Мусорщик
Шрифт:
Прибыв через какое-то время на место встречи с мусорщиком, она с трудом выволокла из багажника громадный тюк, высыпала мусор и разбросала его ногами, чтобы покрыть большее пространство…
Утром усталая и довольная ночная труженица курила в машине. Участок напоминал свалку — он был ровным слоем засыпан мусором из всех окрестных урн.
Когда появился мусорщик, кативший за собой двухколесную железную тележку с инвентарем, она завела мотор, высунулась из окна и злорадно крикнула:
— Доброе утро!
— Аминь, — отозвался он, изумленно разглядывая
— Нравится? — спросила она.
— Да и тебе тоже! — ответил он, натягивая рабочие рукавицы.
Девушка хотела сказать еще что-то, чем-то уязвить его, но не нашлась, досадливо дернула щекой и уехала.
В номере она подошла к зеркалу и погрозила себе пальчиком.
— Ты тут только второй день, подруга, и уже сходишь с ума. Надо взять себя в руки, — она отошла от зеркала, отхлебнула из недопитого вечером стакана. — Надо работать и ехать на море, где тепло и мусорщики не строят из себя английских лордов… — закончила она. Повалилась в шубе на кровать и тотчас заснула.
В полуподвальной конторе своего ЖЭКа мусорщик получил зарплату — обвязанную банковской лентой пачку и две бумажки в довесок. Он резко выделялся в своем ярком комбинезоне среди грязных ватников коллег, а больше — своим молчаливым одиночеством в их шумной компании. Молоденькая бухгалтерша с симпатией смотрела на него, когда он расписывался в ведомости, склонившись над столом.
В комнату вбежал запыхавшийся суетливый начальник, остановился у него за спиной.
— Э-э… простите… — неуверенно сказал он, пытаясь зайти то с одной стороны, то с другой.
Мусорщик положил ручку, опустил деньги в широкий карман комбинезона и только потом обернулся.
— Там старичок в пятой квартире помер, — развел руками начальник. — Не поможете гроб вынести?
Мусорщик по-прежнему молча смотрел на него.
— Я тщательно убираю мусор, — наконец сказал он. — Я хороший мусорщик.
— Да… Да-да… — торопливо закивал начальник, уже жалея, что полез к нему с просьбой.
— А покойники — не моя специальность, — сказал мусорщик.
— Да-да… конечно… извините… — торопливо согласился начальник.
— С детства боюсь покойников, — виновато улыбнулся мусорщик бухгалтерше.
Когда он вышел, начальник облегченно выдохнул и вытер платком лоб.
— Что вот на уме, черт его знает? — пожаловался он бухгалтерше.
— Интересно, он женат? — думая о своем, спросила та.
— А ты представляешь себе его жену? — ответил начальник. Бухгалтерша поджала губы, отрицательно помотала головой и еще для убедительности пожала плечами.
— Вот и я о том же, — сказал начальник.
Мусорщик взял за ручку свою железную тележку с инвентарем, широким кругом обогнул стоящий у подъезда катафалк с крышкой гроба у открытой задней дверцы и пошел по людной улице.
Остановился у коммерческого киоска, сунул в окошечко обернутую банковской лентой зарплату, получил в обмен пузатую зеленую бутылку…
В толстом свитере и джинсах он сидел за круглым столом, на
Мусорщик аккуратно наполнил рюмку, потер лимоном между большим и указательным пальцем и посыпал туда соль. Слизнул языком и тотчас выпил. Поставил рюмку и замер, глядя в стол.
Вечером девушка вошла в помпезный, с колоннами и настенной мозаикой, оставшейся с советских времен, зал ресторана — в короткой юбке, до последнего предела обнажившей длинные ноги, полупрозрачной кофте с откровенным вырезом, с модной сумочкой на длинном ремне, чуть вульгарно накрашенная и уверенная в себе.
Официант провел её к свободному столику и предупредительно отодвинул стул, скосив глаза сверху в глубокое декольте.
Её появление произвело требуемый эффект: весь зал, даже танцующие пары и лабухи на эстраде уставились на нее. А девушка, склонившись над тонкой книжицей меню, из-под опущенных ресниц быстрым холодным взглядом изучала обращенные к ней лица. Выделила про себя шумную компанию массивных молодых людей с тугими шеями и тупыми одинаковыми физиономиями — явно местных бандитов — подняла глаза и неотразимо улыбнулась им. Тотчас один из молодых людей поднялся, подошел и уселся напротив.
Некоторое время они, улыбаясь, смотрели друг на друга.
— Приезжая? — спросил наконец бандит.
— А как вы догадались? — кокетливо потупилась она.
Молодой человек только хмыкнул, удивляясь ее недогадливости.
— Надолго?
— На месяц. На практику.
— Студентка, значит. А зовут-то как?
— Виолетта.
— Не скучно одной?
— Скучно, — сокрушенно вздохнула девушка. — Вы представляете, ни одного знакомого во всем городе!
— Пойдем к нам. С нами не соскучишься!
Он усадил девушку в центре шумной компании, рядом с собой. Стол стоял под эстрадой, над самой головой грохотали колонки, во всю мощь электронной глотки воспроизводя полублатные кабацкие куплеты, поэтому разговора не было слышно. Девушка улыбалась налево и направо, с готовностью чокалась, но при этом почти не пила. Цепко вглядывалась в каждого нового посетителя и расспрашивала о нем своего кавалера, подставляя ухо к самым губам, чтобы расслышать ответ, и брезгливо морщась в сторону от густого перегара.
Под утро ресторан опустел, официанты снимали залитые вином скатерти, лабухи паковали инструменты. Только пьяная до остекленения компания и трезвая девушка еще сидели за столом.
— Пойдем к тебе, — бормотал соловый кавалер, нетерпеливо тиская девушку. — Ты где живешь?
— В Москве! — резко ответила девушка. Она устала, была раздражена бессмысленно проведенным вечером и уже не улыбалась.
— Ну ладно, пятьдесят баксов… Ну чё ты ломаешься-то?
Девушка вздохнула и вытащила его руку из-под юбки.