Муж моей сестры
Шрифт:
Едва мы оказались на улице, я почувствовала, как меня обволакивает вихрь тёплого воздуха. Мы летали над ледяным дворцом. Мириады огней большого города были словно отражением тысяч звезд, что светили на небосводе. Будто весь наш мир просто огромное озеро — зеркало небесного сияния. Я в очередной раз подумала, что пора завязывать читать художественную литературу на ночь. И усмехнулась своим мыслям, казавшимся мне сейчас вполне реальными. Как и этот чудесный вид — с высоты птичьего полета. Но вот сокол опустился в самом дальнем углу сада Артонта,
— Тебе тоже нравятся цветы? — неуверенно спросила я.
И тут же поёжилась от ледяного дуновения ветра. Сокол склонил голову и подтолкнул меня к пышным кустам, на которых все ещё красовались пестрые цветы. Надо же, в воздухе уже пахнет снегом, а этим растениям казалось бы все ни по чем. Но шагнув ближе, я нашла этому невероятному явлению объяснение. Не менее невероятное. Тут было тепло. Оказавшись в полуметре от цветов, я будто бы очутилась в теплице. Действительно волшебный сон. Тепло и холод ощущались мной словно наяву. Я повернулась к молчаливой птице:
— Если бы ты ещё и говорил, я была бы счастлива. Мне явно не хватает нынче собеседника. Рита окончательно замкнулась в себе, когда мы оказались в этом доме. И... я чувствую себя одиноко.
Дожилась. Изливать душу сказочному созданию из сна. Сокол вдруг раскрыл свои крылья, в свете фонарей казавшихся сизыми, и укрыл меня ими...
Я села в кровати и осмотрелась. За окном уже пробудились первые лучи солнца. Рассвет окрасил холодное небо яркими красками. Волшебный сон. Должно быть это ледяной дворец навевает подобные фантазии. Все конечно хорошо, но из-за столь насыщенных снов я чувствую себя невыспавшейся.
Я взглянула на часы и поторопилась выбраться из кровати, обнаружив, что уже опаздываю на работу. Наспех одевшись, я бросилась вниз по лестнице, не теряя надежды, что успею что-то перекусить и к тому же захватить кое-какой еды с собой на работу.
Я покинула дом в восьмом часу. Если я опоздаю, позор мне! Алан только вчера похвалил меня за пунктуальность. А я умудряюсь на второй же день работы задерживаться. Бестолочь! Нахлобучила на голову вязанную шапку, и влезла ногами в полусапожки. На ходу натянула пальто. Одев перчатки, я вдруг обнаружила, что ничего не вижу, так как стекла успели покрыться шерстью от необъятного шарфа. Я стянула очки, толкая входную дверь плечом...
РОБЕРТ
Очнулся я в саду, под кустом гортензии. Прекрасно. Этот чертов Страж совсем вышел из-под контроля! Раньше, если ему удавалось вырваться без моего на то ведома, он хотя бы возвращал меня туда откуда взял. Теперь же и вовсе распоясался. Может это как-то связано с моей смертностью?
Отряхнув брюки, я зашагал к дому. Едва я подошёл к двери, как та сама отворилась и в моих руках оказалась девушка. Как же они все же похожи... Признаться, некоторое время я был в сомнении, кого из сестёр сейчас сжимаю в объятиях.
—
Пугливая, как и ее сестра. Но тёплая.
— Элис, — я неосознанно стиснул тонкую талию сильнее.
Как же мне хочется попробовать на вкус ее эмоции. И не только их...
— Боже, да вы же замёрзнете! — спохватилась девушка. — Что вы забыли на улице в таком виде?
— Закаляюсь, — усмехнулся я.
Но тут же осекся, когда тёплая ладонь, затянутая в перчатку, легла на мою обнаженную грудь. Ммм… Это невыносимо! Чертовы перчатки! Из-за них я не могу почувствовать ее эмоции.
— Вы позавтракали, Элис? — почему-то спросил я.
Я невольно потянулся и убрал с ее лица выбившийся из-под шапки локон. Хоть бы кончиком пальца…
— Марта рассказала мне о том, как голодны вы были вчера после своей так называемой работы, — с каких пор меня вообще волнуют такие вещи.
Девушка нахмурилась, приняв оскорбление ее деятельности на свой счёт, и я не смог удержаться от смеха. Она такая живая. Мне будто и вовсе нет необходимости прикасаться к ней, чтобы ощутить ее чувства.
— Вам стоит войти в дом, — наставительно сказала она.
Вдруг замолчала и подняла глаза к небу:
— Вау, — прошептала она благоговейно. — Первый снег...
Теперь я заметил назойливых белых мошек парящих вокруг нас, однако так и не оторвал глаз от девушки в своих руках.
— Прекрасно! — выдохнула она восхищенно.
— Согласен.
Воспользовавшись тем, что Элис отвлеклась, я было протянул ладонь к ее щеке. От мороза ее лицо залило милым румянцем, а глаза едва заметно слезились. Чтобы коснуться ее кожи оставались считанные миллиметры... Как вдруг девушка вздрогнула и, вырвавшись из моих объятий, бросилась бежать:
— Я же опаздываю! Роберт, скорее входите в дом! Не то разболеетесь, — бросила она через плечо.
Маленькая хрупкая смертная беспокоится о бессмертном. Что ж, справедливее будет назваться бывшим бессмертным.
— Марта! — позвал я, входя в дом, не в силах перестать улыбаться.
— Да, хозяин, — отозвалась женщина, выходя мне навстречу.
— У нас возникла проблема, — пробормотал я, концентрируясь на деле. — Тебе придётся присмотреть за одним непоседливым птенцом.
— Думаю, нам стоит поговорить в более уединенном месте, — заговорщически прошептала домоправительница.
Я кивнул и направился в сторону библиотеки:
— Из-за него я проснулся на улице.
— Безобразие, конечно, — проворчала женщина. — Но что сможет поделать немощная старуха? Мне уж явно не удержать этого здоровяка!
— И не нужно держать. Просто приглядывай за ним. Я бы хотел знать, чем он занимается. Черт, стоило бы заняться его контролем. Но сейчас совершенно неподходящее время. Мало мне, что эти сестрицы меня с ума сводят!
— А что они вам сделали? Миссис Артонт вечно прячется в своей комнате, а бедная девочка устроилась на работу...