Мученик
Шрифт:
— Значит, Херрик был здесь, — едва слышно проговорил он, — и мы его упустили. Боже праведный, мы его упустили.
Проклиная свое невезение, Шекспир покинул дом поздно вечером, оставив охрану из трех человек.
Стоя в тени на противоположной стороне дороги, Херрик некоторое время наблюдал за тем, что происходило в доме. Он пришел, когда обыск уже начался. Шекспир даже не подозревал, как близко он находился от своей добычи.
Херрик бесшумно двинулся по аллеям к Саутуорку. Сегодня ночью ему нужно найти постоялый двор, а утром — лошадь. Херрику не давал покоя один вопрос:
Старлинг Дей наслаждалась жизнью. Теперь у нее было все, чего ей хотелось: сокровища, прекрасный новый дом и собственное дело в самом сердце Саутуорка, а еще самая лучшая еда и одежда, достойная придворной дамы. Но за всем этим счастьем таилась тревога, которую разделяла с ней и Парсимони Филд, — девушки, которых они переманили к себе на работу из «Бель-Саважа», рассказали, что их ищет Ричард Топклифф, и Парсимони со Старлинг боялись, что для него найти их лишь дело времени.
Они изменили имена. Старлинг теперь звалась Литтл Бёд, что означало «маленькая пташка», а Парсимони теперь была Куини. Их дом назывался «Королевы» и находился в самом выгодном месте по сравнению с остальными публичными домами Саутуорка. Цены были высоки, как и подобает для подобного заведения с симпатичными молодыми девушками и уютными комнатами, но отбоя от клиентов не было. Сюда захаживали богатые мужчины с противоположного берега, а также иностранцы, чьи жены остались во Франции и других странах, корабельные офицеры и моряки, которые были счастливы отдать годичное жалованье и добычу за пару ночей блаженства.
Парсимони была в своей стихии. Она могла потакать своей страсти, которая заключалась в искусстве любви, с тем, с кем пожелает. Старлинг же решила, что с нее хватит, и вышла из игры, ограничив свою роль тем, что оказывала прием посетителям-джентльменам.
У них даже был собственный здоровяк-охранник, Джек Батлер, который присматривал за домом, а еще повара, чтобы у гостей не было недостатка в цукатах и напитках. Но они поднялись слишком высоко. Кто-нибудь узнает их и доложит Топклиффу.
— Может, нам следует отправиться в Бристоль или Норидж, — время от времени предлагала Старлинг. Но они лишь обсуждали отъезд, каждый раз откладывая решение. А их бизнес тем временем продолжал процветать и развиваться, не оставляя им возможности быстро сняться с места.
В эту ночь Старлинг сдавала карты посетителям-джентльменам. Заведение, как и всегда, было в выигрыше, но ни один из мужчин этого, казалось, не замечал.
— Прежде чем ты разделаешься со мной, Литтл Бёд, я окажусь в «Клинке». [64] Я по уши в долгах! — произнес старший сын епископа с севера, который, похоже, решил избавиться от своего наследства, не дожидаясь того, когда унаследует его. Он засмеялся.
64
Уже
— Не переживай, Эдди. Я попрошу одну из своих девушек, чтобы время от времени она носила тебе похлебку и одаривала ласками.
— Черт возьми! По рукам, Литтл Бёд, по рукам!
Настроение у Парсимони было отвратительное. Как и любой девушке из ее заведения, ей нравилось заниматься любовью — даже больше, чем любой девушке, если на то пошло, — но подобное ей было не по вкусу.
Она стояла, прислонившись спиной к стене, в легкой тунике и хлыстом в правой руке и смотрела на лежащего на кровати мужчину. Это был странный человек. Он заявился в их заведение, сыпля деньгами, словно золотой фонтан, затем потребовал номер и девушку на ночь. Взглянув на Парсимони, он произнес:
— Вы, госпожа, подойдете. Вы мне нравитесь.
Парсимони мужчина показался вполне приличным, так что она с готовностью согласилась. Но затем он пожелал, чтобы Парсимони отхлестала его, да так, чтобы ему было больно. Странно, ведь он и так был ранен: в боку у него зияла ужасная гноящаяся рана. Она предложила перевязать ее, но тот требовал, чтобы его отхлестали.
— Давайте, госпожа, начинайте.
— Послушайте, я не против того, чтобы ударить вас легонько пару раз, но сильней я бить не стану.
— Сколько вы хотите?
— Мне не нужны ваши деньги. У меня серьезный бизнес, и мертвецы мне здесь не нужны.
— Тогда позовите другую девушку, которая сделает это вместо вас.
Парсимони пожала плечами. Задача была не из легких.
— Подожди здесь, милый.
Она оставила его лежать на кровати и медленно спустилась вниз. Старлинг знает, что надо делать. Иногда она проявляла большую сообразительность. Парсимони подошла к карточному столу и коснулась ее руки.
— Литтл Бёд, на два слова, если можно.
Они удалились в комнату.
— У меня наверху один парень, который хочет, чтобы я его отхлестала так, как приговоренных к порке в Брайдуэлле. У него хорошие деньги. Обидно будет дать ему от ворот поворот.
— Ну, тогда сделай для него то, чего он хочет.
— Старлинг, мне это не нравится.
— Что ж, я с радостью выпорю любого мужчину. Просто закрою глаза и вспомню своего муженька.
— Может, сделаешь это вместо меня?
— Конечно. Иди, сдавай карты, да позаботься о сыне епископа, пусть немного выиграет. В нашем деле вредно драть с клиентов три шкуры.
Глава 34
Каждый мускул Шекспира был словно натянутая тетива лука. Как близко он подобрался к Херрику? Он был там. Он точно был в доме неподалеку от Хорсли-Даун, и совсем недавно. Теперь Херрика нет, затерялся в море разношерстной людской толпы, населявшей этот жестокий город.
Сидя у камина, Шекспир потягивал вино. Утром он отправится в Виндзор и отыщет там Птолемея. Но большого желания делать это у него не было. Да и зачем? Как старый и немощный священник поможет ему найти убийцу леди Бланш Говард или предотвратить убийство сэра Френсиса Дрейка?