Может сейчас
Шрифт:
Ее слова не выходят у меня из головы. Держат меня. Впитываются в кожу.
Она права. И хотя моей целью была попытка прожить жизнь, не сосредотачиваясь на конце, именно к этому я постоянно возвращаюсь. Особенно когда речь заходит о Джейке. Я не знаю, почему я говорю себе, что не могу сделать и то, и другое —испытать свою жизнь в полной мере и позволить себе насладиться другими отношениями. Вовсе не означает, что я могу иметь только одно, исключив другое.
– Может, тебе стоит дать ему еще один шанс, – предлагает
Я со вздохом откидываю голову назад.
– Бедняга, – говорю я. “Я
собираюсь дать ему хлыст с таким же количеством, как я ходил туда и обратно с ним.”
Сидни смеется.
– Что ж, убедись, что отныне ты будешь ходить с ним только вперед, а не назад.”
Я делаю глубокий вдох и затем встаю.
– Окей. Я собираюсь позвонить ему.
Сидни улыбается, и я, стараясь игнорировать свою нервозность, возвращаюсь в спальню. Я достаю телефон и открываю контакты. Моя рука начинает дрожать, когда я выбираю его номер. Я прислоняюсь к двери своей спальни и закрываю глаза после того, как нажимаю кнопку вызова его контакта и включаю громкую связь.
Идет гудок, второй, а затем сразу же включается автоответчик.
Он просто переключил меня на голосовую почту.
Это сокрушительный удар, но я, наверное, его заслужила. Я жду его голос.
«Привет, Вы позвонили доктору Джейкобу Гриффину. Пожалуйста, оставьте своё сообщение, и я перезвоню вам, как только освобожусь».
Я жду сигнала. А потом я, заикаясь,
пробираюсь сквозь толпу.
– Привет, Джейк. Это Мэгги. Карсон. Хм... позвони мне, если сможешь. Или, скорее, если захочешь. Если нет, я пойму. Я просто... да. Окей. Пока.
Как только я кладу трубку, то со стоном падаю на матрас. Не могу поверить, что он переключил меня на голосовую почту. Но опять же, могу. И теперь единственное, что может изменить его мнение, – это нервное, неловкое голосовое сообщение, которое он, вероятно, сейчас слушает.
Несколько мгновений я купаюсь в жалости к себе, но потом поднимаюсь с кровати и иду в гостиную. Сидни все еще у барной стойки с вернувшимся в комнату Риджем. Он показывает ей что-то на своем телефоне, но Сидни переключает свое внимание на меня, как только я выхожу из своей спальни. Я отмахиваюсь от ее любопытства.
– Он переключил меня на голосовую почту.
Она делает гримасу.
– О. Может, он занят?
Я качаю головой и падаю на диван, уставившись в потолок.
– Или, может быть, он понимает, какая я психованная, что вышвырнула его из дома еще до того, как он закончил жарить бекон.
– Да, это тоже возможно, – говорит Сидни.
Я закрываю лицо рукой и пытаюсь придумать все причины, по которым Джейк не достоин такого сожаления.
Я не могу ничего придумать. Он абсолютно достоин того, чтобы сожалеть о нем.
···
Прошло уже два часа. Я приняла душ, надела пижаму и проверила свой телефон пять тысяч раз.
– «Лесбийское Либидо»? – спрашивает Уоррен.
– Даже близко нет, – говорит Бриджит.
Я смотрю на него, удивляясь, какого черта он продолжает извергать странные названия, которые звучат как порно. Он просматривает список на своем телефоне.
– «Малышки на Бали»?
Бриджит на самом деле смеется над этим.
– Если бы я поехала на Бали сниматься в порно, то не работала бы в «Хутерс».
Уоррен поворачивается к ней.
– Подожди, – говорит он. – Как давно ты работаешь в «Хутерс»? Это порно, связанное с «Хутерс»?
Ладно, теперь я смотрю на них обоих. О чем, черт возьми, они говорят?
Сидни сидит за кухонным столом и делает уроки. Очевидно, она чувствует мое замешательство, потому что предлагает объяснение.
– Бриджит поцеловала девушку в порнофильме, и она отказывается назвать Уоррену его название, чтобы он мог посмотреть его. Поиск стал его жизненной миссией.
Вау.
– Это многое объясняет, – говорю я.
Уоррен смотрит на меня.
– Как ты думаешь, сколько порнофильмов снимается каждый год?
Я пожимаю плечами.
– Я даже не знаю, не могу предположить.
– До фига. Вот как много.
Я киваю, а затем полностью сосредотачиваюсь на игрушечном взрыве. Я не хочу даже думать о том, как много порно Уоррен вынужден смотреть.
Раздается короткий стук в парадную дверь, и она распахивается. Входит Бреннан, и я тут же вскакиваю, взволнованная его появлением. Кажется, я не видела его со дня рождения Уоррена.
– Мэгги? – он тут же обхватывает меня руками и обнимает, потом кладет руки мне на плечи, держа на расстоянии вытянутой руки.
– Что ты здесь делаешь?
Я машу рукой в сторону старой спальни Бриджит.
– Я осталась здесь на несколько дней, пока моя квартира не будет готова.
Он качает головой.
– Квартира? Где? Здесь? – его замешательство неподдельно. Меня удивляет, что Ридж не сказал ему об этом. Он бросает взгляд на стол и видит Сидни. Он отпускает мои плечи и делает шаг назад, пристально глядя на меня. Затем он оглядывает комнату. – А где Ридж?
– Он пошел забирать наш ужин, – говорит Уоррен. – Тако. Ням-ням.
Я возвращаюсь к дивану, чтобы занять свое место, и немедленно проверяю свой телефон на пропущенные звонки, хотя звонок включен. Ничего. Я снова смотрю на Бреннана, который в замешательстве чешет затылок. Он в прямом смысле чешет затылок. Это заставляет меня смеяться.