Мой мужчина
Шрифт:
— Можно узнать ваше полное имя? — сказала она, чтобы не молчать.
— Полное имя?
— Ну, Чад — это ведь сокращение?
— Нет, моя милая, это все, что я получил при рождении.
В этих словах прозвучала возмутившая Мэриан насмешка. Подумаешь! Откуда ей знать, полное у него имя или нет! У многих и вовсе по два имени! Но еще больше сердило это «моя милая», небрежное и безличное, как «мэм» или «леди» в обращении к малознакомой женщине. Он как будто хотел подчеркнуть, до чего они далеки. А между тем у них уже
— Благодарю за исчерпывающее объяснение! — буркнула Мэриан.
— Всегда пожалуйста, — невозмутимо ответствовал Чад. Должно быть, он тем же безличным жестом коснулся бы шляпы, будь она на голове, а не на коленях. Мэриан испытала сильнейшее желание перевернуть его кресло, чтобы только ноги мелькнули в воздухе, а проклятая шляпа покатилась с крыльца. Как он раздражал ее, этот Чад Кинкейд! И даже не он сам, а глупая нервозность, неизменно владевшая ею в его присутствии, глупая потребность в нем, когда его не было рядом.
— Кстати, — процедила она в попытке съехидничать, — могу вас обрадовать. Я обойдусь без уроков, как-нибудь справлюсь сама!
— Я обещал учить вас.
Господи, да ведь она на блюдечке протягивает ему шанс выйти из игры! Он что, ослеп?
— Да, но вы ведь, наверное, нужны на каких-то важных работах. Совершенно ни к чему из-за меня отрываться от них.
— Время найдется, — сказал Чад с оттенком нетерпения.
— Вы уже сделали для нас более чем достаточно, — возразила Мэриан, быстро распаляясь от его упрямства. — Я буду чувствовать себя здесь обузой, если кто-то начнет тратить драгоценное время…
— Я обещал, — перебил он.
— Ну и что же?
— Раз обещал, значит, черт возьми, научу!
— Дело ваше!
Что за твердолобый тип! Пропади он пропадом! Мэриан вскочила, собираясь уйти демонстративно, не прощаясь, не сказав больше ни слова. Чад, однако, тоже вскочил во власти тех же чувств и с тем же намерением.
Они бросились прочь одновременно: он — к лестнице, она — к двери, наперерез друг другу. И столкнулись так, что Мэриан отлетела бы в сторону, не ухвати ее Чад за плечи. Его первым порывом было отстранить ее, но вдруг, неожиданно для обоих, он привлек ее к себе снова.
Мэриан была потрясена.
Поцелуй! На этот раз Чад целует ее, в этом нет никаких сомнений, потому что узел туго свернут на затылке, очки красуются на носу и унылое, серое, бесформенное платье прикрывает все остальное, что есть в ней привлекательного.
Окаменев от изумления, первые несколько мгновений она просто пассивно принимала поцелуй, потом кровь бросилась в голову, горячий туман застлал глаза, и она ответила со всей затаенной страстью, щедро замешенной на негодовании.
— Ну конечно! — воскликнул Чад, резко ее отстраняя. — Той ночью, когда явился Лерой, со мной была ты, а не Аманда! И ты не исправила мою ошибку, ты притворялась собственной сестрой!
Мэриан
— Кто тебе сказал?!
— Никто, моя милая. Если носишь очки, не надо думать, что и все остальные плохо видят.
Вот, значит, зачем этот поцелуй. Чтобы проверить. Чтобы сравнить с тем, другим, чтобы наконец разобраться. Он догадывался, но не был уверен и потому затеял это. Не очень-то лестно. А чего она ждала? Разве раньше ей когда-нибудь льстили? Лесть — удел таких, как Аманда, а таких, как она, целуют только обдуманно, с какой-то нелицеприятной целью.
Не желая показывать, насколько она разочарована, Мэриан заявила:
— Я не притворялась! Это не в моем характере. Из нас двоих этим занимается только Аманда.
Лицо Чада омрачилось — должно быть, он устыдился своего поступка. И поделом!
— Я только… — начал он, но благоразумно умолк, так и не сморозив дальнейшую бестактность.
Между тем она так и не признала того, ради чего все затевалось. Никаких признаний он не дождется, пусть зарубит это на носу. Ни к чему откровенничать с мужчиной, которому все равно, какую из них целовать.
— Можешь не извиняться, — сказала Мэриан устало. — И без того ясно, что с твоей стороны это была прискорбная ошибка. — Она отворила дверь и сквозь стиснутое сожалением горло кое-как вытолкнула:
— Главное, больше не ошибайся!
В дверь, которую она бесшумно и старательно прикрыла за собой, что-то со стуком ударилось и отскочило. Шляпа, брошенная, чтобы дать выход раздражению. Хорошо бы на ней осталась неизгладимая вмятина — это послужит ему уроком.
Глава 26
Незадолго до рассвета Мэриан была разбужена громким хлопком двери. Затем последовали крики в коридоре — Аманда внедряла свой план в жизнь.
В Хейверхилле в таких случаях Мэриан просто отворачивалась к стене и прятала голову под подушку, но здесь такой подход не годился. Тетя Кэтлин не знала, как реагировать на скандал, неплохо было на примере дать ей представление о наилучшей тактике. Со вздохом глубочайшего отвращения Мэриан выбралась из постели и начала ощупью разыскивать халат.
— Мне нужна другая комната! — бушевала Аманда. — В моей невозможно находиться! Я чуть не схватила тепловой удар! Хватит и того, что приходится жить в каком-то.., в каком-то коровнике, я не собираюсь еще и свариться заживо!
— Да, но остальные комнаты не готовы… — послышался неуверенный голос Кэтлин.
— Так пусть приготовят! Иначе я улягусь на крыльце! Хорошенькое мнение будет у соседей об этом доме!
— Спать на крыльце не так уж плохо, — заметила Кэтлин, все еще надеясь урезонить племянницу. — В самую жару мы с мужем стелили постель там. Что касается соседей, на пару миль вокруг нет ни одного.