Моя ассистентка: Кошка

Казанцева Елена Анатольевна

Он так напился в тот день от горя, что проиграл на конкурсе, ведь дядюшка так ратовал за его победу, так много потратил денег на взятки. Но их обоих ждало разочарование. У Олофа, после вчерашней попойки, до сих пор болела голова, и его тошнило.

— Да, чтоб вам самим по миру с мешком пойти, — на прощанье пожелала им Гертруда.

Не добившись ничего от Олофа, они решили вернуться на то место, где изначально пропала Амалия.

— Подождите, — вскричал Кристофер. — Там был портал, если Амалию увели через портал,

то, как бы не был силен колдун, он не смог бы построить очень длинный портал.

— И что ты хочешь сказать? — удивленно воззрилась на него Лауриэль.

— Он где-то здесь, в этом городе, — глаза Кристофера горели праведным гневом. — Мы можем обойти город, мы почувствуем его.

— Город большой, Кристофер, мы можем тут неделями бродить, — покачала головой Лауриэль. — Мы вот так просто, обыскивая дом за домом, будем ее искать годы.

— Там, где обитает колдун, все ветшает, гниет и превращается в труху, — воскликнула Гертруда. — Нам надо найти такое место.

— Но город так велик, что мы …Тут много таких мест…

— Я предлагаю разделиться, — предложил Кристофер. — Мы с Гертрудой попытаемся найти убежище колдуна.

— Тогда я вернусь на место, постараюсь определить, куда был направлен вектор перемещения, — кивнула головой Лауриэль. — Встретимся на месте.

И они разделились. Кристофер с Гертрудой отправились в трущобы города, а Лауриэль — во дворец.

Гертруда и Кристофер брели по самым отдаленным закоулкам города.

— Колдун поселится там, где много приезжих, среди них он будет искать таких, у кого из родственников никого нет, такие люди легко становятся его добычей, — учила Кристофера Гертруда.

— Надо в районе доков посмотреть, порта, — почесал затылок Кристофер. — Там всегда обитают пришлые, живут в ночлежках.

И они пошли в грязный припортовый район.

Здесь на улицах было темно в вечернее время, ночью — глаз выколешь. Дороги были кривыми, с большими лужами, которые приходилось обходить. Кое-где лужи были так огромны, что в них бросали доски и камни, стоили своеобразные переправы. Заборы вокруг домов сгнили. Часть досок в ограждениях давно вывалилась, поэтому заборы больше напоминали частокол прогнивших зубов во рту древней старухи. Везде рос бурьян. Фасады домов давно не крашены, холодные ветры с моря потрепали стены.

— Ищи самый непрезентабельный дом, — поучает Гертруда.

— Куда уж хуже, — Кристофер вертел головой по сторонам, везде его взгляд упирался в разруху. — Тут кругом грязь и убогость.

— Но дом колдуна должен быть еще хуже.

Они шли по узкой и кривой улице, все время спотыкаясь и обходя лужи. И в конце улицы Кристофер и Гертруда натолкнулись на дом.

Он стоял вряд с другими домами, но в отличие от них на его окнах не было занавесок. Стекла в его окнах никогда не мылись, да и давно уже потрескались, а дверь висела на одной

петле. Над ней болталась вывеска «Гостиница».

— Похоже, нам сюда, — указала на дверь Гертруда.

От дома веяло неземным холодом.

Гертруда провела рукой по поверхности стены, и на ней выступила черная плесень, покрытая кристалликами льда.

— Он здесь, — тихо произнесла Гертруда.

И в этот же миг из расступившейся рваной реальности вышла Лауриэль.

— Мы нашли его, — сказала она.

— ДА! Мы нашли, — подтвердила Гертруда и смело шагнула к двери.

Троица шагнула к двери, а та с готовностью открылась перед ними.

— Стойте! Слишком все просто. Это может быть ловушкой, — пыталась остановить их Лауриэль, но материнское сердце гнало ведьму вперед, а боль потери не добавляло трезвого ума Кристоферу. Они уже шагнули за порог и сейчас бодро шагали по коридорам.

Один поворот, второй, третий, словно их кто-то невидимый гнал, как крыс к ловушке. Они толкали двери, что попадались на их пути. Те были заперты или забиты досками.

Кристофер почти отчаялся, когда впереди блеснул свет. И он побежал.

— Стой! Кристофер! — пыталась окликнуть его Лауриэль.

Но было поздно. Ловушка захлопнулась!

Глава 35

Вильгельм I был стар, он прожил столько веков, что на руках и ногах не хватило бы пальцев, чтобы показать их количество. Время бежало неумолимо, но чем дольше он жил, тем страшнее было умирать.

Если бы не колдуны…

Все изменилось, когда к нему пришёл колдун и попросил о пустяке. Он всего лишь хотел забрать тела тех, кого должны были казнить.

Приговоренных уводили к башне и запирали там, замуровывая вход. И те, кого обрекли на смерть, медленно сходили с ума в башне без воды и еды. Когда отчаянье сводило их с ума, они поднимались на верхнюю площадку башни и прыгали оттуда вниз головой, внизу их ждала неминуемая смерть. Но некоторые из них выживали. Со сломанными конечностями они лежали на камнях у подножья башни и медленно умирали. Их смерть была страшной, так как никто не имел права приблизиться к ним и оказать помощь. Они умирали в страшных муках от боли и кровопотери.

Тела именно таких смертников и просили колдуны.

Колдунам нужны были тела, за это они обещали Вильгельму излечить его от болезней и вернуть молодость и силу, дать еще немного времени пожить в свое удовольствие.

Мелочь, пустяк. Подумаешь тело смертника. И Вильгельм разрешил колдунам делать все, что им заблагорассудится. Те мигом притащили жертвенный камень к подножью башни и стали проводить свои ужасные обряды. Вильгельм и сам с удовольствием участвовать в них, а потом захотел обучиться магии. Колдуны ему ни в чем не отказывали. Все, что он хотел, он получал в полном объеме.