Мой властелин
Шрифт:
Заметив страх в ее взгляде, Ястреб понял, что должен действовать быстро, не дав ей опомниться. Может быть, отпустить ее, мелькнула мысль, но Ястреб слишком долго ждал, слишком долго желал ее. Она была его постоянной болью. Он схватил ее и стал опускаться на пол, увлекая ее за собой. Как только они упали на шкуры, Дебора стала сопротивляться, извиваясь всем телом, и закричала.
— Крики не помогут, — предупредил ее Ястреб. — Моя сестра расстроится, а остальные узнают, чем мы тут занимаемся.
Дебора
— Ястреб, пожалуйста, не надо, — произнесла она с мольбой в голосе.
— Не проси меня об этом, nu tue?tu, — вырвалось у него.
Он надеялся, что она не поняла ласковых слов «моя малышка». Передвинувшись так, чтобы не давить на нее своим весом, он откинул с ее лица прядь волос.
— Я хочу тебя с тех пор, как впервые увидел. Ты стояла с видом королевы в центре лагеря. Я по достоинству оценил твою гордость и смелость.
Она судорожно сглотнула.
— И решил унизить меня?
— Унизить?
Он покачал головой:
— Нет. Я восхищаюсь твоей храбростью. Так же как твоей красотой.
— Если восхищаешься, тогда почему?..
— Дебора, можно любить женщину и в то же время хотеть ее.
— Любить!
Ее глаза зло блеснули.
— Ты не знаешь, что такое любовь. Она не имеет ничего общего с похотью.
— Может, и так.
Ястреб коснулся губами ее губ, удержав ее голову, когда она попыталась отвернуться.
— Я хочу ощутить твой вкус, — хрипло пробормотал он.
— Оставь меня в покое.
Она попыталась вырваться, но Ястреб крепко держал ее, покрывая поцелуями, пока не ощутил, что Дебора отвечает на поцелуи. Он поднял голову и увидел, что лицо ее пылает, а глаза блестят. От него не ускользнуло, что Дебора в пыли до самых ресниц. Он поднялся и потянул ее за собой.
— У тебя такой вид, будто ты вывалялась в пыли.
— В этом едва ли есть моя вина!
Он поднял бровь.
— Да уж, — согласился он, — но ты сама ушла из лагеря.
— Мой побег не имеет с этим ничего общего.
Он понимающе кивнул.
— Раздевайся, — приказал он.
Дебора не пошевелилась, с вызовом глядя на него.
Его губы тронула легкая улыбка.
— Ну, хорошо. Мы сделаем так, как ты хочешь.
Он отвязал полог типи и вытащил ее наружу. Она думала, что он хочет унизить ее прилюдно. Уже стемнело, костры отбрасывали длинные тени.
Ястреб притащил ее к реке, блестевшей в свете почти полной луны, и толкнул в воду. Она
— Тебе нужно вымыться, — проговорил он, присоединившись к Деборе, когда та начала выплевывать воду. — Я предоставил тебе право выбора.
— Ты не сказал, что речь идет о мытье.
— А ты и не спрашивала.
Глядя на нее, Ястреб ощутил нежность, и это ему не понравилось.
— Вымойся хорошенько, — строго произнес он.
— Думаешь, ты пахнешь как роза? — огрызнулась она в ответ.
Ее реплика возымела действие.
Он снял набедренную повязку и гамаши, услышал, как вскрикнула Дебора, и улыбнулся.
— Я учел твое замечание, — подходя к ней, произнес он.
— Я не имела в виду ничего подобного! — возразила Дебора, отпрянув.
— Нам обоим нужно помыться.
Он схватил ее за руку и потянул к себе, когда она повернула к берегу. Дебора упала, он вытащил ее из воды и поставил на ноги.
— Ты не только жестокий, но и сумасшедший!
Он почувствовал облегчение. Хорошо, что она разозлилась, а не испугалась. Ястреб не хотел, чтобы она его боялась.
Крепко держа ее, он снял с нее изорванные в клочья блузку и юбку. Несмотря на яростное сопротивление, он провел рукой по ее ногам и нащупал на них лишь мокасины.
Сопротивление Деборы возбудило его. Она, видимо, это почувствовала и замерла, когда он прижал ее к себе. Ощутив ладонями ее мокрую шелковистую кожу, Ястреб стал терять над собой контроль. Он чувствовал, как дрожит Дебора в его объятиях. Она тоже хочет его. Так же страстно, как он ее. Дебора положила руки ему на плечи:
— Ястреб…
Он закрыл ей рот поцелуем.
— Зачем ты меня домогаешься? — прошептала Дебора.
— Но ты тоже хочешь меня. Нас влечет друг к другу. Пора облегчить эту боль.
Она подняла голову, и он увидел в ее больших ореховых глазах испуг.
— Боль? Да. Я чувствую боль, но не знаю ее причины. Он не сразу нашелся что ответить. Потом сказал:
— Мы не должны противиться вспыхнувшему чувству. Оно естественно.
— Только для тебя. Сегодня ты переспишь со мной, завтра — с другой.
— Я хочу только тебя. Другие женщины для меня не существуют.
— Еще как существуют, и ты это прекрасно знаешь.
— Ты ошибаешься. Мне не нужны другие женщины. Теперь я это точно знаю.
В ее глазах была невысказанная мольба, и он ощутил легкую досаду. Не следовало обращать внимания на ее протесты. Это лишь затянуло дело.
— Дебора, ты поймешь, насколько правильно для женщины быть с мужчиной, — пробормотал он, погладив ее по щеке.
— Нет. Мы не женаты. Это неправильно. Чтобы ты ни говорил.