылись одеялами и вас нельзя было увидеть.

Стивен говорил так, будто ничего не случилось.

– А как Фост пытался его остановить? – спросила она, усаживаясь за стол.

– Он сказал, что встал у него на пути.

Она подумала немного и спросила:

– И что сделал вождь?

– Как выразился Фост, убрал его с дороги. Он не вдавался в подробности. – Губы Стивена скривились в ухмылке, столь несвойственной ему.

– Но он правильно сделал, что развел огонь, – сказала Габриела.