Моя девушка на выходные
Шрифт:
— Не столько её, сколько Соколовского… — поморщившись, произнёс Яр.
Официантка принесла кофе.
— Хотел, чтобы он признался хотя бы себе, что Рита ему как друг, чтобы перестал её использовать.
— Да какое твоё дело? — скептически поинтересовался Стас. — Он ей не изменяет, не обижает, они нормально живут и жили бы.
Яр разорвал салфетку и отодвинул от себя.
— Я не знаю… просто всё совпало. Отец со своей свадьбой… и я подумал, почему бы не Меньшикову представить своей девушкой? Будет весело заставить Соколовского ревновать
— Забыла? — язвительно поинтересовался друг, забавляясь.
— Ага… — кисло отозвался Яр. — Как же. И знаешь… — подался вперёд, кладя локти на прозрачный стеклянный стол. — Не сказать, что она любит его, но похоже моральные принципы для Меньшиковой дороже всего. И, наверное… меня она воспринимает исключительно как несерьёзного бабника, — усмешка вышла кривой и невесёлой.
— Но так и есть, — невозмутимо произнёс Стас, поднося чашку к губам. — И что собираешься делать дальше? Продолжать забавляться или оставишь Меньшикову в покое?
Яр тяжело вздохнул, запуская пальцы в волосы.
— А я вот теперь хрен знает… Но, чёрт возьми, как же меня бесит, что она к Соколовскому побежала. Прям очень бесит…
— Это ревность называется, — флегматично заметил Стас.
Официантка принесла стейки, мило улыбнувшись сначала Стасу, а потом и Яру, но он демонстративно отвернулся.
«Не люблю давалок…» — но ведь у него только такие и были, которые сами на грудь падали.
— Знаешь… — произнёс шёпотом, вспоминая разговор в машине. — Меньшикова, когда заговорила о том, что на банкете всё закончится, что хочет быстрее это всё прекратить, мне захотелось заткнуть ей рот, чтобы замолчала. А ещё лучше… связать и увезти обратно в больницу.
— Ты больной извращенец, — рассмеялся Стас.
— Я говорю о своих мыслях в тот момент, — отмахнулся Яр. — Понятно, что не стал бы так делать. Просто теперь… я словно в тупике. Не понимаю, что делать дальше.
— Расслабиться, — хмыкнул друг, беря приборы. — Ты уже посеял в Рите зерно сомнения, понятно, что она предпочла сбежать от тебя подальше. Люди всегда бегут от источника «колебания», который заставляет и их колебаться вместе с ним. Это страх перед новыми чувствами. Она сейчас как утопающий пытается ухватиться за спасительный плот. То есть за Соколовского.
— Ты философ что ли? — скопчески хмыкнул Яр. — Если я расслаблюсь, то на этом всё закончится. Рита останется с Соколовским, а я…
— Наберись терпения, — посоветовал Стас. — Посмотри, что будет на банкете, на месте сориентируешься. Тебе бы для начала в собственных чувствах разобраться и вообще понять, чего ты от Меньшиковой хочешь.
— Чего я хочу? — прищурился Яр, позволяя воображению разыграться.
Но вместо того, чтобы представить картину того, как они с Ритой жарко занимаются любовью, мозг подкинул воспоминания, как они вместе проводили время: катались на лодке, ели ночью пиццу, читали книгу…
— Дело дрянь… —
— И я о том же, — согласился Стас, погружая в рот кусок мяса.
Вздохнув, Яр начал есть, мысленно соглашаясь с другом. Нужно просто дождаться благотворительно вечера и действовать по обстоятельствам…
Глава 26
Глядя на Диму, который накладывал мне еду, я впервые задумалась, а почему мы вообще стали встречаться? Почему стали жить вместе?
Повседневный быт, учёба и спорт настолько меня поглотили, что я совершенно перестала анализировать происходящее. Всё как в тумане. Мне было удобно и не напряжно.
Снимать квартиру на двоих реально дешевле, мне не очень хотелось обременять родителей, которые и так платили огромные деньги за престижное обучение. Работать они запретили. И я понимаю почему. Я должна хорошо учиться и попасть на практику в Лондон. И я это делаю. Я вся отдавалась учёбе и спорту, а Дима… не мешал.
Парень поставил передо мной чашку и сел напротив…
Мы познакомились весной, в то же время, что и сейчас. На футбольном поле университета. Я играла с ребятами, просто шуточный матч, ничего более. Дима с компанией приходил каждую субботу после элективных курсов, к тому же мы были в одной группе, хотя раньше казалось друг друга не замечали.
Мы просто начали играть в футбол и дружить. Выпивать вечерами вместе пиво, есть пиццу… я ходила с ребятами в клуб, они принимали меня за свою. Единственная девчонка среди пяти парней…
Но в какой-то момент, кажется, после очередной тусовки, Дима предложил поиграть в приставку. Он тогда снимал комнату довольно далеко от универа, а я… эту самую квартиру, но платила сама.
И позвала к себе…
— Скажи… — помешивая сахар в чае, произнесла я. — Почему мы стали встречаться?
Дима недоумённо моргнул, но вдруг неловко сглотнул.
— Ты тоже об этом думал? — усмехнулась грустно, догадавшись. — Мы почти не говорили о чувствах, о любви… а когда ты так просто «одолжил» меня Ольшанскому, уже тогда, подсознательно я начала задаваться вопросами. Стала сомневаться. Но всё никак не могла сформулировать собственные мысли. То одно, то другое. Но ты ведь не думаешь, что это нормально?
— Рит… — осторожно произнёс он, виновато улыбнувшись. — Я всё хотел с тобой поговорить, но никак не мог решиться и признаться… Нет, я не изменял тебе! — воскликнул, увидев мою вздёрнутую бровь, и усмехнулся. — На самом деле мне всегда нравились более женственные девушки, которые с удовольствием носят платья, высокие каблуки и красивое белье. Я всё думал, что смогу тебя изменить, привить любовь к романтике и красивым вещам. Я ожидал от тебя того, что ты мне дать не могла. Я злился и не понимал, почему ты не меняешься. Это так глупо и эгоистично с моей стороны…