Мой выбор
Шрифт:
— Нет.
— Ну, хорошо, вы сейчас отдыхайте, а потом, когда придете немного в себя, что-нибудь придумаем. Позже, я еще зайду к вам, а пока, медсестра, поставит вам капельницу.
Дверь хлопнула, судя по всему, врач вышел. В палате повисла тишина. Малыш напряг слух, пытаясь услышать хоть какие-нибудь звуки, голоса, но ничего, только тишина. Малыш попробовал расслабиться и уснуть, но голова снова начала нестерпимо болеть и из-за этой боли, нечего было, и думать о сне.
Внезапно, дверь палаты открылась, кто-то вошел, слышен был легкий звон стекла. Малыш прислушался, судя по всему, это была медсестра. Быстро поставив
Постепенно, боль начала уходить. Малыш начал рывками, погружаться в забытье, словно кто-то окунал в черную бездну, а затем снова выдергивал оттуда. Наконец, в очередной раз, провалившись в пустоту, Малыш заснул.
… сад. Он находился в саду. Высокие деревья, с такой густой листвой, что сквозь нее, нельзя было ничего разглядеть. Все это, словно паутиной, затягивал туман, густой, тяжелый, каплями висевший на деревьях и ковром стелящийся по земле. Малыш вытянул вперед руку и увидел, как кончики пальцев, исчезли за белой завесой. Время замерло, не желая своим отсчетом изменять картину.
Внезапно, Малыш почувствовал чье-то присутствие.
— Кто здесь? — Сказал и тут же оглянулся по сторонам. Казалось, что голос исходит, откуда-то со стороны. Малыш повторил вопрос, но вновь, ответом ему, была лишь тишина. «Странно все это, — подумал он, — где я вообще нахожусь?»
Внезапно, из тумана показались темные фигуры и уже через мгновение, они стояли возле него. Малыш завертел головой. Со всех сторон, его окружали молчаливые силуэты. Черные балахоны, глубокие капюшоны, которые скрывали их лица.
— Кто вы? — Холодок пробежал внутри него, постепенно нагоняя страх. Фигуры молчали и не двигались с места. «Бред какой-то. Что все это значит?». Внезапно, Малыш услышал тихий, вкрадчивый шепот, внутри себя. «Бей!», требовал он, повторяя и усиливаясь с каждым разом. Малыш собрался и резко выбросил руку вперед, целясь в того, что стоял ближе всех. Рука провалилась в пустоту, перед глазами все поплыло. Он ощутил боль в груди и начал падать, на землю. Но ожидаемого удара, не последовало. Малыш, будто прошел сквозь пелену и уже в следующее мгновение, оказался стоящим, на том же, самом месте, окруженный черными людьми. Можно было подумать, что все это ему лишь привиделось, если бы не утихающая боль в груди. Малыш мотнул головой, словно пытаясь очнуться, но ничего не изменилось. Тогда он предпринял новую попытку ударить, но на этот раз, целясь в соседнюю фигуру. И вновь, все повторилось, только теперь, боль усилилась, разливаясь по всему телу. Болели руки, ноги, голова, ощущение, будто прошел через мясорубку.
— Кто вы такие?! — Закричал Малыш. И словно ожидая этого, заговорила одна из фигур, стоящая перед ним.
— Сотрясение мозга, переломы, ушибы.
— Что?? — Малыш резко повернулся к говорящему.
— Ему очень повезло, что остался жив. — Повторила фигура.
Малыш испуганно отшатнулся назад и потерял равновесие. Земля ушла из под ног и он провалился в пустоту. Все исчезло, и Малыш услышал голоса, беседующие где-то неподалеку. Один из них, принадлежал врачу, а вот второй голос, был ему незнаком.
— Кажется, он проснулся, — сказал врач. — Как ваше самочувствие? — Спросил он у Малыша.
— Нормально. Болит. — Прохрипел Малыш, приходя в себя.
— Это ничего, болит, значит, живет, — вздохнул врач. — К тебе тут следователь пришел.
— Да.
— Значит, вы поговорите пока, но только не долго, хорошо?
Врач, рассудив, что его присутствие больше не нужно, вышел из палаты.
— Здравствуй, — сказал следователь, — меня зовут Дмитрий Алексеевич. Я буду вести твое дело, если таковое будет возбуждено. Но прежде, чем будет принято данное решение, мне нужно побеседовать с тобой. Как тебя зовут?
— Антон.
Следователь зашуршал бумагой, щелкнула ручка.
— Фамилия?
— Болонов.
Далее, следователь записал адрес проживания, место учебы. Покончив с этим, следователь спросил:
— Где произошло нападение, ты помнишь?
— В районе скейт парка, это в центре.
— Ты видел тех, кто напал на тебя?
— Нет. Было темно.
— А во что они были одеты, ты можешь вспомнить? — Следователь нервно щелкал ручкой. По тону его голоса, можно было понять, что он считал дело, стопроцентным глухарем и браться за его расследование, у него не было никакого желания. Остается лишь задать формальные вопросы и поскорее покончить с этим.
— Они во все черное были одеты. Конкретно не скажу.
— Ну, хорошо, — нетерпеливо сказал следователь, — ты можешь назвать мне мотив нападения? За что тебя могли избить? Может, ты кому-то дорогу перешел?
— Да не знаю я, — резко, с выдохом ответил Малыш, — придурки какие-то. Перепутали меня с кем-то, ошиблись.
— Может и придурки, — задумчиво произнес следователь, — только эти придурки, тебя чуть не убили. Вспомни, может они говорили тебе что-нибудь?
Перед глазами Малыша, словно вживую, предстала картина того вечера. Вот его окликнули, идут к нему, все ближе и ближе. Что-то произошло… Да, они говорили… Один из них, подойдя к нему… да, он назвал его Малышом. Значит, значит, они знали его и наверняка не ошиблись, напав на него. Они шли за ним, и им нужен был именно он.
— Вспомни. Они могли сказать что-нибудь тебе. Нам это могло бы помочь при расследовании.
— Нет. Они ничего мне не говорили.
— Ну что же, — вздохнул следователь, — значит, будем их искать без твоей помощи. Как только найдем их, пригласим тебя на опознание.
— Ищите, это ваша работа.
— Да, кстати, если вдруг ты вспомнишь что-нибудь, скажи своему врачу, он позвонит мне, и я приеду. Но только если что-то важное, не нужно тревожить по пустякам. Я же занятой человек. Ну ладно, выздоравливай, а я пойду.
Следователь выскользнул из палаты, и Малыш вновь остался один на один со своими мыслями. «То, что они никого не найдут, это точно, — подумал Малыш. — А все-таки, кто они такие?»
Прохожие испуганно шарахались в сторону, жались к стене здания и ускоряли шаг, обходя стороной парней, сидящих на железном ограждении. В результате этого, вокруг парней, образовалась своего рода, зона отчужденности. Один из них, с остервенением, бил ногами, обутыми в тяжелые, военные ботинки, по пустым бутылкам. Брызги осколков, разлетались в разные стороны, осыпая дождем, проходивших мимо людей. Бизон был вне себя от злости и сильно нервничал, и это не самым лучшим образом, сказывалось на его внешнем виде. Глаза горели огнем, весь он был похож на бойцовского пса, готовый броситься на любого, неугодного. Удар! И очередная бутылка, лопнув, разлетелась в стороны.