Мой герой
Шрифт:
– Мой?
– На карточке твое имя.
Сердце Бейли дернулось и остановилось. Неужели цветы послал Паркер? Нет, это невозможно, и все же…
– Там мое имя?
– Высокий, приличного вида симпатичный мужчина в костюме в узкую полоску принес букет не более десяти минут назад. Когда я объяснила ему, что ты ушла на ленч чуть раньше времени, он, по-моему, расстроился. Кто этот парень? Его лицо мне почему-то знакомо.
Ничего не ответив, Бейли взяла конверт и извлекла карточку. На ней было написано: «Простите меня. Паркер».
Она мгновенно почувствовала, что на сердце стало легче.
– Ой,
Держа вазу с красными розами в одной руке и записку в другой, Бейли медленно прошла к своему столу и дрожащими пальцами расправила лист бумаги.
«Бейли, очень жаль, что не застал вас. Нам надо поговорить. Не могли бы вы поужинать со мной сегодня вечером? Если согласны, то я заеду за вами в семь часов. Так как я буду занят всю вторую половину дня, оставьте сообщение у Розанны».
В нижнем углу он написал номер рабочего телефона. Не раздумывая, Бейли протянула руку к телефону. Дружелюбная секретарша ответила после первого гудка.
– Здравствуйте, Розанна, это Бейли Йорк.
– О, Бейли, здравствуйте! Рада вас слышать. Мистер Дейвидсон предупредил, что вы можете позвонить.
– Мы разминулись всего на несколько минут.
– Ах, какая жалость! А я все утро о нем волновалась.
– Волновались?
– Конечно. С той минуты, как мистер Дейвидсон пришел в офис, он просто не мог усидеть на месте. То наливал чашку кофе и уносил к себе, то через две минуты снова выходил из кабинета и наливал вторую чашку. А когда я напомнила ему, что он уже пил кофе, он страшно удивился и что-то забормотал себе под нос. Я работаю с мистером Дейвидсоном в течение нескольких лет, но таким видела его впервые.
– Возможно, обдумывал какой-то новый план, – предположила Бейли, чтобы оправдать странное поведение Паркера.
– Нет, это не так, – настаивала собеседница. – Мистер Дейвидсон вернулся в кабинет, но тут же появился снова и спросил, не читаю ли я романов о любви. Я ответила, что иногда читаю, и это, по-моему, его несколько успокоило. Он сел рядом со мной и начал задавать вопросы о чертах характера, присущих главным героям.
– О, я уверена, что вы отвечали верно.
– Должно быть – потому что он явно воспрянул духом и спросил, какие цветы больше всего нравятся женщинам. Не успела я сказать, что розы, как он тут же стал рыться в телефонном справочнике в поисках номера цветочного магазина. К сожалению, ни один не мог доставить цветы сегодня, поэтому он решил отнести их лично. А несколько минут назад позвонил и предупредил о вашем звонке. Да, еще попросил, чтобы я записала ваше сообщение.
– Я только что вернулась после ленча.
Значит, Паркер в это утро чувствовал себя не лучше, чем она, думала Бейли, испытывая чувство, близкое к ликованию. Перед Джо-Энн она храбрилась, но на душе скребли кошки. Препаршивое состояние! Чтобы ни с кем не обсуждать свои неприятности, она предпочла притвориться, что Паркер ничего для нее не значит.
Но Джо-Энн не ошиблась: Бейли ощущала себя глубоко несчастной.
– Не могли бы вы передать мистеру Дейвидсону, что я буду готова к семи?
Джо-Энн она позвонит позже и скажет, что не сможет присутствовать на заседании группы.
– О,
– Мы давно знаем друг друга?
– Конечно, разве вы забыли? Вы же сами тогда объяснили, что мистер Дейвидсон является другом вашей семьи.
– О… о да, – пробормотала Бейли. Застигнутая врасплох, она покраснела. И что только толкнуло ее на эту глупую выдумку?.. – Ну что ж, буду вам весьма признательна.
– Да-да, я все передам мистеру Дейвидсону, – пообещала секретарша. Она помедлила, будто собиралась добавить что-то еще, но сомневалась, стоит ли это делать. Затем все-таки решилась и заговорила на едином дыхании: – Как я только что сказала, я работаю с мистером Дейвидсоном уже несколько лет, и, по-моему, вам следует знать, что он впервые посылает розы женщине.
Всю остальную часть дня Бейли буквально витала в облаках. В пять часов она поспешила в ближайший универмаг, захватив с собою одну розу на длинном стебле. За считанные минуты выбрала красивое пурпурно-золотистое шелковое платье с широким черным поясом и золотой пряжкой. Затем поспешила в обувной отдел и купила замшевые лодочки, а в отделе драгоценностей отыскала серьги и великолепное золотое ожерелье.
Из универмага Бейли со всех ног помчалась к подземке, прижимая к груди покупки и красную розу. Она потратила целое состояние, но выглядеть красивой в глазах Паркера стоило этой суммы. Ни один мужчина никогда не посылал ей роз, и каждый раз, когда она вспоминала об этом, ее сердце таяло. Какой романтический поступок! Подумать только, он даже советовался с миссис Снайдер!..
К шести тридцати Бейли была почти готова. Оставалось причесаться и обновить макияж, но на это ушло немного времени. Она стояла перед зеркалом в позе манекенщицы, положив руку на бедро, выдвинув вперед плечо, и любовалась своим отражением, когда в дверь постучали.
О нет! Паркер приехал слишком рано. Слишком рано. Что же делать? Крикнуть через дверь, чтобы он вернулся позже? Пригладив волосы и тряхнув головой, Бейли решила, что как-нибудь выкрутится.
– Ты готова? – спросила Джо-Энн, входя в комнату с папкой в одной руке и сумочкой в другой. При взгляде на Бейли она раскрыла рот от удивления. – Красиво, – кивнув, одобрила она, – но слишком нарядно для обычного заседания.
– О Боже! Совсем забыла тебе позвонить!
– Позвонить? Зачем? Мы же обо всем договорились.
Бейли почувствовала себя виноватой – чувство, которое в последнее время часто накатывало на нее, – за то, что напрочь забыла о вечернем мероприятии. Все из-за Паркера. Со времени первого поцелуя он всецело владел ее мыслями.
Прошлым вечером они не целовались. Желание, конечно, было, скрывать нечего; воспоминания о его прикосновениях будоражили ее. Со времени разрыва с Томом Бейли чувствовала себя как бы замороженной. Все ее эмоции пребывали в сонном состоянии. Но с каждой новой встречей под воздействием общения с Паркером она постепенно оттаивала.