Моя герцогиня
Шрифт:
По выщербленным мостовым никогда не ступала нога герцогини. Джемма даже осмелилась подумать, что если в Спитлфилдз когда-нибудь и заглядывали леди, то только особого, миссионерского, склада ума и скорее всего вооруженные на случай необходимой обороны.
— Хочу показать тебе один дом; не такой красивый, как цветочный рынок, но не менее интересный, — пообещал Элайджа обыденным тоном.
— Коу-кросс расположен на окраине квартала? — с надеждой в голосе уточнила Джемма,
— Нет, в самом центре. — Герцог помог жене сесть в карету. — Это крошечный переулок, зажатый между сточной канавой и улицей Симпл-Бой-лейн. География бедных районов вообще мало кому известна, — добавил он, хотя Джемма знала об этом.
— Я не готова похвастаться тем, что могу запросто навестить кого-нибудь из местных обитателей, — призналась она. — Кто там живет?
— На Коу-кросс селятся главным образом стекольщики, — пояснил Элайджа.
— Понятно. И?..
— Одно из зданий в переулке принадлежало отцу и досталось мне по наследству.
— Ты владеешь недвижимостью в Спитлфилдзе? — недоверчиво переспросила Джемма. Трудно было ожидать, что моралист и воинствующий защитник бедных сдает в аренду жилье.
— По-твоему, следовало сровнять дом с землей?
Джемма постаралась загладить оплошность.
— Прости, я всего лишь немного удивилась, узнав, что этот район оказался в сфере твоих интересов.
— Кто-то ведь должен заниматься даже трущобами — рассудительно отозвался герцог, но потом все-таки смягчился и ответил по существу: — Строго говоря, комнаты я не сдаю.
— Содержишь сиротский приют? — радостно предположила Джемма. Конечно, как она сразу не догадалась? Элайджа непременно должен заниматься благотворительностью.
— Никаких детей! — отрезал герцог. — Предупреждаю, тебе может не понравиться. Да, я унаследовал заведение от отца и стараюсь его поддерживать. Но все равно стыжусь.
— Если стыдишься, то почему не продашь?
— Не так-то просто это сделать, — туманно заметил Элайджа и добавил: — Нам принадлежит стекольный завод на Кэки-стрит.
— О! — неопределенно отозвалась Джемма. — Крупное производство? И где же оно расположено?
— Здесь, в Спитлфилдзе.
Джемма немного подумала, сняла бриллиантовый кулон — подарок матери — и спрятала в глубокий карман на дверце. Конечно, Элайджа в обиду не даст, но все-таки лучше не рисковать.
— Маффет нас дождется?
— Непременно. Но при желании можно прогуляться пешком.
Гулять в Спитлфилдзе? Ни за что! Ее инстинкт самосохранения работал исправно.
Все вокруг казалось чужим и страшным. Магазины и лавочки сбились в кучу подобно шатким зубам старика: кривые, грязные,
Джемма негромко откашлялась.
— Элайджа…
— Да? — Он упорно продолжал смотреть в окно, хотя, кажется, почти не замечал окрестностей.
— Мне еще ни разу не доводилось бывать в Спитлфилдзе.
— Не волнуйся, ничего плохого не случится, я вполне в состоянии тебя защитить.
Она прикусила губу.
— Здесь безопасно, — успокоил он. — Конечно, по ночам разгуливать не стоит, но и толпы дикарей по улицам не бегают. Спитлфилдз — всего лишь район, где живут бедняки, и ничего больше. Они тоже люди: как могут, стараются заработать на пропитание, создать семью, вырастить детей. Правда, не всегда получается.
— Терпеть не могу, когда ты это делаешь, — серьезно, даже сурово упрекнула Джемма.
— Что именно? — не понял герцог.
— Вселяешь чувство вины, заставляешь чувствовать себя подлой.
— Даже и не думал.
— Наверное, это получается само собой. А ты никогда не устаешь от собственной правильности? От того, что всегда…
На красивом лице герцога появилось неприступно-холодное выражение.
— Всегда? Что всегда?
— Всегда точно знаешь, что надо делать. — Ей хотелось добавить: считаешь себя выше нас, легкомысленных смертных. Но увы, не хватило храбрости.
— Я ничем не лучше и не хуже остальных! — отрезал Элайджа. — Не раз мне случалось идти на компромисс, когда становилось ясно, что справедливый, человечный выбор отброшен за ненадобностью.
Экипаж замедлил ход и остановился.
— Не бойся, — повторил герцог, подал ей руку и постарался улыбнуться. — Надеюсь, будет интересно. Хочу, чтобы ты знала: есть на свете и такой Лондон.
— Зачем?
Лакей услужливо открыл дверь.
— Тебе придется продолжать дело, — мрачно пояснил герцог.
Сердце испуганно дрогнуло: Джемма мгновенно поняла, о чем речь, но сумела скрыть ужас.
Они вышли из кареты и ступили на булыжную мостовую, покрытую толстым слоем компоста из гниющих овощей. Казалось, кто-то положил матрас из конского волоса.
— Дальше экипаж не проедет, — предупредил Элайджа и крепко взял Джемму под руку. — Здесь недалеко.
Коу-кросс оказался одним из тех крошечных переулков, которые неожиданно выскакивают из-за угла, словно убегающий от лисы заяц. Этот отскочил влево и утонул в полумраке — точно так же, как все остальные, мелькавшие в окне кареты.