Шрифт:
БИОГРАФИЧЕСКАЯ СПРАВКА
Алексей Михайлович Садиленко родился в 1912 году в городе Краснодаре. После окончания девятилетки в 1928 году он поступил в пединститут.
Несколько лет А. М. Садиленко служил в Советской Армии. А когда началась Отечественная война — лейтенанта Садиленко уже 24 июня 1941 года забросили в тыл противника.
Долгое время Алексей Михайлович
В апреле 1944 года Садиленко зачислили на курсы при штабе партизанского движения, а в конце лета этого же года его во главе небольшого отряда направили со специальным заданием на территорию оккупированной гитлеровцами Чехословакии.
За мужество и отвагу А. М. Садиленко был награжден многими орденами и медалями Советского Союза и Чехословацкой Социалистической Республики. Ему присвоено звание почетного гражданина семи чехословацких городов.
«Мстители» — вторая книга А. М. Садиленко. Она, как и автобиографическая повесть «За фронтом — фронт», написана на фактическом материале, в ней изменены лишь некоторые фамилии да слегка сдвинуты в хронологическом порядке события. Она посвящается советским патриоткам, партизанкам-разведчицам, отдавшим свою жизнь за свободу и независимость нашей Родины.
Сейчас автор пишет новую книгу (продолжение «Мстителей»). Храбрая девушка Аня Малых, Анка-Золотинка, как называли ее суровые партизаны, продолжает войну с врагами нашей Родины.
Глава I
ВПЕРЕДИ — НЕИЗВЕСТНОСТЬ
Ночь. Окна самолета — словно черная бумага, на которой, как отблески зарниц, пульсируют сиреневые отсветы пламени, вылетающего из выхлопных труб. Самолет приближается к линии фронта.
Кто знает, о чем сейчас думают десантники. Они сидят молча. Аня Малых сосредоточенно разглядывает какую-то точку перед собой. Десантник Малых разглядывает свою жизнь, кадр за кадром. Так это делает всякий человек в особенно сложные и необычные для себя моменты, когда вот-вот произойдет что-то еще более удивительное, не испытанное раньше.
Первые впечатления детства: плещется большое теплое море, сильно печет солнце, мокрый у кромки прибоя песок приятно холодит босые ноги. Аня еще совсем маленькая, но старший брат Евгений уже учит ее плавать. Ей страшно, она захлебывается, но упрямо лезет в воду следом за братишкой. Проходит совсем немного времени, и она, пугая взрослых, озорно ныряет с высокой крыши купальни.
Мелькают школьные годы… Аня — пионерка. Ей теперь ни в коем случае нельзя отставать от самых сильных, ловких, мужественных!
Спасибо Женьке. Игры с ним и его отчаянными приятелями хорошо закалили ее. В школе Аня Малых почти во всех спортивных соревнованиях девочек занимает первые места. А в тире стреляет даже лучше брата. Ее уже не удовлетворяет значок БГТО, и, записавшись в спортклуб, она сдает нормы на значки ГТО первой ступени и «Ворошиловский стрелок» второй ступени.
Седьмой класс. Прием в комсомол. На собрании все наперебой задают, как ей кажется, массу каверзных вопросов, но Устав она выучила,
Вслед за братом она первой из девочек школы записывается в парашютный кружок Осоавиахима и в июне 1941 года, в дни выпускных школьных экзаменов, совершает свой первый прыжок. На ее груди появляется желанный голубой значок с белоснежным куполом.
Первая в районе школьница-парашютистка! Впереди — занятия в аэроклубе, аудитории института, физкультура и спорт…
Война…
Она сразу куда-то в сторону отодвинула все прежнее, довоенное, все девичьи заботы, волнения, мечты и планы.
Уже на второй день войны отец ненадолго забежал домой в новенькой, сидящей колом шинели, с красной звездой политсостава на рукаве…
Через неделю сурово, совсем как взрослый, попрощался Женька. Его призвали в какую-то военную школу. Еще через неделю пришла домой мама в форме военного врача третьего ранга и, взяв с Ани слово, что та завтра же уедет к дяде Андрею, в Саратов, — вечером отправилась санитарным поездом на фронт.
Так, совсем неожиданно, казалось, в один миг, девушка осталась одна. Но ни к какому дяде она не поехала. Ее видели в московских военкоматах, где она настаивала, чтобы ее немедленно отправили воевать. Военкомы с уважением глядели на ее значки, особенно на парашютный. Однако совсем еще детские косички и весь ее вид (ну, ни дать ни взять тринадцатилетняя девчонка!) сразу вызывали у них грустную снисходительную улыбку. Одинаково вежливо они говорили ей: «нет, не можем, не имеем права, обойдутся без вас».
Только в райкоме комсомола, сурово выслушав горячие, несдержанные просьбы, ей дали направление рыть окопы и противотанковые рвы.
Все позднее лето и осень Аня не расставалась с лопатой. Руки ее обветрили, огрубели. И по ночам, во сне, девушка видела мелькающие лопаты, чувствовала запах сырой потревоженной земли.
Фашистские стервятники бомбили и расстреливали из пулеметов работающих женщин, девушек, стариков, а на дорогах — толпы измученных дальними переходами беженцев. Аня научилась прятаться от самолетов в окопах, на откосах рвов, в воронках и ямках, научилась вжиматься в траву до боли и ненавидеть всем сердцем, гулко бьющимся в груди, ненавидеть врагов.
…Фронт подошел к столице. В ноябре Аня вернулась в Москву — и не узнала родного города: грозный, настороженный, он весь ощетинился стволами зенитных орудий, бесчисленными «ежами» из рельсов и двутавровых балок. Памятники укрылись мешками с песком, а по ночам в небо всплывали металлически поблескивающие, неповоротливые туши аэростатов. Даже Москва-река в районе города спряталась под покров камышовых и фашинных матов.
Случайная встреча в обкоме комсомола решила все. Поначалу Аня не узнала в стройном капитане-летчике знакомого инструктора аэроклуба.
Короткий деловой разговор, затем — комната второго секретаря, и вот она уже перечитывает документ, в котором четко, по-военному записано:
«…Анна Малых направляется для прохождения учебы в…».
Это «в» захватывает дух. А еще через сутки девушка робко переступила порог кабинета начальника курсов при штабе партизанского движения.
Суровый с виду майор внимательно просмотрел документы. Последовали быстрые, как выстрелы, вопросы:
— Сколько прыжков?
— Кто родители, где они?