Мой палач
Шрифт:
Ее палачом быть.
Глава 7
"В любви всегда есть немного безумия, маленькая" - светится на экране.
Бросаю быстрый взгляд на сообщение, а потом бам - руль в руках дёргается, машина подскакивает на кочке, вырубается магнитола, а снизу раздается скрежет металла.
Мотор урчит, фыркает ещё пару раз, и глохнет.
И так постоянно, стоит чуть отвлечься, наехать на ямку или кочку.
Корю
И снова отвлекаюсь на сообщение:
"Но и в безумии всегда есть немного разума".
Цокаю.
Мы с этим мужчиной даже не виделись, а он говорит мне о любви, ее безумии, цитирует немецкого философа.
Так необычно, так чувственно.
Пытаюсь себя убедить, что его сообщения лишь разновидность банального "может, вечером приедешь ко мне?", пытаюсь и не могу, и переписываюсь с человеком, присвоившим титул Виконт все утро.
Виконт.
Снаружи сигналят, и я вздрагиваю.
Так, машина.
Гашу экран и выбираюсь на улицу. Открываю капот и смотрю внутрь.
Двигатель давно не мыла.
А другой проблемы не вижу, но все обычно открывают капот, попробовать стоило.
Оглядываюсь по сторонам.
Кольцевая дорога, мост, мимо плавно катят авто, и до меня на обочине дела никому нет.
Пару раз взмахиваю рукой в надежде словить помощника.
И бросаю эту затею.
"С чего ты взял, что я маленькая? Может, мне тридцать, сорок, пятьдесят? " - отправляю незнакомцу и набираю номер мамы.
Прохаживаюсь вдоль машины и глупо улыбаюсь, это его "маленькая" так приятно, никто меня так ещё не называл, может, только в детстве.
А с Виконтом вышла случайность. Он ошибся номером, а я ответила.
И меня затянуло.
И я рада.
– Алло, дорогая, я пропустил свой поворот, - говорю, когда мама снимает трубку.
Маме шутка не нравится. Там на фоне гул голосов, рабочий день в разгаре, у некоторых еще сессия не кончилась.
Зачёты, зачёты, зачёты, а она строгий профессор, шугает студентов.
– Аня, мне некогда, говори в двух словах, - рявкает она, словно я прогульщица и клянчу оценку.
– Я встала, - в двух словах, так в двух словах.
– Что?
– раздражается трубка.
– На кольце сломалась, - добавляю ещё три слова.
– заглохла, - ещё слово.
– Что делать?
– еще два.
– Как невовремя, - оценивает она мою беду.
– А там никто не может помочь? Вот почему я этим должна заниматься?
– она почти причитает.
– Ты едешь от отца, он что не мог машину проверить?
Смешно.
– У папы появилась дама сердца. Кудрявая блондинка, старше меня на четыре года, так что нет, он не мог, - докладываю.
– Рассказать, чем они занимаются?
– Скинь мне адрес,
– Придумаю что нибудь.
Она отключается, я закрываю капот и усаживаюсь сверху. Дышу выхлопными газами, лопаю пузыри жевательной резинки.
Принятым сообщением пиликает телефон:
"По твоему общению несложно догадаться, что ты ещё очень юная. Неопытная. Чиста душой. И совсем не разбираешься в людях".
Хмурюсь на такую оценку, а потом хихикаю, прикинув, что нарвалась на Люцифера и следующим его сообщением будет предложение продать ему душу.
Но это льстит, когда тобой интересуются. И любопытсво побеждает.
"А ещё что можешь обо мне сказать? Так, навскидку" - печатаю и морщу лоб. В моей душе такие глухие потёмки, что черт сломит ногу, и темень эта очень давно, так что Виконт зря начал рассуждать.
Сейчас напишет, мол, ещё ты красивая, я представляю, как целую твои розовые мягкие губы и возбуждаюсь, дымлюсь, у меня колом стоит, приезжай.
И я его заблокирую.
Жду его ответа, подошвой постукиваю по кузову, собеседник молчит.
Июнь теплый, небо синее, лёгкий ветер теребит свободное платье и развевает волосы, они лезут в глаза.
Прокручиваю на пальце позолоченный перстень - памятный подарок от пансиона, где я училась. Сняла бы давно сувенир, с содроганием тот кошмар вспоминаю, но отец запретил, считает, что это как отличительный признак для знающий людей.
Проверяю телефон.
И в ту же секунду экран вспыхивает принятым сообщением:
"А ещё тебя давно держат под контролем, не дают свободы, каждый твой шаг отслеживают. Но жёсткие рамки вредны. Ограничения спровоцируют, и не сегодня-завтра тебе сорвёт крышу. Бросишься во все тяжкие".
Нога замирает в воздухе, перечитываю сообщение и с трудом сглатываю.
О чем это он?
Что за шутки?
По спине пробирается пот.
Ведь все так и есть, сначала интернат для девушек, а теперь два года под надзором домоправительницы отца.
Я только на каникулы и вырываюсь. А завтра у брата выпускной, и я рассчитываю на праздник, но если Виконт предложит увидеться...
Выберу его, да.
Поеду, хотя бы посмотреть на него, такого умного.
Но правоту его не признаю, печатаю:
"Ты психолог? Или экстрасенс? Если да - то я никогда не бросаюсь в крайности, а тебе зря платят зарплату, мистер Нострадамус".
Запрокидываю голову, смотрю на проносящиеся машины. Ерзаю на капоте, в нетерпении проверяю сообщения, и уже хочу опять набрать маму, оторвать ее от суперважных дел, но тут на дисплее высвечивается конвертик от Виконта.