Муж понарошку
Шрифт:
Галю тоже пришлось посвятить в особенности их фиктивно-супружеских отношений: все-таки родня. Наде она сразу понравилась – ей, вообще, почти все подряд нравились (просто характер такой дружелюбный), а тут особый случай. Кузина тоже была приветливой и общительной, любила поболтать, да и слушать умела. В итоге они проболтали до позднего вечера, и пришлось потом Галю с сыном везти домой на машине. Надя увязалась с ними. На обратном пути села на заднее сиденье, уставилась в окно. Алексей спорить не стал, хоть это и было ему неприятно: разве он чем-нибудь заслужил ее отчуждение?
– Я смотрю, вы с Галей подружились…
Надя будто проснулась – вздрогнула, похлопала глазами (он видел ее в зеркало заднего обзора), ответила на удивление довольным голосом:
– Да, она очень интересная. Я, кажется, немножко изголодалась по такому общению… дружескому… с женщинами.
Алексей вздохнул, вдруг почувствовав себя виноватым за то, что она живет у него в социальной изоляции.
– Вы только не подумайте, что это проблема какая-нибудь! – заверила его Надя. – Это ерунда, я скоро освоюсь – может, и подружусь с кем-то… Да и с Галей теперь можем общаться.
– Ты опять ко мне на вы обращаешься, – с непонятным самому себе волнением и недовольством отметил Алексей.
– Да, я подумала, что это уместнее… в свете того… – она запнулась и потупилась.
– Я бы не хотел, чтобы наши с тобой отношения испортились из-за этого. Я вижу, что ты разумный человек, и общаюсь с тобой на равных. И надеюсь, что ты меня понимаешь. Что не обижаешься… Ты меня понимаешь?
– Да. Я слишком маленькая, чтобы… претендовать на ваше внимание.
– Называй меня на ты, пожалуйста.
– Зачем?
– Мне так больше нравится. Я хочу быть тебе другом.
– Хорошо. Как скажешь.
Черт, почему он так злится на этот ее покорный, грустный тон? Ох уж эти женщины, как с ними сложно…
***
Сказать, что Галя понравилась Наде – это ничего не сказать. Необыкновенная женщина, и сын у нее замечательный. Развит не по годам, так забавно выражается… Они обменялись телефонами, договорились почаще встречаться, Галя пригласила Надю к себе в Мульту.
После этого неожиданного и приятного знакомства она будто очнулась от своего забытья, в которое погрузилась из-за расставания с родными людьми и местами. Почувствовала желание общаться, расширять круг. Решила, что пора выйти из заточения и попросила у мужа разрешения сходить на речку, но он вдруг выразил недовольство:
– Что там делать? Купаться тебе нельзя, – строго сказал он Наде. – Вода слишком холодная.
Она тоже рассердилась в ответ: какое право он имеет решать за нее, что ей можно и что нельзя?
– Да она и не будет купаться, – возразила баба Зина, – просто позагорает, с девчонками пообщается…
– И загорать ей тоже ни к чему. Вон какая кожа белая – вмиг обгорит. – При этих словах он вдруг покраснел и недовольно уставился в тарелку, сузив глаза и поджав губы.
– Намажем ее кремом, – продолжала спорить его мама, – кофту наденем, шляпу… Да ладно тебе, сынок, пусть сходит погулять – девочка одичала уже от нашего огорода!
Алексей в ответ буркнул что-то неразборчивое, а после завтрака увел Надю
– Не расстраивайся, пожалуйста, я… мне не жалко, чтоб ты гуляла, общалась с молодежью, просто эти местные – они не подходящая для тебя компания, понимаешь?
– Почему ты считаешь, что можешь решать за меня, кто мне подходит? – холодно осведомилась Надя.
– Потому что… твой отец доверил тебя мне… чтобы я заботился, оберегал тебя.
– Я не понимаю, что такого ужасного может произойти со мной на речке?
– Главное, что я понимаю.
– И ты запрещаешь мне общаться?
– Я… не то чтобы запрещаю… но надеюсь на твое благоразумие. За это время, что ты живешь в моем доме, у меня сложилось о тебе очень положительное мнение. Надеюсь, ты и впредь меня не разочаруешь.
Надя почувствовала страшную досаду, злость и беспомощность: это почти подлость с его стороны – манипулировать ею таким безжалостным образом! Зная, как она к нему относится, как важно для нее его мнение о ней. И он не может стать ей настолько близким человеком, насколько ей хотелось бы, но и с другими общаться не дает! Да еще заставляет чувствовать себя виноватой за то, что у нее возникает такое желание. Тиран!
Надя, конечно, не пошла на речку, но затаила на Алексея обиду. Он же, чтобы сгладить свою строгость и понизить социальный вакуум, чуть не каждые выходные принялся возить ее к Гале. Иногда она и с ночевкой оставалась с субботы на воскресенье.
Надя восхищалась золовкой, главным образом, из-за энергичного характера, так не похожего на ее собственный. Галя бойко ругалась со строителями, работавшими на строительстве ее гостевого дома. Порой даже матом. Надю это приводило одновременно в замешательство и восторг: сама она физически не могла выговорить эти слова. Язык не поворачивался. Но в общении с простым людом, как оказалось, они намного эффективнее, чем обычные культурные выражения.
– Это еще что… – отмахивалась Галя. – Ты бы послушала, как я с соседями ругаюсь – вот это настоящий цирк шапито.
– А из-за чего вы ругаетесь?
– Да из-за канала их дурацкого, для полива огородов. Он по краю моего участка проходил, потом труба лопнула, и вся эта вода из реки потекла по моему огороду веером. Все грядки мне затопила, зараза. Я разозлилась и канал закопала. А они такую бучу устроили – мама дорогая! Чини, говорят, теперь все обратно. Фиг им! – она выразительно потрясла худым кулачком. – Думают, раз у меня мужика нет, значит, я постоять за себя не смогу… Щас! Они меня плохо знают!
– А почему они сами его не починят? Знают ведь, что ты одна, что тебе трудно самой…
– А я запретила им делать канал на том же месте. Меня не устраивает, что он проходит по краю моего участка и с ним происходят какие-то проблемы. Сама я им не пользуюсь. Сказала: сделаете – опять закопаю!
– А они что?
– Пришли ко мне с вилами и топорами.
Надя прикрыла рот ладошкой:
– Серьезно?! Убивать?!
Галя нервно фыркнула:
– Ну ты скажешь! Не дураки же всё-таки. Канал копать. Ну и так, для устрашения.