Мультиверсум
Шрифт:
Однако разум сохранял бдительность. Алекс чувствовал, что все еще контролирует тело и не теряет сознания. Он бодрствовал: одной ногой был в реальности, другой – в призрачном мире видения. Впервые за четыре года он не слышал фонового шума. Только шорох, похожий на дуновение ветерка. Алекс вдыхал свежий воздух, в котором парил.
«Дженни, ты здесь?» Тишина, казалось, длилась бесконечность. Потом послышался ответ: «Да, Алекс».
Им овладело новое чувство – смесь недоверия, радости,
«Пожалуйста, скажи мне, что ты настоящая», – сказал Алекс.
«Ты знаешь, что я существую. А я знаю, что существуешь ты», – голос Дженни был мягким и знакомым. Алексу показалось, что он разговаривает с кем-то, кто всегда был рядом, как будто их никогда не разделяло расстояние.
«Дженни, у меня к тебе есть один глупый вопрос».
Девушка не отвечала. Алекс продолжал смотреть прямо перед собой в пространство, не видя ничего, кроме тумана: «Ты здесь, Дженни? Я должен тебя спросить…»
Его прервал голос из тумана: «Кловер Мур». Алекс на мгновение задержал дыхание. Это было невероятно!
«Ее зовут Кловер Мур», – повторила Дженни. Он что, в самом деле получил ответ? «Дженни… я ведь даже не успел спросить…»
Слова теперь повторялись эхом. У Алекса возникло ощущение, что общение угасает. Шорохи понемногу стихали.
«Еще как успел», – ответила Дженни, и ее слова распались в голове Алекса на отдельные звуки, прежде чем исчезнуть где-то вдалеке, растворившись в шуме ветра. Алекс открыл глаза. Сжал кулаки и откинул голову, чувствуя в теле покалывание, вызванное легким онемением.
Он огляделся: за соседними столами расположились две группки студентов, библиотекарь складывала папки с бумагами в шкаф.
Алекс мысленно повторил то, что они с Дженни сказали друг другу. Потом вскочил со стула, рискуя упасть, потому что ноги были как ватные, и подошел к библиотекарю, которая уже успела сесть за свой стол и лениво постукивала пальцами по компьютерной клавиатуре.
– Извините, – начал Алекс, – вы не могли бы мне помочь? Ваш компьютер подключен к интернету?
Библиотекарь, женщина лет пятидесяти с морщинистым лицом и огромной родинкой на правой скуле, подняла на Алекса глаза. Она явно не горела желанием ему помогать.
– Зачем он тебе? – спросила она, опустив очки на кончик носа.
– Я должен проверить одну вещь, это очень важно.
Женщина вздохнула и раздраженно подняла брови, но затем кивнула, соглашаясь выполнить просьбу.
– Не могли бы вы найти в «Википедии» Сиднея, кто мэр города?
Библиотекарь открыла Google и с черепашьей скоростью набрала в поисковой строке «Сидней Википедия».
– Кловер Мур.
Алекс недоверчиво посмотрел на
– Вы уверены?
– Сам посмотри, – сказала женщина, поворачивая к Алексу монитор. И он прочел: «Кловер Мур».
– Существует… действительно существует, – пробормотал он еле слышно.
– Кто существует?
Алекс улыбнулся и ничего не ответил. Он резко повернулся, закинул рюкзак на плечо и быстро пошел к выходу. Его глаза сияли.
Выйдя из библиотеки и спускаясь по лестнице, Алекс Лориа издал радостный крик, не обращая внимания на прохожих, которые посмотрели на него как на сумасшедшего.
Дженни действительно существовала.
Глава 5
Общение прервалось, и Дженни, очнувшись, обнаружила себя в своей постели, в комнате было темно. С первого этажа доносились приглушенные крики, как будто кто-то спорил. По счастью, ругались не родители, а актеры в телевизоре. Время перевалило за полночь, в окно комнаты заглядывало мельбурнское небо – плотная черная мантия, украшенная мелкими светящимися точками. Луна была еще где-то в стороне, зато Пояс Ориона ярко сиял своими тремя звездами, выстроившимися в ряд.
– Самая большая называется Бетельгейзе, – объяснял ей папа много лет назад. – Она огромная, ее радиус в тысячу раз больше, чем у Солнца!
– Что это значит? – спросила любопытная девочка Дженни.
– Если на место Солнца поставить Бетельгейзе, то она соприкоснулась бы с Землей.
– Папа, а когда нас не станет, как бабушки с дедушкой, мы улетим во Вселенную?
– В каком-то смысле да. Когда ты смотришь на звезды, то можешь представлять бабушку с дедушкой, которые наблюдают за тобой оттуда.
– Они там теперь живут, да?
Роджер погладил ее по щеке.
– Боюсь, золотко, это невозможно.
– А мне кажется, что где-то там это возможно.
Дженни сняла с запястья резинку, завязала волосы в хвост и потянулась. По ночам в доме было тепло, но она любила спать в легкой одежде. Сейчас на ней была футболка без рукавов с надписью SURF-MANIA и трусики. На шее она всегда носила любимый кулон – трискелион, кельтский символ из трех переплетенных лучей в форме полумесяца, образующих вихрь с буквой V в центре. Бабушкин подарок.
– Он тебя защитит, – сказала бабушка, протягивая кулон. Трискелион сиял на ее мягкой ладони.
– А что означает V? – спросила Дженни.
– Твой дедушка подарил мне его в тот день, когда сделал мне предложение. Этот амулет хранит в себе нашу историю. Твою историю.
– Почему мою?
Бабушка лишь улыбнулась и пожала плечами.
Дженни покачала головой, словно отгоняя это приятное воспоминание. Дедушки с бабушкой больше не было на свете, но они не бросили ее одну. Остался символ, говорящий о гэльском происхождении семьи по мужской линии, со стороны ее отца Роджера. Он часто брал его в руки, когда испытывал страх или собирался с силами, чтобы принять от жизни очередной вызов, будь то соревнование по плаванию или экзамен.