Моя крайность
Шрифт:
Самая лучшая девочка… моя, только моя.
Надолго сил не хватает, я валюсь сверху, утыкаясь покрытым испариной лбом в её выбившиеся из хвоста и разметавшиеся по подушке волосы.
Благодарно переплетаю наши пальцы и вслушиваюсь в тишину, которую так любит счастье. Счастье, которое я готов дарить ей каждый день.
Глава 47 "Ревнивая фурия"
Марго
Проснувшись в пустой постели и сонно потирая глаза, верчу головой в поисках Макса, которого
Помню, как он менял бельё, без налёта смущения вручал плохо законспирированную окровавленную простынь ошалевшей горничной, подшучивая и выпрашивая ковёр, в который он якобы собирается замотать труп девушки.
Помню, как долго сжимал в объятиях и жадно вдыхал запах моих волос. Как целовал без устали, доводя до сумасшествия и сам хмелея от нерастраченной ко мне страсти. Как тормозил мои желания оторваться по полной и испробовать все, что я пропустила за годы невинной жизни.
И что же теперь?
А теперь я лежу одна, в полной тишине, такой пугающей, что несмотря на нежно проведенную ночь с не менее пылким утренним продолжением, в душу закрадываются необоснованные страхи. Но даже если очень сильно расфантазироваться, несколько процентов уверенности в Макееве, во мне ещё остаётся. Ну не мог же он после стольких обломов, обесчестить меня и уйти в закат?!
Поток не самых радужных мыслей прерывается щелчком дверного замка и спустя мгновение появляется, собственно, сам беглец. Неуверенной походкой, а на первый взгляд даже слегка шаткой, Максим подходит к кровати, устало заваливаясь на неё.
— Иди ко мне, — мельтешит руками, вытянутыми над своей головой, стараясь дотянуться до меня. — Я принёс наши вещи, завтрак, который уже почти обед и себя.
Неуверенно подползая к Максиму, я начинаю понимать в чем кроется причина его лунной походки — он слегка нетрезв. А чудаковатая улыбка, что кривит его пухлые губы, так и напрашивается на комплимент.
— Макеев, где ты так покуражился?
— Места надо знать, — беззлобно огрызнувшись, он поворачивается на бок, подперев щёку кулаком.
— Я бы знала, если бы ты меня разбудил и взял с собой.
— Эй-эй, тише. Выключай бензопилу, у нас отпуск, а не пати пенсионеров. Мне надо в душ, — видя застывшее на моем лице возмущение, Максим оперативно убегает в ванную.
И это уже второй побег за день.
С целью успокоиться, судорожно начинаю рыться в сумке, попутно отмечая, что в ней каких только удивительных вещей не встречается: фантики от конфет, старые билеты в кино и даже перцовый баллончик.
— Что ты ищешь? — прислонившись спиной к стене, Макс недоумевая смотрит на меня сверху вниз, скрестив руки на груди.
— Презервативы.
— Что? — сквозь истеричный смешок, интересуется он. — Зачем они тебе?
— Пойду веселиться, я же за этим сюда приехала, —
— Я никуда тебя не пущу. Тем более с этим, — ловко выхватывает коробочку.
— А я не спрашиваю твоего разрешения. Имею полное право зеркалить твои поступки. Вот где ты был? — щёки заливает предательский жар, то ли от злости, то ли от досады, что откровенничать со мной не хотят.
— У меня были дела.
Говорит растерянно, смущенно, видимо понимая, что я готова вот-вот расплакаться. Его глаза удивленно распахиваются, но мне уже все равно что он там напридумывает. Нечего было оставлять меня одну.
— Какие?
— Ну-у, — виновато смотрит из-под насупленных бровей, почесывая подбородок, видимо усиленно разгоняя, не совсем трезвую мыслительную деятельность, подбирая подходящие слова для убедительного вранья. — Я решал вопросики.
— С кем? — подскакиваю к нему, решительно запрокинув голову, чтобы быть максимально близко к его наглющим глазам, со сверкнувшим в них озорным вызовом. — С Лесей может быть? — с силой толкаю Макса в грудь, понимая что ни скандал, ни агрессия меня не красят, но погасить в себе ревностный огонь не могу.
— Ты ревнивая фурия.
Как ни в чем не бывало тянет ко мне руки, юркими пальцами хватаясь за кружево трусиков, дергая на себя до их жалобного треска. Пощипывая кожу перемещает руки на талию и оттуда на спину. Твердые теплые ладони, скользнувшие по моей пояснице, ощутимо подрагивают: он будто хочет показать волнение, но совершенно точно играет со мной в другую игру. Трепетная ласка, которой Максим сейчас меня одаривает ничто иное, как банальное соблазнение, направленное на урегулирование конфликта.
— А ты кобель, — злобно шепчу, сдерживая порыв оттолкнуть его от себя. — Ты кинул меня…одну. Сбежал, — конечно, жалобить Максима в мои планы не входит, но при виде его невозмутимости, вперед меня начинает лезть дерзость. — К бывшей потянуло? Естественно, что взять с жалкой Крайновой, она ничего-то и не умеет.
— Дурочка, — он крепко вцепившись в мою талию и легко приподняв в воздух, кружит по комнате, как сумасшедший, беспрестанно целуя в живот.
— Отпусти, — еле сдерживаю смех, как-то очень лёгко простив его, давая слабину под натиском мягких губ.
Нехотя ставит на пол, только за тем, чтобы несильным толчком опрокинуть меня на спину и упершись ладонями в матрас, нависнуть надо мной.
— Вовсе не обязательно быть секс-машиной, чтобы заниматься любовью. Хотя…сейчас бы я непросто поласкался, — горячий язык скользит от пупка выше, прокладывая влажную дорожку к груди, скрытой тонким кружевом. — Как ты на это смотришь?
Я никак на это не смотрю, связь со всем внешним миром потеряна напрочь. Существует лишь жар и тяжесть тела, которое вдавливая меня в матрас, пробуждает ответное желание. Лишь дурманящий запах его кожи, стирающий легкую грань, доводящий до помешательства.